Иногда мне кажется, что вся моя жизнь напоминает бесконечное движение по кругу.
Вечно одни и те же лица, маршруты, слова. Работа — дом, дом — работа, редкие встречи с подругами в попытке разбавить серую рутину. Я давно разучилась ждать чудо, но всё же иногда тянулась к нему, словно ребёнок за конфетой на высокой полке.
В тот вечер я просто устала. После долгого дня поймала себя на мысли, что ужасно одинока.
Соскучилась по той самой «бабочке в животе», по ожиданию звонка, по чьей-то руке в своей ладони. Автоматически открыла уведомление с сайта знакомств: "Виктор прислал вам сообщение."
Виктор — приятная улыбка на фото, искренние глаза, короткое сообщение:
— Добрый вечер, Алёна. Удивительно, но вы, кажется, тот редкий человек, с кем хочется говорить без остановки.
Я пересматривала его фото. Обычная мужская внешность, немного усталый взгляд. Что-то в его лице вызывало доверие. Я ответила: — Спасибо, Виктор. И хотя мы едва знакомы, мне тоже хотелось бы пообщаться.
Так завязалась наша переписка. Она лилась, как река — легко, непринуждённо.
Он первым рассказал о себе: работает инженером, мечтает открыть своё дело — небольшую мастерскую.
Говорил о книгах, которые любит, о путешествиях по родной стране.
Я делилась своими мыслями неохотно, но его доброжелательность и тактичность разоружали.
— Почему ты не замужем? — спросил он однажды.
Я смутилась, но решила не юлить:
— Сложно найти человека, которому доверишься. Один раз сильно обожглась.
Он ответил почти сразу:
— Я понимаю. Знаешь, Алёна, и я был ранен. Но если бы мы закрылись полностью, никогда бы друг друга не нашли.
Эти слова задели за живое. Внутри зашевелилась робкая надежда: может быть, это тот самый человек?
Переписка из мимолётной стала ежедневной необходимостью.
Мы обсуждали всё: фильмы, новости, детские страхи. Иногда он звонил на видео — голос у него был мягкий, густой, обволакивающий, будто плед. Я стала ждать этих звонков с подростковой неуёмной радостью.
Как-то раз, после особенно трудной рабочей недели, я призналась: — Спасибо, что ты есть. Благодаря тебе я начала улыбаться чаще.
Он долго молчал, потом тихо добавил:
— Мне хочется делать тебя счастливой…
Осень за окном начала вступать в свои права.
Я ловила себя на том, что улыбаюсь прохожим и разглядываю витрины с обувью на каблуке и платьями — впервые за долгое время захотелось выглядеть более женственно.
Мы с Виктором общались уже почти три месяца, и он всё чаще заговаривал о встрече.
В один из вечеров он позвонил неожиданно.
— Ты чудо, Алёна… Знаешь, я мечтаю увидеть твои глаза. Без экрана.
Я чувствовала волнение, будто снова стала юной студенткой. Мы договорились встретиться в уютной кофейне в центре города.
Он пришёл чуть раньше. Виктор явно нервничал, поскольку нервно теребил руку. Он произвел хорошее впечатление, поскольку пришел на встречу в дорогом костюме.
Я подкралась со спины — сердце стучало.
— Ты, наверное, Алёна? — обернувшись произнес он.
- Да.
Мы говорили долго: за столиком, потом на улице, не замечая ни прохлады, ни шума троллейбусов.
Беседа текла, как раньше — легко и по-настоящему. И в какой-то миг он осторожно взял мою ладонь: — Спасибо, что не испугалась открыть мне сердце.
В последующие недели мы встречались всё чаще. Он рисовал мне будущее,
в котором у нас маленькая мастерская, старый автомобиль для совместных поездок, домашние ужины по вечерам.
Я была опьянена его заботой, его вниманием — ощущением, что я кому-то по-настоящему нужна.
Порой он вплетал в разговор просьбу о помощи.
— Ты же знаешь, как сложно одному всё тянуть? В банке мне не дают кредит — а мне всего-то не хватает немного, чтобы сдвинуть дело с мёртвой точки…Я так хочу открыть свою мастерскую!
Я слушала и мысленно уже примеряла на себя роль спутницы жизни, той, что поддержит, подставит плечо.
— Сколько нужно, Виктор?
— Я думал, если бы ты могла одолжить мне хотя бы 200 тысяч, я бы всё быстро уладил.
Поверь, это не мольба, я не привык просить, просто здесь — дело жизни... Я всё верну.
Я чуть замялась, но желание поддержать его победило: — Я помогу, — ответила тихо.
Он повеселел, тут же начал строить новые планы и говорить о нашем будущем.
Мне самой стало тепло от мысли, что могу быть значимой.
Тогда я ещё не знала, что его слова — лишь обещания, высеченные на песке...
Прошло несколько недель. Я перевела Виктору деньги, и наша жизнь вроде бы пошла дальше. По вечерам он по-прежнему был нежным и внимательным — шутил, мечтал, строил воздушные замки.
Он рассказывал, как движется работа, как нашёл новых партнёров, как скоро всё изменится.
Но однажды его голос стал тревожнее, в сообщениях появилось что-то тяжёлое.
— Алёна, у меня внезапно всплыл долг за оборудование. Поставщик угрожает — если не верну, проект накроется...
Я слушала его, сердце сжималось от беспомощности. Он не умолял, не давил, но я чувствовала: он боится меня потерять, боится потерпеть неудачу. И я снова согласилась помочь.
Видя, как легко он входит в мою жизнь, как незаметно занимает всё больше пространства, я пыталась убедить себя: это настоящая любовь, просто сейчас — трудности.
Но третий «экстренный» перевод натолкнул меня на вопрос: всё ли так чисто?
Я решилась поговорить с лучшей подругой, Ириной. Сбивчиво рассказала о нашем знакомстве, о деньгах, о его планах.
— А ты уверена, что всё правда? — спросила она настороженно.
— Ты ведь ни разу не была у него дома, не встречалась с его друзьями, не знаешь даже точный адрес работы.
Я порывисто зашлась в объяснениях, но в глубине души почувствовала знакомое зерно сомнения.
Днём позже я решилась набрать номер мастерской, которую Виктор якобы открывал. В трубке удивилась женщина: по этому адресу никогда не было мастерской и не планируется.
В тот вечер Виктор был как обычно услужливо-нежным, но моё сердце уже сжалось в тревоге. Я мягко спросила: — Виктор, а почему я так мало знаю о тебе по-настоящему? Почему всегда только ты у меня, а не наоборот?
Он затих, а затем заговорил новым тоном — раздражённо, сухо.
Впервые за все месяцы я услышала в его голосе холод.
— Ты мне не доверяешь? Лучше бы мы не начинали этот разговор...
После этого он несколько дней не выходил на связь и не приходил в гости. А я снова и снова прокручивала наш путь: когда всё пошло не так, где я потеряла бдительность? Мне было больно, стыдно, страшно признаться самой себе: меня могли обмануть.
Сомнения копились, и я решила написать ему последнее сообщение: "Виктор, если между нами есть что-то настоящее — дай мне честный ответ. Только правду. Я всё пойму."
На это сообщение он не ответил.
Прошла неделя. Мне казалось, что сердце выжжено дотла.
Я молчала на работе, убегала от сочувственных взглядов подруги, почти не ела и не спала. Меня мучила не столько потеря денег, сколько горечь доверия, растоптанного и растащенного по кусочкам.
Я не могла поверить — столько месяцев жизни были просто игрой? Надо мной смеялись? Или мне хотелось верить…
Однажды вечером телефон сообщил: "Виктор вышел на связь". Сообщение было коротким: — Прости. Так сложилось. Не вини себя.
Я перечитывала его тысячу раз. Внутри кипел водоворот: злость, разочарование, жалость к себе и странное облегчение. Я вдруг поняла: худшее — позади. Обман раскрыт, фантазия стёрта, а внутри — свобода.
Я могу жить свою жизнь дальше. Могу вскрыть рану, полечить её и больше не позволять никому входить в моё доверие без вопросов и осторожности.
Спустя ещё месяц мне больше не нужно было внешнее подтверждение, что я любима.
Я поняла: из тьмы всегда можно выйти. Главное — встретить себя настоящую и снова поверить в себя.
Пусть потребуется время, но теперь я уже другая.
Любые отношения должны строиться не только на доверии, но и на уважении к себе. Ставьте себя на первое место и не бойтесь говорить "нет", если чувствуете тревогу.