В смятении девушка прибежала к своей тётке Марии Новиковой, попросилась на ночлег и рассказала ей о происшедшем. Женщина, как могла, успокаивала Соню.
— Соня, перестань кипятиться. Я понимаю, что ты, конечно...
Соня не дала договорить тете, так как уже поняла, что та заняла сторону матери и не прониклась к ее чувствам.
— Нет, ты не понимаешь, тётя Маш! — громко сказала девушка.
— Я понимаю.
— Ты не понимаешь!
— Тихо! Чего разоралась-то? Стелла тебя ударила. Так?
— Да.
— При Марате.
— Да.
— Она всегда была тяжёлая на руку.
— Мне плевать! Я её видеть не хочу! И домой я тоже не вернусь! Ты ведь меня не выгонишь, нет? — Соня демонстративно упала на диван.
— Соня, я тебя не выгоню, мой дом всегда для тебя открыт, ты об этом знаешь. Но ты постарайся маму тоже понять. Дядька её возраста — тебе не пара, — попыталась объяснить Мария.
— Тётя Маша, он твой ровесник. Ты не тётка в возрасте, а молодая и красивая женщина. И он тоже молодой, и я его люблю. Понимаешь, он мне снится. Я как только глаза закрываю, сразу его вижу. Понимаешь, тётя Маша?
Мария слушала наивные слова племянницы и не знала, что ей ответить. Наверное, ничего не нужно было сейчас объяснять. Любые доводы против тут же влекли за собой ссору и недопонимание со стороны Сони.
— Первая любовь, да? — спросила Мария.
— Да, первая любовь. Понимаешь, я с ума схожу от счастья. Я стихи начала писать.
— Стихи — это, конечно, прекрасно, но ты подумай, что он... во-первых, человек совершенно другого поколения, во-вторых, не очень состоявшийся, и, в-третьих, вообще приезжий.
— Раз учитель, то сразу не состоявшийся, получается? — возмутилась девушка тетиным словам. — Мама у меня тоже не состоялась. Она же у нас учительница! Я поняла.
— Что ты поняла?
— Понятно теперь всё. Она сама в него влюбилась.
— Так, вот придумала! Ну-ка, помогай мне диван расправить. Ты голодная?
— Нет. А ты думаешь, с чего она сегодня вскочила так на меня? Влетела к нам как фурия какая-то. И вообще я заметила, что мама себя как-то странно ведёт, когда приходит к нам Марат. Злится, злится на меня постоянно, что-то не показывает вид и смотрит на него. Она моя соперница, понимаешь? В данном случае она моя соперница, тетя Маш.
— Мама давно его знает.
— Угу. И если ты решила остаться у меня, надо тебе пойти и позвонить родителям, чтоб они не волновались.
— Не хочу. Сама звоню. Я не буду. — Соня заправила одеяло в пододеяльник и присела на край дивана. Задумалась. — Подожди. Откуда ты знаешь, что Марат приезжий? — спросила. — Ты с ним знакома? Давно?
— Да, я с ним знакома. Да, давно. Между прочим, он однокурсник твоего папы. На какой-то вечеринке много лет назад нас с ним познакомили, — честно ответила Мария.
— Тетя Маша, расскажи, каким он был в моем возрасте? Пожалуйста, — попросила Соня. — Я хочу о нём всё знать.
— Я не помню. И вообще мне о нём говорить совершенно неинтересно. Ложись спать. Я сама пойду, позвоню твоим родителям. Но уговор... — Хозяйка квартиры строго посмотрела в глаза своей племянницы: — Ты остаёшься у меня на ночь, а утром встаёшь и едешь мириться с мамой. Спокойной ночи.
Соня не стала спорить с тетей, но и не знала, что обещать. Ее терзала та догадка: неужели мама влюбилась в ее Марата? Или между ними был какой-то конфликт, о котором девушка не знала? Ведь Марат пришёл в ту же школу, где работала Стелла. И вот Соне этот конфликт и аукнулся.