Трудно было отрицать очевидное. Петр осознал, что его супруга, Анюта, с которой он делил кров почти два десятилетия, заметно прибавила в весе за последнее время.
"Когда же это произошло? – пронеслось в голове Петра, пока он уплетал уже четвертый кусок "Маргариты", - хотя бы фигура была как песочные часы, с соблазнительными формами, а то просто бесформенная глыба с плоской спиной, широкими плечами и выпирающим животом!" – сокрушался Петр, отправляя в желудок последний кусок пиццы.
"А ведь была стройной ланью лет десять назад, энергичной и звонкой, а превратилась в ворчливую толстуху, что за метаморфоза?" – размышлял Петр, засыпая на диване с газетой на лице, – "Не завести ли любовницу, юркую и стройную, эх…"
Наступило утро, и Петр, наконец, проснулся отдохнувшим. Лениво поглаживая свой округлившийся живот, он двинулся на кухню в поисках съестного.
"Боже мой, у меня же сегодня день рождения! Где Аня? Как она могла забыть и уйти на работу, не поздравив меня?"
Петя разозлился:
"Опять испортила мне утро, вот же жирная вредина!"
Кухня была заставлена разнообразными блюдами. На столе было все, что любил Петр. Завтрак обещал быть плотным и калорийным: булки с маслом и сыром, два вида колбасы с салом, пряники с любимой глазурью, шоколадные конфеты, вчерашние пончики от Анюты, яичница из шести яиц с беконом, щедро посыпанная сыром и помидорами.
Петр приступил к трапезе в подавленном настроении, обиженный на весь мир. Злость не отпускала его.
Неожиданно боковым зрением он заметил на краю стола нечто, напоминающее открытку.
Действительно, это была поздравительная открытка с цветами.
Петр с любопытством вытащил открытку из-под салфетницы, облизнул губы и, потирая руки, принялся читать:
"Любимый, поздравляю! Дарю тебе абонемент в спортзал на три месяца. Ты немного располнел в последнее время. Работай над собой. Целую. Анюта!"
Ярость мгновенно схлынула, сменившись липким чувством стыда. Петр замер с куском булки в руке, таращась на открытку. Слова жены врезались в память острее ножа. Абонемент в спортзал… Это был не просто подарок, а отрезвляющий взгляд со стороны, зеркало, в котором он наконец увидел отражение собственной утренней тирады, обращенной к Анюте.
Петр медленно опустил булку на стол. Шесть яиц с беконом, колбаса с салом… Внезапно все это показалось ему тошнотворно жирным и отвратительным. В животе заворочалось, и не от голода, а от осознания собственной низости. Он критиковал жену за лишние килограммы, не замечая, как сам превратился в обрюзгшего гедониста.
Скомкав открытку в руке, Петр поднялся из-за стола. Желудок предательски заурчал, требуя продолжения пиршества, но Петр отвернулся от изобилия, словно от искушения. Он понимал, что абонемент в спортзал – это шанс изменить не только внешность, но и мировоззрение.
Взяв телефон, Петр набрал номер Анюты. Гудки тянулись мучительно долго.
- Алло, любимый? – услышал он долгожданный голос.
- Аня, прости меня, пожалуйста. Я был неправ. Спасибо за подарок, – произнес Петр, чувствуя, как к горлу подступает ком. На другом конце провода воцарилось молчание, а затем тихий смех.
- С днем рождения, толстячок. И поторопись в спортзал, там много работы, – услышал Петр в ответ.
В трубке послышались короткие гудки. Петр стоял, прижимая телефон к уху, словно боясь упустить ускользающее тепло жены. Слова Анюты, легкие и ироничные, словно пощечина, привели его в чувство. Он отбросил телефон на диван и подошел к зеркалу в прихожей. Там, за стеклом, на него смотрел чужой, отекший человек с потухшим взглядом. Где тот Петр, которого Анюта когда-то полюбила? Под слоем жира и лени он едва угадывался.
Резким движением Петр распахнул шкаф и вытащил старый спортивный костюм, давно забытый в глубине полок. Ткань пахла нафталином и пылью, но это не имело значения. Он надел его, морщась от тесноты. Костюм предательски обтягивал выпирающий живот, напоминая о масштабах предстоящей работы. Петр решительно завязал шнурки на кроссовках, чувствуя, как в душе начинает разгораться давно забытый огонь.
Выйдя на улицу, Петр вдохнул полной грудью свежий осенний воздух. Он направился не к машине, а в сторону парка, где располагался тот самый спортзал из открытки. Каждый шаг давался с трудом, тело ныло от непривычной нагрузки, но Петр упрямо продолжал двигаться вперед. Он знал, что это только начало долгого и трудного пути, но он был готов его пройти.
У входа в спортзал Петр остановился, переводя дыхание. Он вспомнил слова Анюты: "Там много работы".
И он был готов к этой работе. Работе над собой, над своим телом, над своими отношениями. Он глубоко вдохнул и шагнул внутрь, навстречу новой жизни.