Найти в Дзене
Илларион Богданов

Бог как человеческий опыт

Во всех культурах, затерянных в веках или современных, так или иначе присутствует идея Бога. Более первобытные народы воспринимали необъяснимые природные явления как проявления Бога. Позже, с развитием человечества стала укрепляться философская мысль, где понимание Бога в конкретных проявленях природы или (не)желаемых случайностях в жизни становилось все более имманентно, трансендентно, оторвано от конкретных проявлений, философичнее. Позже, человеческий разум задумался отказаться от этой теории вовсе, открыв больше места для точной науки, психологии и культуры как таковой, без привязки к религиозным представлениям. Но в данном эссе мне хотелось бы поговорить о Боге, как об опыте, а не как о реальном существе. Что это может значить? Такая постановка вопроса родилась у меня, когда я в очередной раз задумывался о тех связях, которые могут существовать и априори полярных значениях: атеизм и вера в Бога: неужели невозможно связать их хоть как-то, “схлопнуть”? В древности, как я вскользь уп

Во всех культурах, затерянных в веках или современных, так или иначе присутствует идея Бога. Более первобытные народы воспринимали необъяснимые природные явления как проявления Бога. Позже, с развитием человечества стала укрепляться философская мысль, где понимание Бога в конкретных проявленях природы или (не)желаемых случайностях в жизни становилось все более имманентно, трансендентно, оторвано от конкретных проявлений, философичнее. Позже, человеческий разум задумался отказаться от этой теории вовсе, открыв больше места для точной науки, психологии и культуры как таковой, без привязки к религиозным представлениям.

Но в данном эссе мне хотелось бы поговорить о Боге, как об опыте, а не как о реальном существе. Что это может значить? Такая постановка вопроса родилась у меня, когда я в очередной раз задумывался о тех связях, которые могут существовать и априори полярных значениях: атеизм и вера в Бога: неужели невозможно связать их хоть как-то, “схлопнуть”?

В древности, как я вскользь упоминал уже выше, религиозный опыт людей состоял в основном из жертвоприношений, “задабривания” существ и на самом деле был далек от чего-то духовного, чем он стал в наши дни. Мифы древних пронизаны страхом, скрытой ненавистью и завистью к богам, зачастую антропоморфизированным природным или прочим необъяснимым явлениям жизни (гроза, молния, огонь, шторм, смерть и проч).

Со временем понимание людьми Бога (богов) становилось все более метафизическим, абстрактным, философским, все более оторванным от реальности. Бог, проявлявший себя в природе, все больше стал проявлять себя в психологии людей, переходя от объективно-существующего к субъективно-перципционному, личностному.

От борьбы с внешними демонами (грозы, шторма, эпидемий, войн), люди перешли к борьбе с внутренними демонами (психологические), Бог в понимании людей становился более метафоричен: “Любовь”, “Добро”, “Смысл”, хотя антропоморфные черты, как наследие древних у современного человека в понимании Бога все еще сохранилось.

Вот говоря об атеистах, отрицающих непознанное, существование самого Бога, как “высшего разума” или “старика с бородой на небе”, атеисты тем не менее не отрицают духовные истины, опоры, благодаря которым все еще держится человечество: дружба, жертвенность, любовь, взаимопомощь, честность. Таким образом, идея у верующих и неверущих остается одна и та же “идея Бога”, просто кто-то связывает это с живым Богом, а кто-то с моралью.

Передо мной стоит бутылка воды. ее можно называть яблоком, табуреткой, Богом, чертом, мной самим, но она так и останется бутылкой, так и духовные опоры, можно назвать или идентифицировать как с Богом, так и не идентифицировать, но они остаются одинаковыми, собой.

У верующих и атеистов идея Бога - это то, что их объединяет, одни постулируют, что он есть, другие постулируют, что его нет, но обе группы постулируют, обе группы говорят о Боге. Наша задача, из этих двух постулатов найти что-то общее, привести их к консенсусу.

Универсальный человеческий опыт стремится к отказу от антропоморфизации Бога. И опыт, называемый многими людьми религиозным, объединяет множество людей, чтобы они ни думали о Боге. Общество растет, а вместе с ним и идея Бога, тот опыт, который переживают верующие и атеисты, фанатики и нигелисты. Дадим же право каждому на свое названние этого опыта, как каждому народу право на свой язык и свое самоопределение, и такое понимание - это может быть основой того, что поставит точку в вековых спорах верующих и атеистов.