— Ты просто так меня родила? Ты обязана помогать всю жизнь, несмотря на свое больное сердце — продай квартиру и отдай деньги мне! — Артем размахивал руками прямо перед лицом матери.
— Сынок, но это же единственное жилье... Куда я пойду? — Валентина Петровна прижала руку к груди.
— Мне плевать! Ты всю жизнь мне должна! Я не просил меня рожать! — он схватил со стола ее таблетки и швырнул в стену. — Хватит прикидываться больной!
Валентина Петровна смотрела на сына и не узнавала. Где тот мальчик, который приносил ей полевые ромашки? Который плакал, когда она задерживалась с работы?
Тридцать пять лет назад она растила Артемку одна. Муж ушел, когда сыну было два года — нашел помоложе. Валя тогда работала на двух работах: днем — бухгалтером в конторе, вечерами — подрабатывала репетитором.
Помню, как однажды пришла домой в одиннадцать вечера. Артемка не спал — сидел у окна с плюшевым мишкой.
— Мамочка, я думал ты потерялась, — прошептал он, обнимая ее за шею.
— Никогда не потеряюсь, солнышко. Я всегда буду с тобой.
Она покупала ему самое лучшее. Себе — донашивала старое. На выпускной в школе подарила компьютер — копила полгода, отказывая себе даже в лекарствах. Когда поступал в университет — оплатила репетиторов, влезла в долги.
— Мам, я тебя никогда не брошу. Ты у меня самая лучшая, — говорил он тогда.
Изменения начались, когда Артем женился. Оксана — девушка из обеспеченной семьи, смотрела на будущую свекровь как на прислугу.
— Валентина Петровна, вы же понимаете, что в нашей квартире вам места нет? — мило улыбалась она. — Но вы можете приходить помогать с внуками. Когда будут.
Валентина кивала. Что поделать — невестка есть невестка. Главное, чтобы сын был счастлив.
Первый раз Артем попросил денег через год после свадьбы.
— Мам, выручи. На бизнес нужно. Верну с процентами!
Она отдала накопления на лечение — двести тысяч. Бизнес прогорел. Потом был второй, третий... Каждый раз — "последний раз прошу".
Два года назад у Валентины Петровны обнаружили сердечную недостаточность. Врач сказал прямо:
— Операция нужна срочно. Иначе — год, максимум два.
Она позвонила сыну:
— Артемушка, мне нужна помощь. Операция стоит четыреста тысяч...
— Мам, ты что! У нас ипотека, Оксана беременна вторым. Откуда деньги? Продай дачу!
Дачу — шесть соток с покосившимся домиком — она продала за копейки. На операцию не хватило. Решила лечиться таблетками — авось пронесет.
Сегодня Артем пришел с ультиматумом. Оксана выгнала его — застукала с любовницей. При разводе нужно делить имущество, платить алименты.
— Единственный выход — твоя квартира! Продашь, отдашь мне деньги. Снимешь комнату где-нибудь.
— Сынок, но мне шестьдесят семь лет. Кто сдаст комнату больной старухе?
— Не мои проблемы! Ты меня родила — ты и отвечай!
Валентина Петровна медленно поднялась. В груди кольнуло, но она не подала виду.
— Знаешь что, Артем? Я действительно тебя родила. Выкормила, вырастила, выучила. Всю жизнь отдавала последнее. Но знаешь что я тебе НЕ должна?
— Что? — он усмехнулся.
— Я не должна быть жертвой собственного сына. Не должна умирать под забором ради твоих ошибок. И знаешь что еще?
Она подошла к комоду, достала папку с документами.
— Вот завещание. Составила вчера у нотариуса. Квартира после моей смерти переходит детскому дому, где я теперь волонтер. Тому самому, откуда мы брали игрушки для тебя, когда денег не было совсем.
Артем выхватил бумагу, пробежал глазами.
— Ты... ты не можешь! Я твой сын! Единственный!
— Мог бы остаться единственным. Но ты сам сделал выбор — стал никем. Теперь уходи. И ключи оставь.
Артем ушел, хлопнув дверью. Через неделю пытался вернуться — умолял, плакал, даже на колени встал. Валентина Петровна не открыла.
Через месяц ее не стало. Сердце не выдержало — врачи предупреждали. Артем узнал от соседей. На похоронах были волонтеры из детского дома, бывшие коллеги, подруги. Артема не пустили — Валентина Петровна оставила распоряжение.
В завещании была приписка, которую зачитал нотариус:
"Сыну моему Артему оставляю то, что он мне дал в последние годы — ничего. И еще — совет: научитесь быть человеком. Может, ваши дети будут к вам добрее".
Детский дом получил не только квартиру. В шкатулке нашли записку: "Детям, которым не повезло с родителями. От мамы, которой не повезло с сыном".
Артем подал в суд. Проиграл. Оксана не вернулась. Любовница бросила, узнав, что денег не будет.
Иногда он проходит мимо маминого дома. В окнах — детские рисунки. Слышен смех. На двери — табличка: "Семейный центр имени Валентины Петровны Семеновой".
А ему даже войти туда нельзя. Никогда.