Найти в Дзене
Nikoptis

Запись 39. Мужское Я. Ziqqurratum

Мужчина — это прежде всего дух, осмысляющее сознание, стрела интенциональности, направленная вовне — на объект. Фигура женщины (и в буквальном, и в переносном смысле) для него концентрирует в себе совокупный образ этого мира, со всей его протяжённостью, материальностью и той удручающей непроницаемостью, о которой думал Кант, формулируя ключевые для своей метафизики понятия ноумена (греч. νοούμενον — «умопостигаемое») и вещи в себе (нем. Ding an sich). Непостижимость женщины, её закрытость, замкнутость на себе — это загадка, которую мужчина должен разгадать, дешифровав содержимое этого герметичного «чёрного ящика» (англ. black box — концепция психики, используемая в бихевиоризме). Только осмысливая и понимая женщину (а значит, и мир), мужчина достигает реализации, становится самим собой. Все остальные пути — сила, богатство, власть, слава и прочие формы соперничества — лишь ответвления лабиринта, обходные тропы, неизменно оканчивающиеся тупиками, которые он выбирает в тщетных попытках у

Мужчина — это прежде всего дух, осмысляющее сознание, стрела интенциональности, направленная вовне — на объект.

Фигура женщины (и в буквальном, и в переносном смысле) для него концентрирует в себе совокупный образ этого мира, со всей его протяжённостью, материальностью и той удручающей непроницаемостью, о которой думал Кант, формулируя ключевые для своей метафизики понятия ноумена (греч. νοούμενον — «умопостигаемое») и вещи в себе (нем. Ding an sich).

Непостижимость женщины, её закрытость, замкнутость на себе — это загадка, которую мужчина должен разгадать, дешифровав содержимое этого герметичного «чёрного ящика» (англ. black box — концепция психики, используемая в бихевиоризме). Только осмысливая и понимая женщину (а значит, и мир), мужчина достигает реализации, становится самим собой.

Все остальные пути — сила, богатство, власть, слава и прочие формы соперничества — лишь ответвления лабиринта, обходные тропы, неизменно оканчивающиеся тупиками, которые он выбирает в тщетных попытках уйти от своего предназначения.

Или, быть может, это стёртые множеством ног ступени, по которым он медленно поднимается на вершину древнего зиккурата, теряя по пути всё своё оружие и доспехи, чтобы, достигнув вершины, совершить там своё последнее (и самое ценное) приношение.

Продолжение следует…

© Nikoptis

Иллюстрация: Макс Эрнст — Весь город, 1935–36