из серии «Записки ведьмы»
Однажды, возвращаясь из чащи леса в дождливую погоду, у дверей своего дома я встретила промокшую насквозь девушку. Она дрожала, словно пламя свечи при ветре и не могла вымолвить ни слова. Я впустила её в дом, усадила за стол, укрыла пледом и налила горячий чай. Согревшись, она смогла поведать свою историю.
- Я не случайно к вам пришла, - начала она, - только вы в силах мне помочь.
Передо мной сидела молодая девушка, лет восемнадцати, стройная, утонченная и привлекательная. Светлые волосы, цвета соломы, изрядно намочил дождь и они, как сосульки, свисали на тонкие плечи. Круглое лицо миловидное и наивное переполняло отчаяние и горе.
Девушка поведала мне о безмерной любви к молодому юноше, который поначалу был к ней расположен. Романтические встречи, нежные прикосновения, тёплые чувства, слова о любви. Для молодой особы, первая любовь – целая жизнь. Жизнь яркая, открытая, глубокая и вечная. Жизнь, в которой утопаешь в собственных чувствах и эмоциях. Жизнь, в которой смотришь на мир через стёкла розовых очков, где есть только радостные события, романтические и идеализированные. Жизнь, в которой нет изъянов и подвохов, а твой возлюбленный - самый лучший на всём белом свете, не имеющий недостатков и пороков.
Как опрометчиво. Как самонадеянно. И всё же, все мы через это проходили. Навряд ли хоть кого-то обошла эта участь. Участь первой любви.
Однако затем что-то изменилось. Её возлюбленный охладел, стал раздражителен и своенравен. Появилась грубость, бестактность, игнорирование. Бедная девушка не могла понять, в чём дело, пока однажды не увидела его в компании другой особы.
- Прошу верните мне его,- взмолилась она.
- Зачем? Он уже тебя предал, он выбрал другую. К чему это неуважение к себе?
- Я не могу без него. Мне плохо. Я умираю. Я не могу спать, я не могу есть, я не могу дышать. Только мысли, мысли, мысли… и всё о нём, о нём, о нём…
- Это пройдёт, - холодно ответила я.
- Он везде, повсюду. Я везде его вижу, он везде мерещится.
- И это пройдёт.
- Неужели я хуже её? – тихо она задала вопрос ни мне, ни себе, куда-то в воздух.
- Нет, милая. Не все люди будут с нами всю жизнь. Кто-то приходит только для опыта: жёсткого, тяжелого, болезненного опыта. Со временем ты поймёшь, для чего это было нужно. И скажешь спасибо и этому человеку, и судьбе, что сберегла тебя от него.
- Ты говоришь какие-то глупости. Я не вижу жизни, если его нет рядом.
- Жизнь не заключается в нём! Жизнь должна идти в тебе. Не возвышай того, кому ты не нужна. Не возвышай того, кому ты не важна. Не делай из него идола, ибо он не видит твоей ценности. Мы, женщины, часто распыляемся на тех, кто не достоин даже нашей улыбки. Мы прощаем самые низкие поступки, забывая про свою гордость, честь, достоинство. А достоинство превыше внимания. Прими этот урок и живи дальше.
- Я пришла к тебе не за нотациями, - вспылила она, - а за четким действием вернуть его обратно. Пусть он забудет о ней и вернётся ко мне.
- Твоя глупость не знает предела, - её капризность стала меня раздражать.
- У меня есть деньги. Я заплачу. Сколько нужно? – нахально спросила она.
Это меня оскорбило. Я всецело хотела донести ей одну простую мысль о том, что если человек тебя не выбирает, значит это не твой человек. Смирись и проживай эту боль с осознанием того, что всё идёт во благо. Время раскроет все карты, и откроется истина, которая преграждала раньше пелена влюблённости и идеализации человека. Ты поймёшь, что он был дан не для любви, а для роста. Роста личности, роста любви к себе, роста становления себя как человека.
- Хочешь его вернуть? Пожалуйста! – теперь уже вспылила я.
Я незамедлительно провела ритуал и написала на клочке бумаги заклинание. Это не заняло много времени.
- Скажи это в полнолуние, сожги бумагу и жди, когда твой возлюбленный вернётся, - сказала я, протягивая листок.
- Спасибо, - обрадовалась бедняжка.
- Но за каждым действием есть последствия. Он вернётся. Не по своей воле. А если воля человека сломлена, то не жди от него благородства и нравственного величия. Он будет пустым.
- Моей любви хватит на двоих, - сказала она самоуверенно.
Сколько раз такое было тут сказано. Сколько раз женщины в этом ошибались. Ни что не может удержать человека. Самонадеянно и нелепо в это верить. Хотя её жизненный путь ещё только начат. Она молода. Ей предстоит сделать ещё много ошибок. Куда более опрометчивы те, кто уже не молод, но всё так же верит в небылицу о том, что любовь женщины, способна вызвать любовь к ней в мужчине. Если нет желания двоих людей, то всё бессмысленно.
Она ушла. Всё также под дождь, который не стихал ни на минуту. Но ушла совсем в другом расположении духа. В приободренном и подстёгнутом на свершение задуманного.
Прошло несколько месяцев, прежде чем я узнала о несчастных событиях. Молодой человек этой юной особы вернулся к ней. Он всячески оказывал ей знаки внимания, но всегда был подавлен. Он не перестал злиться и часто кричал без видимой на то причины. Сердце его страдало, но он сам не понимал от чего. Юноша говорил, что ему плохо, тело скованно, будто железными доспехами. В груди щемило, а иногда появлялась тяжесть такой силы, что нельзя было сделать полноценный вдох. Он говорил всем, что нет сил и стремлений, нет даже мыслей о желаниях или хотениях, нет даже планов и мечтаний. Молодой человек неустанно твердил, что устал. И усталость эта ничем не подкреплялась. Он не делал физической и трудной работы, но все тело ныло и требовало отдыха. Его одолевала бессонница. Он говорил об этом ей, а она успокаивала: «Всё пройдет, я рядом. Моя любовь всё вылечит». Но не вылечила.
В одну из дождливых ночей, холодных и ветреных, юноша до утра простоял под открытым небом возле дома. Стоял, смотря в её окна, сам не понимая, что делает. Промокший до костей и озябший от холода, он заболел. Лихорадка завладела им. Его болезнь переросла в бессознательное бормотание, истерики и лишение памяти. Нарушилась речь, и он мало кого мог узнавать. Врачи были бессильны. Ему не могли помочь. Он был потерян. Потерян для этого мира, потерян для людей.
И сейчас, стоя на площади деревни, он в отчаянии просил милостыню. Его тонкая рука протянулась ко мне, не переставая трястись.
- Я тут… холодно… где она… подайте… прошу… Олеся… я здесь… пусто… уйди… темно…
Его глаза были пусты, но при произношении имени Олеся, в них проблескивала тревога, а затем опять пустота. Он помнил её. Он звал её. Он звал ту, которую любил. Я поняла это, ведь девушку, которая ко мне приходила, звали Ирина.