Света зашла в банк в обеденный перерыв. Ей нужно было узнать историю движения средств по их совместному счету.
Распечатка оказалась длинной. Очень длинной.
За полгода родители Андрея получили от них не полмиллиона, а восемьсот тысяч рублей. Андрей переводил деньги почти каждую неделю. По двадцать, по тридцать тысяч.
И ни слова ей не говорил.
****
Вечером Света положила распечатку на стол перед мужем.
— Что это? — спросил Андрей, даже не взглянув на бумаги.
— История наших трат. Посмотри внимательно.
Андрей нехотя пробежал глазами по цифрам. Лицо его бледнело.
— Света, я могу объяснить...
— Объясни. Восемьсот тысяч за полгода. При том, что мы зарабатываем сто двадцать в месяц на двоих.
— Мама звонила, говорила, что им срочно нужно... То цемент подорожал, то мастера требуют доплату...
— А мне ты ничего не говорил.
— Я не хотел тебя расстраивать.
Света рассмеялась. Зло и коротко.
— Не хотел расстраивать? Андрей, у нас двое детей! Мы едва сводим концы с концами!
— Но ведь справляемся же...
— Справляемся? Я работаю на двух работах! Ты забыл?
Андрей молчал. Света собрала бумаги.
— Завтра утром я иду к адвокату.
— К адвокату? Зачем?
— Подавать на развод.
****
Утром позвонила Тамара Ивановна. Голос у нее был сладкий, примирительный.
— Светочка, мы с папой подумали... Может быть, мы поторопились с кухней.
— Да? — сухо ответила Света.
— Мы решили, что можем подождать до весны. Вы же молодцы, стараетесь, мы понимаем...
— Тамара Ивановна, я вчера была в банке.
Молчание.
— И что? — наконец осторожно спросила свекровь.
— Узнала, сколько денег вы получили за полгода. Восемьсот тысяч рублей.
— Ну... это же не так много...
— Это две наши зарплаты. За три месяца.
— Света, ну мы же не зря тратили! Квартира же лучше стала!
— Ваша квартира. На наши деньги.
— Но Андрей же ее получит!
— Может быть, получит. А может, и нет.
Тамара Ивановна насторожилась.
— Что ты имеешь в виду?
— Имею в виду, что подаю на развод.
Визг в трубке был такой, что Света отодвинула телефон от уха.
— Что?! Света, ты с ума сошла! Из-за каких-то денег разрушать семью!
— Из-за каких-то денег? Из-за того, что ваш сын врал мне полгода? Тратил последние деньги на ваши прихоти?
— Но мы же семья!
— Нет, — спокойно сказала Света. — Мы не семья. Семья — это когда все друг о друге заботятся. А у нас только мы о вас заботимся.
— Света, подожди! Давай встретимся, поговорим...
— Не о чем говорить.
Света отключила телефон и заблокировала номер.
****
Через час приехал Андрей. Взвинченный, красный.
— Света, что за бред ты матери говорила?
— Правду. Что мы разводимся.
— Мы не разводимся!
— Я развожусь. А ты делай что хочешь.
Андрей сел напротив жены.
— Света, ну нельзя же так! Из-за денег!
— Андрей, ты полгода врал мне. Каждый день. Тратил наши деньги без моего ведома.
— Я не врал! Я просто не говорил!
— Это называется вранье. Молчание — тоже ложь.
— Но это же родители! Они меня вырастили!
— И что? Теперь мы должны их содержать всю жизнь?
— Не содержать... Просто помогать...
— На восемьсот тысяч за полгода? При нашей зарплате?
Андрей замолчал. Потом вдруг заплакал.
— Света, ну что я мог сделать? Мама звонила, плакала... Говорила, что им не на что жить...
— А мне? Мне плакать не хотелось, когда я считала, хватит ли денег до зарплаты?
— Но ты же сильная...
— А твоя мама слабая? В шестьдесят лет?
Андрей поднял голову.
— Света, давай попробуем еще раз. Я поговорю с родителями, объясню...
— Что объяснишь? Что нельзя тратить чужие деньги? В их возрасте?
— Ну... попрошу больше не обращаться за помощью...
Света покачала головой.
— Поздно, Андрей. Я уже все решила.
****
Документы на развод подали через неделю. Андрей не сопротивлялся. Видимо, понял, что Света не шутит.
Родители Андрея пытались звонить детям. Внукам обещали подарки, поездки, что угодно.
— Мама, а почему мы больше не ходим к бабушке? — спросила восьмилетняя Аня.
— Потому что бабушка и дедушка поссорились с нами, — честно ответила Света.
— А помириться нельзя?
— Пока нет. Может быть, когда-нибудь потом.
****
Развод оформили через два месяца. Света оставила себе детей и половину квартиры. Андрей съехал к родителям.
Через месяц он приехал просить прощения.
— Света, я понял... Ты была права. Родители действительно пользовались нами.
— Понял? — удивилась Света. — Что случилось?
— Они попросили меня взять кредит на новую машину. Им. Сказали, что старая совсем развалилась.
— И?
— А потом я узнал, что они продали машину месяц назад. Просто деньги потратили.
Света кивнула. Не удивилась.
— Понимаешь, — продолжал Андрей, — они привыкли, что я всегда помогаю. А когда денег у меня не стало, решили, что я жадный.
— И что теперь?
— Теперь я снимаю квартиру. Работаю. Думаю.
— О чем думаешь?
— О том, что ты была права. И о том, можем ли мы попробовать еще раз.
Света посмотрела на бывшего мужа. Он похудел, осунулся. Впервые за много лет выглядел взрослым.
— Не знаю, Андрей. Доверие — штука хрупкая.
— Я понимаю. Но может быть, со временем...
— Может быть, — согласилась Света. — Но не сейчас.
****
Прошло полгода. Андрей исправно платил алименты, видался с детьми. Родителям помогал, но в разумных пределах.
Тамара Ивановна и Николай Петрович сначала обижались. Потом попробовали найти другие источники помощи. Младший сын жил в другом городе и на просьбы отвечал отказом.
В итоге им пришлось учиться жить по средствам.
Света работала, растила детей, копила деньги. Впервые за годы у нее появились накопления. Небольшие, но свои.
А иногда она думала о том, что семья — это не те, кто требует жертв. Семья — это те, кто готов жертвовать ради тебя.
И что настоящая семья — это она и ее дети.