Об истории песни "Враги сожгли родную хату" в необычной форме рассказывает Галина Павловна Дынникова (Оренбургская область, село Ташла). Ее письмо представляет собой короткий пронзительный рассказ из послевоенного детства.
«Хочу поделиться с нашими читателями воспоминанием из моего детства. Это о песне «Враги сожгли родную хату». Эту песню я впервые услышала на рынке, куда я часто ходила по субботам и воскресеньем вместе с мамой.
Пел эту песню солдат-фронтовик, у которого не было обеих ног. Звали его Артемий Иванович Рудич (мы, дети, называли его дядя Тема). Жил он на нашей улице в доме барачного типа. По национальности белорус. Крепкий на вид человек с неизменной доброй улыбкой на лице, что и привлекало к нему нас, дворовых ребятишек.
Детей у Артемия Ивановича не было, жена его, тетка Анна, была нездоровой. Единственная радость и отдушина его жизни – музыка: гармонь и песни. Играть и петь дядя Тема мог день и ночь. Бывало, развернет гармонь и скажет: «Ну, дети, попляшем!» И мы, как цыплята возле клушки, пляшем и радуемся.
Передвигался Артемий Иванович на деревянной коляске: это была обыкновенная широкая доска со спинкой, сбоку два деревянных колесика. В руках два бруска, сделанных по форме дверной скобы, чтобы можно было уцепиться пальцами рук. Упираясь о землю, Артемий Иванович передвигался.
Каждую субботу или воскресенье он выезжал на рынок. Рано утром, громыхая своей коляской по деревянному настилу тротуара, Артемий Иванович будил людей. Сопровождал его соседский мальчик. В детской коляске, которую катил этот мальчик, лежала гармонь. Часто колесики коляски Артемия Ивановича попадали в расщелины деревянных досок, и он заваливался на бок. Старался подняться сам. Когда уже не мог, то подбегали мужчины и усаживали его в коляску. В ответ улыбка и - «Благодарствую!»
Рынок - это небольшая площадь, обнесенная деревянным забором, и огромные входные ворота. Возле рынка всегда подводы с лошадьми: это крестьяне привозят на продажу свои товары и овощи. Входим с мамой на рынок. Шум, гам, ничего не слышно… Идет торговля. На рынке можно было купить почти всё, но уже не новое, и трудно было найти обувь.
Моя мама всегда покупала у крестьянок свежее молоко утреннего удоя и пару десятков яиц. На большее у нас не хватало денег.
Обойдя рынок, мы уже собрались домой. В это время въехал дядя Тема. Устроившись удобно между двумя ящиками, он развернул гармонь и запел громким хрипловатым голосом.
Возле него сразу образовался круг, в основном женщины. Дядя Тема пел, а женщины плакали. Мы подошли с мамой в тот момент, когда Артемий Иванович пел песню «Враги сожгли родную хату». Надо было видеть и слышать, что творилось: стоял стон рыданий… Я, испугавшись, прижалась к маминой руке. Затем, подняв глаза снизу вверх, увидела, как моя мама плачет, и тоже разревелась. А дядя Тема пел:
Пошел солдат в глубоком горе
На перекресток двух дорог,
Нашел солдат в широком поле
Травой заросший бугорок.
Стоит солдат, и словно комья
Застряли в горле у него.
Сказал солдат:
«Встречай, Прасковья,
Героя мужа своего.
Готовь для гостя угощенье,
Накрой в избе широкий стол.
Свой день, свой праздник возвращенья
К тебе я праздновать пришел».
Никто солдату не ответил,
Никто его не повстречал,
И только теплый летний вечер
Траву могильную качал.
Вздохнул солдат, ремень поправил,
Раскрыл мешок походный свой.
Бутылку горькую поставил
На серый камень гробовой.
«Не осуждай меня, Прасковья,
Что я пришел к тебе такой,
Хотел я выпить за здоровье,
А должен пить за упокой.
Сойдутся вновь друзья-подружки,
Но не сойтись вовеки нам…»
И пил солдат из медной кружки
Вино с печалью пополам.
Он пил, солдат, слуга народа,
И с болью в сердце говорил:
«Я шел к тебе четыре года,
Я три державы покорил».
Хмелел солдат, слеза катилась,
Слеза несбывшихся надежд.
И на груди его светилась
Медаль за город Будапешт.
Возле Артемия Ивановича на земле лежала коробочка, куда женщины клали кто что мог. Песня закончилась. Мама подошла, положила в коробочку денежку, и мы направились к выходу.
Всю дорогу я спрашивала маму, почему тёти так плакали, ведь дядя Тема хорошо пел и играл. И мама объяснила мне содержание этой песни. А уже взрослой я прочитала о том, что поэт Михаил Исаковский написал стихотворение «Враги сожгли родную хату…» в 1945 году, а через год оно было опубликовано в журнале «Знамя» и вскоре стало песней: композитор Матвей Блантер сочинил для него музыку. Эта песня часто звучала по радио.
Эту песню моя мама любила до конца своей жизни. Бывало, запоёт и заплачет. Овдовела она в 36 лет. Папа, вернувшийся с фронта, скончался в 38 лет от боевых ран. Нас осталось шестеро, я предпоследняя - мне восемь лет, братику пять. Только сейчас, когда сама прожила большую жизнь, задумываюсь, как могла наша мама поднять и вырастить нас всех…
До конца своих дней будем помнить наших родителей и фронтовиков, таких как Артемий Иванович Рудич – наш веселый и добрый дядя Тема».