Деловой коктейль и случайный взгляд
Мария Межинская, директор одного из столичных магазинов сети «Гигант-Маркет», ступила на палубу белого теплохода «Лотос» с чувством, будто сбежала из тюрьмы строгого режима под названием «Московская Рутина». Четыре дня без отчетов, звонков от скандальных поставщиков и необходимости с улыбкой выслушивать претензии дамочек в норковых шубках по поводу залежавшегося трюфельного сыра! Рай, да и только.
— Машенька, иди сюда, посмотри, кто приехал! — просипела у самого ее уха Ольга Борисовна, директор из Нижнего Новгорода, женщина с невероятной способностью узнавать сплетни раньше, чем они сами случались. — Смотри, наш дивзон-божество! Евгений Викторович Ельцов! Смотри, как мужественно он оперся о поручень! Прямо капитан дальнего плавания!
Мария лениво повернула голову. Действительно, у борта, в элегантном полуспортивном пиджаке цвета морской волны, стоял тот самый Ельцов, директор столичного дивизиона, живая легенда и гроза всех менеджеров по закупкам. На его фоне даже могучий волжский простор казался чуть менее величественным.
— Мужественно, — согласилась Мария. — И, похоже, уже составляет стратегию по завоеванию волжского бассейна. Смотри, как он смотрит на воду – вот-вот отдаст приказ увеличить обороты.
— Ах, Маш, не язви! — вздохнула Ольга Борисовна. — Холодный, неприступный, умница, красавец… Говорят, его бывшая жена до сих пор ходит к психологу после развода. От одного его взгляда холодеет кофе!
— Может, она просто не умела его правильно заваривать? — философски заметила Мария, отхлебывая свой капучино, который, несмотря на сплетни, был вполне теплым.
В этот момент Ельцов обернулся. Его взгляд скользнул по восторженной Ольге Борисовне и остановился на Марии. Не холодный, скорее оценивающий, заинтересованный. Как будто он увидел не подчиненную, а интересного собеседника. Или новую, многообещающую рыночную нишу.
Мария почувствовала, как по спине пробежали противные-препротивные мурашки. Не от страха, а от неожиданности. Она привыкла быть в тени, а тут вдруг – луч прожектора.
— Ой, он на нас смотрит! — зашептала Ольга Борисовна, алая, как помидор «черри» из ее же магазина. — Я сейчас в обморок упаду!
— Держитесь, Ольга Борисовна, — успокоила ее Мария. — Помните инструкцию: «В случае чрезвычайной ситуации спасательные шлюпки расположены по обоим бортам». А его взгляд – это пока не ЧС.
Тут организаторы, жизнерадостные молодые люди, объявили начало нетворкинг-игры «Волжские связующие нити». Всех разбили на команды. Судьба, а может быть, злой рок корпоративного тимбилдинга, свела Марию и Евгения в одной команде. Задание было дурацкое: с завязанными глазами нарисовать портрет идеального покупателя.
— Ну что, коллеги, — с легкой иронией в голосе произнес Евгений, когда им завязали глаза. — Похоже, руководство решило проверить нашу профпригодность самым радикальным способом. Мария, вы готовы к коллективному творчеству?
— Готова, Евгений Викторович, — ответила она из своего темного мира. — Но предупреждаю, последний раз я рисовала в детстве. И нанесла моральную травму всем, кто видел этот шедевр.
Он рассмеялся.
— Отлично. Значит, будем творить в стиле абстракционизма. Я беру на себя левую часть портрета – вероятно, кошелек. Вы – правую, то есть, сердце нашего идеального покупателя.
Они возились, смеялись, сталкивались локтями и в итоге нарисовали нечто, отдаленно напоминающее инопланетянина с огромной кредитной картой вместо головы.
— Шедевр, — констатировал Евгений, когда с них сняли повязки. — Я бы сам купил у такого покупателя что угодно. Хотя бы из чувства самосохранения.
— Главное – он запоминающийся, — парировала Мария. — А в продажах, как мне кажется, это главное. В покупках, правда, не слишком. Тот, кто платит, сам решает, как он выглядит.
— Вы умны, Мария, — вдруг серьезно сказал он. — И с прекрасным чувством юмора. Редкое сочетание.
В этот момент теплоход мягко качнулся на волне. Мария, не ожидавшая подвоха от родной Волги, пошатнулась. Но прежде чем она успела понять, что падает в объятия к не менее родному причалу, сильная рука уверенно поддержала ее за локоть.
— Палуба, коварна, — прозвучал над самым ее ухом его спокойный, низкий голос. — Здесь даже природа работает на сближение коллег.
— Не слишком ли близко?
Он не отпускал ее руку еще секунду, может, две. От его прикосновения по коже пробежал совсем другой, совсем не деловой разряд. Ольга Борисовна, наблюдающая за этой сценой с расстояния в три метра, уже мысленно примеряла подвенечное платье на Марию. А она сама просто отступила на шаг, стараясь дышать ровнее.
— Спасибо, Евгений Викторович. Кажется, я нахожусь в полной безопасности. Пока не началась следующая игра по построению пирамиды из тел.
— Надеюсь, до этого не дойдет, — улыбнулся он. — А то придется спасать уже всерьез.
Они разошлись по разным концам палубы. Но до самого конца вечера Мария ловила на себе его взгляд. А он – ее.
Казанское утро. Побег от московской суеты
Утро на теплоходе — это нечто божественное! Особенно, если ты не должна бежать на совещание к семи утра, отбиваясь от смс поставщиков. Мария стояла на палубе, вдыхала свежий ветер и чувствовала себя на седьмом небе. Нет, на восьмом! Прямо как тот самый «Гигант-Маркет» в сезон скидок.
После завтрака объявили программу: организованная экскурсия в Казанский Кремль. Все ринулись к автобусам. Мария же замешкалась. Ей вдруг страшно захотелось тишины и одиночества. Или хотя бы отсутствия Ольги Борисовны, которая с утра уже трижды спросила, не назначил ли ей «наш бог дивзон свидание на корме.
— Нет, Ольга Борисовна, — отвечала Мария. — Он не назначал. Видимо, ждет сигнального дыма или сообщения голубиной почтой.
Смеясь сама над собой, она сбежала с теплохода и, свернув с основной толпы, пошла куда глаза глядят. Глаза глядели на необычное здание вдалеке — знаменитый Храм всех религий. Идти было далековато, но Мария решила — почему бы и нет? Она же не на совещание бежит, можно и променад устроить.
Она дошла, полюбовалась яркими куполами, сфотографировала для взрослого сына (тот обожал всякую архитектурную эклектику) и устроилась на скамеечке с видом на Волгу. Достала телефон, чтобы проверить почту… и задумалась. Нет, уж дудки! Она же сбежала! Она на свободе! Пусть весь «Гигант-Маркет» подождет.
— Полагаю, мысли о плане продаж на следующий квартал здесь, в таком месте, кажутся особенно кощунственными? — раздался рядом хорошо поставленный, знакомый баритон.
Мария вздрогнула и обернулась. Рядом, положив руки в карманы элегантных брюк, стоял Евгений Ельцов. Он смотрел не на нее, а на храм, и на его лице играла легкая, почти мальчишеская улыбка.
— Евгений Викторович! Вы тоже сбежали от коллективного погружения в историю?
— Я считаю, что лучшая история — это та, которую ты видишь своими глазами, а не слушаешь в наушниках в сорок пятый раз, — философски заметил он. — К тому же, у меня аллергия на толпу. Особенно в нерабочее время. А вы, я смотрю, тоже сторонник партизанского туризма.
— О да, — рассмеялась Мария. — Я уже представила, как Ольга Борисовна будет искать меня в автобусе с криком: «Где же наша московская парочка?!». Вы представляете, какой удар будет по ее романтической душе?
— Ужас, — содрогнулся Евгений. — Лучше я тогда постою тут в сторонке, а то, не дай бог, нас увидят вместе. Пойдут слухи, что мы тайно встречаемся у Храма всех религий, чтобы обсудить диверсификацию ассортимента зефира.
— Согласна, репутация дороже, — подыграла она. — Но раз уж вы здесь, присаживайтесь. Места хватит на двоих беглых топ-менеджеров.
Он сел. Возникла пауза, но не неловкая, а приятная. Словно они давно знакомы и просто молча наслаждаются моментом.
— Знаете, Мария, — начал он, глядя на воду. — В Москве я, кажется, забыл, что такое просто сидеть и ничего не делать. Вечный бег по кругу: дом-офис-тренажерный зал-аэропорт. Иногда кажется, что ты не живешь, а просто выполняешь цикличную бизнес-процедуру под названием «Жизнь».
— О, я вас понимаю! — воскликнула Мария. — Иногда мне кажется, что мой мозг — это бесконечная эксель-таблица.
— А я — в формате презентации PowerPoint, — с грустной усмешкой признался Евгений. — Жутко.
Они смеялись, как два заговорщика, нашедших друг в друге родственную душу. Разговор потек сам собой. Оказалось, они живут в Москве не просто в одном городе, а почти по соседству — всего лишь в разный районах города.
— Знаете, что мне нравится в этом месте? — сказала она, чтобы перевести дух и тему. — Здесь нет иерархии. Никто не тычется в телефон, не бежит докладывать о выполненном плане. Здесь просто есть люди и небо.
— И отсутствие Wi-Fi напару с наличием подглушенной связи, — добавил Евгений. — Что, признаемся, является главным катализатором настоящего общения.
— Вы правы, — кивнула Мария. — И знаете, я вам даже благодарна, этому вашему корпоративному тимбилдингу. Без него мы бы так и продолжали бегать мимо друг друга в московской круговерти, как слепые котята.
— Согласен, — серьезно сказал он. — Хотя, должен признаться, я вас заметил еще в аэропорту. Вы так сосредоточенно выбирали кофе в автомате, словно от этого зависела судьба мирового ритейла.
— Что?! — Мария покраснела. — И вы ничего не сказали!
— А что я мог сказать? «Коллега, я ваш босс, давайте пропустите меня вперед, у меня самолет раньше улетает»?
Она рассмеялась. Время пролетело незаметно. Пора было возвращаться на теплоход.
Они шли обратно вместе, не спеша, болтая о пустяках и продолжая отпускать шутки. Мария ловила на себе завистливые взгляды других участников слета. Ольга Борисовна, уже сидевшая на палубе с видом пророка, увидев их, приложила руку к сердцу.
— Кажется, наша репутация безнадежно испорчена, — вздохнул Евгений, но глаза его смеялись.
— Ничего, — парировала Мария. — Скажем, что обсуждали стратегию вывода на рынок нового бренда волжской рыбы. Очень перспективное направление.
— Гениально, — он улыбнулся. — А я как раз думал, что мне не хватает в жизни стратегий. Спасибо, что напомнили, что бывает и просто хорошо.
И, сказав это, он посмотрел на нее так, что у Марии отключились все внутренние эксель-таблицы. Осталось только легкое, пьянящее чувство счастья и предвкушение вечера.
Вальс на палубе
Вечер на теплоходе — это было нечто! Палубу украсили гирляндами, поставили столики с белыми скатертями, и даже накрыли какое-то подобие шведского стола, где главным деликатесом была, кажется, жареная рыба, пойманная утром рыболовом дядей Васей. Романтика, что еще сказать!
Мария надела свое самое выигрышное платье — цвета темной сапфирной ночи, которое она припасла как раз для такого случая. «На всякий пожарный», как она говорила. И похоже, пожар уже вовсю разгорался.
Ольга Борисовна, увидев ее, вздохнула так глубоко, что чуть не сдуло салфетки со столика.
— Машенька, вы просто сокровище! — прошептала она. — Смотрите, он уже здесь. И смотрит на вас так, словно вы не коллега, а последняя банка красной икры на полке в сезон распродаж!
Мария посмотрела в указанном направлении. Евгений стоял у бара, беседуя с кем-то из региональных директоров, но его взгляд действительно был прикован к ней. В темном костюме он выглядел невероятно эффектно. Мария почувствовала, как учащенно забилось ее сердце — предательский орган, совершенно забывший о своем возрасте и статусе здравомыслящей женщины.
— Ольга Борисовна, — строго сказала Мария, — если вы сейчас произнесете фразу «а я говорила», я лично брошу вас за борт в качестве приманки для рыб дяди Васи.
Она подошла к своему столику, стараясь дышать ровно и выглядеть непринужденно, словно она всегда ужинала на палубе теплохода в обществе самого завидного жениха всей сети «Гигант-Маркет».
Ужин прошел в приятной суматохе. Но Мария почти ничего не ела. Она чувствовала на себе его взгляд. И вот заиграла музыка. Медленная, томная.
И он пошел. Прямо через всю палубу. Ольга Борисовна замерла с куском рыбы на вилке, застыв в позе «Охотники на привале».
— Мария, разрешите пригласить вас на танец? — его голос звучал низко и чуть хрипловато. — Ольга Борисовна уже, кажется, пишет в блокноте наши имена для доноса о корпоративном романе.
— Что вы, Евгений Викторович, — улыбнулась Мария, вставая.
Он взял ее за руку. Его пальцы были теплыми и уверенными. Он подвел ее к центру небольшого танцпола, и вот они уже кружились под звездами. Волга была черной и бархатной, гирлянды отражались в воде, как рассыпанные бусы.
— Знаете, — тихо сказал он, — я сегодня весь день думал о нашем разговоре. О том, что в Москве мы будем делать вид, что незнакомы?
Мария замерла. Так вот о чем он думал.
— А вы уже придумали план? — спросила она, стараясь, чтобы голос не дрожал.
— План у меня один, — он притянул ее чуть ближе. — И он категорически противоречит всем корпоративным правилам. Я не хочу делать вид. Я не хочу, чтобы этот теплоход стал красивым пузырем, который лопнет, как только мы сойдем на берег.
Мария молчала, прислушиваясь к стуку своего сердца. Оно колотилось где-то в горле.
— Мы оба взрослые люди, Мария, — продолжал он. — Мы знаем цену словам и поступкам. И я прекрасно понимаю все риски. Служебный роман — это худший из кошмаров HR-отдела. Но я готов его возглавить, этот кошмар.
Она рассмеялась.
— Звучит угрожающе.
— Пусть это звучит пафосно, но другого слова я не подберу. С тех пор как моя жена ушла к моему бывшему партнеру по гольфу, я не позволял себе даже думать о чем-то подобном. Пока не встретил вас.
— Евгений… — начала она.
— Женя, — поправил он. — Пожалуйста. Хотя бы здесь, под этими звездами.
— Хорошо, Женя, — сдалась она. — Но вы понимаете, что это безумие?
— Пусть ест, — махнул он рукой. — А мы просто будем работать еще лучше, чтобы наши личные чувства не влияли на профессиональные. Мы же взрослые, адекватные люди, как вы говорили.
Танец закончился. Музыка смолкла. Но они не расходились, все еще стоя в центре зала, словно завороженные.
— Я очень хочу попробовать, Мария, — сказал он почти шепотом. — Вернуться в Москву и не потерять это. Не потерять вас.
Мария посмотрела на него — на его умные, немного уставшие глаза, на твердый подбородок, на губы, тронутые улыбкой. И она поняла, что ее внутренний контролер, тот самый, что всю жизнь твердил «нельзя», «опасно», «нарушение регламента», наконец-то сдался.
— Хорошо, — тихо сказала она. — Давайте попробуем. Но только если вы обещаете, что на первом же совещании в Москве не будете делать мне глазки через весь зал. Я же не выдержу, я расхохочусь, как сумасшедшая.
— Обещаю, — он рассмеялся и снова взял ее за руку, чтобы отвести к столику. — Буду делать строгое лицо и говорить вам: «Мария Ивановна, ваш отчет по маржинальности оставляет желать лучшего».
Они вернулись за свой столик под восторженный вздох Ольги Борисовны, которая уже мысленно примеряла шляпку на их свадьбу. А над ними сияли огромные волжские звезды, такие яркие, что даже московские огни рядом с ними казались бы бледными и невыразительными. И казалось, что весь мир замер в ожидании их счастливого продолжения.
Звонок не проездом
Последнее утро на теплоходе было одновременно прекрасным и грустным. «Лотос» величественно подплывал к чебоксарскому причалу, а солнце, такое же розовое и румяное, как лицо Ольги Борисовны от избытка чувств, щедро разбрасывало блики по воде. Все суетились, собирали вещи, обменивались визитками и обещаниями «обязательно созвониться».
Мария стояла на палубе, кутаясь в легкий палантин. Внутри было странно: щемящая грусть от окончания этого волшебного пузыря и трепетное, сладкое предвкушение чего-то нового. Рядом возник Евгений.
— Кажется, наш побег подошел к концу, — сказал он, глядя на приближающийся город. — Пора возвращаться в бетонные джунгли. Я сразу с борта теплохода в Петербург на пару дней, а уже после проверки Северо-Западного филиала вернусь.
— Вы будете строгим начальником? — с улыбкой спросила Мария.
— Ужасным, — вздохнул он. — Потребую с вас лично предоставить отчет по KPI за последние пять лет. И чтобы без опозданий!
Он рассмеялся и тихо, чтобы никто не видел, взял ее за руку.
— Серьезно, Мари… Я…
— Все понятно, Женя, — мягко перебила она. — Не надо слов. Мы, конечно, остаемся на связи, обещаем друг другу увидеться, быть на связи, и вот эта вся топ-менеджерская история, которая работает только на словах.
— Нет. Мы встретимся.
— Посмотрим, — сказав это, Мария отвернулась. На ее глаза наворачивались слезы.
Он обнял ее сзади, уже не боясь попасться на глаза кому бы то ни было.
— Мы увидимся. Надеюсь, это будет еще не одно совместное утро.
Посадка, трансфер в аэропорт, перелет — все прошло в легком тумане.
Прошло два дня. Два самых длинных дня в жизни Марии. Москва снова поглотила ее с головой: совещания, планерки, разбор полетов. В ее кабинете снова витал аромат свежей выпечки из соседнего отдела — жизнь вошла в свою привычную колею. Но в душе оставалась тревожная пустота. А вдруг это было всего лишь красивым приключением? Вдруг он передумал?
Вечером второго дня Мария в пижаме с зайчиками готовила себе ромашковый чай, чтобы успокоить нервы. И вдруг зазвонил телефон. На экране горело его имя.
Сердце ушло в пятки, а потом прыгнуло обратно в горло. Мария сделала глубокий вдох и взяла трубку.
— Алло? — голос прозвучал чуть хрипло.
— Мари, это Женя, — послышался его спокойный, знакомый баритон. — Я дома. Сижу у себя на кухне, смотрю на огни «Москва-Сити» и думаю, что эти огни сильно проигрывают волжским звездам. Им не хватает одного важного элемента. Тебя.
Мария прислонилась лбом к прохладной дверце холодильника, пытаясь остудить пылающие щеки. На глаза начали накатывать слезы. Позвонил все-таки.
— Ты такой романтик, — прошептала она.
— Обычно в это время я изучаю финансовые отчеты. А сегодня изучаю карту ресторанов. Я не хочу, чтобы все закончилось на том теплоходе. Я заеду? Прямо сейчас.
— Да, — прошептала она и продиктовала адрес.
— У вас есть ровно пятьдесят девять минут на сборы, — деловым тоном ответил он. — И минута на спуститься.
— А если я опоздаю?
— То увидите под дверью влюбленного идиота. Пока перспективы только такие.
Линия оборвалась. Мария отставила чашку с чаем и побежала в спальню, сметая на своем пути тапки. Зайцы полетели в корзину для белья, за ними пара юбок, дурацкое бабкино платье. О! Вот оно! Джинсы, белая рубашка и красная помада. И где там эти каблуки, на которых видно вершину Эвереста?
---
Автор: Арина Демидова