Если я за что и была благодарна бывшему мужу, так это за то, что мы развелись относительно быстро. А то провела бы с ним все свои лучшие годы, сжираемая чувством вины. А потом оказалось бы, что всё напрасно.
Я не из самой благополучной семьи. После моего рождения что-то пошло не так: родители стали спиваться и довольно быстро довели себя до скотского существования. Их лишили родительских прав, а меня передали под опеку бабушки. Она растила меня в строгости и в любви. Да, так бывает.
Жили мы не очень богато, но на самое необходимое всегда хватало. Как только появилась возможность, я стала подрабатывать. Это всё не помешало мне, без всяких льгот, поступить на бюджет в университет. Там я и встретила своего будущего супруга.
Он был высоким, плечистым, темноволосым. На него многие девчонки из курса — да и не только с курса — пускали слюни. А он выбрал меня.
Я не буду рассказывать, что была серой мышкой. Нет, я была довольно красивая. Но рядом всегда находились девушки, гораздо лучше «упакованные», чем я. А теперь я жалею, что повезло именно мне.
С будущей свекровью я познакомилась уже после того, как мы подали заявление в ЗАГС. Мама мужа с порога просветила меня своим рентгеновским взглядом, вздохнула и сказала:
— Ну что ж… мезальянс, конечно. Но чаем напою.
«Мезальянс»… Такое ощущение, что они были какой-то дворянской семьёй, а я — крестьянка сиволапая. Хотя обычная семья: двушка, свекровь — бухгалтер, свёкр — инженер. Но, конечно, мезальянс!
Она долго расспрашивала меня про семью, постоянно кривясь и морщась, будто в комнате неприятно пахло. Врать я не хотела, но рассказывала в общих чертах. Мне не надо было гадать по кофейной гуще: я свекрови сразу не понравилась. Видимо, знала заранее, а тут увидела «товар лицом» и осталась недовольна.
Как она не сорвала нашу свадьбу — до сих пор не понимаю. Видимо, не хотела портить отношения с сыном, надеясь, что он прозреет сам.
Он и прозрел. Правда, не без помощи любимой мамы.
После свадьбы у нас никак не получалось зачать ребёнка. Сначала муж шутил:
— Нужно просто лучше стараться.
Но через год стало не до смеха. Я побежала по врачам. Были мелкие проблемы, я их решила, но всё равно беременность не наступала. Я предложила мужу пройти обследование вместе.
— Ты серьёзно? — вспыхнул он. — Ты хочешь меня унизить? Думаешь, я дефективный?!
Он распсиховался и ушёл ночевать к маме. Впервые за всё время.
На следующий день они пришли вместе. Свекровь с порога завела:
— Это всё твоя гнилая порода алкашей! У нас в роду всегда с деторождением всё прекрасно было. А ты? Что ты могла дать моему сыну?!
Я пыталась возразить:
— Но мои родители стали пить уже после моего рождения… Я помню, мне тогда было почти четыре года.
— Молчи! — закричала она. — Ты никогда не сможешь стать нормальной женой и матерью с такой наследственностью!
Я пошла по второму кругу обследований. Врачи ничего не нашли и в этот раз, посоветовали привести мужа.
— Я никуда не пойду! — возмущался он. — У меня всё нормально! Не смей делать из меня дефективного!
— Вот видишь, сынок? — подхватила свекровь. — Я же говорила: проблема в ней. Ты ещё молод, найдёшь себе достойную женщину, которая родит тебе нормальных детей.
Так муж подал на развод. Заклевали они меня так, что я выходила из брака с чувством собственной неполноценности. Их аргументы казались страшно убедительными, хотя я прошла всех врачей.
Мне казалось, что никогда не найду нормального мужа. «Кому я нужна, такая дефективная?» — думала я.
Но через пару лет после развода у меня появился кавалер. Когда у нас завязались серьёзные отношения, я честно рассказала ему всё:
— Я была замужем… Но у нас не получалось с детьми, хоть мы и старались.
Он только махнул рукой:
— Да ерунда. Не получится — всегда можно взять ребёнка из детского дома.
Но это не понадобилось. Я забеременела ещё до свадьбы, и это стало для меня полным шоком. Сейчас у нас двое здоровых карапузов.
А бывший муж второй раз разводится: опять попалась «бракованная баба», которая не родила ему детей.
Почему он не хочет решать проблему через врачей — я не знаю. Но думаю, тут не последнюю роль играет его мама. Что у неё в голове — я даже судить не берусь.