«Мне было девятнадцать» (нем. Ich war neunzehn) — кинофильм режиссёра
Конрада Вольфа, немца по происхождению, прошедшего Великую
Отечественную войну в рядах Красной Армии. Фильм вышел на экраны в 1968
году. Сюжет картины основан на личном опыте режиссёра. Фильм включен в
список ста важнейших лент немецкого кино.
«19-летний Грегор Хеккер вырос в Москве: его родители много лет назад
бежали из Германии, спасаясь от преследований нацистского режима.
Действие фильма происходит в апреле — мае 1945 года, когда юноша в рядах
Красной Армии участвовал в боях на территории своей незнакомой родины.
Первым ответственным заданием лейтенанта Хеккера становится служба в
качестве военного коменданта городка Бернау. Далее он участвует в
переговорах по поводу сдачи советским войскам цитадели Шпандау и
работает на одном из пунктов, где разрозненные группы немецких солдат
могут сдать оружие.»
Hussitenstraße в деревне Бернау. На заднем плане видны ворота Steintor, которые были построены во второй половине 15 века.
Оставив лейтенанта Хеккера коммендантом Бернау, колонна уезжает по улице August-Bebel-Straße.
Центральная площадь — Marktplatz в Бернау.
Адрес комендатуры — Brauerstraße 20, 16321 Bernau.
Церковь St. Marien по адресу Kirchgasse 8 в центре Бернау.
Где сняты эти сцены сказать сложно
Это похоже на военный полигон в Дёберитцком бору — Döberitzer Heide.
Ворота в концентрационный лагерь Заксенхаузен в деревне Ораниенбург.
«Башня А» со стороны лагеря.
Мост в деревне Боргсдорф-Пиннов — Borgsdorf-Pinnow.
Место съёмки в наше время.
Кадр из документальной съёмки, на которых демонстрируется спец. оборудывание для расстрела. Такую «линейку» я видел в Бухенвальде.
Вот так выглядела комната для измерения роста.
Щель в стене, через которую производился выстрел.
Вид со стороны палача.
Кадры, на которых показана цитадель с разных ракурсов, взяты из довоенного немецкого документального фильма.
Так как цитадель находилась в Западном Берлине и из-за этого съёмка в оригинальных локациях была невозможна, в крепости Кюстрин, на берегу Одера, была построена копия ворот цитадели Шпандау.
И действительно, копию от оригинала в фильме очень тяжело отличить.
Отличий очень мало, вот на пример одно из них
Автомагистральный мост через Хафель южнее деревни Тёплиц.
Судя по информации из интернета, то эти сцены были сняты на
территории парка Сан-Суси в Потсдаме, но я, к большому сожалению, не
смог оппределить точные места съёмок.
Примечательно, что в этой сцене, герои используют автоматы Калашникова, которые были приняты на вооружение в 1949 году.
Как только перестрелка заканчивается, в руках героя оказывается уже немецкий автомат StG 44.
Где были сняты следующие сцены мне также не удалось установить.
На входе в цитадель Шпандау слева висит памятная табличка: «Владимир
Галл и Василий Гришин добились в качестве переговорщиков советской армии
полной капитуляции и бескровной сдачи цитадели 1 мая 1945 года».
Немного текста к этой невероятной истории:
«Парламентер взял крепость словом»
Илья Канавин, отсюда
В канун 60-летия Победы мы продолжаем рассказ о неизвестных
страницах Великой Отечественной. Сегодня — о тайне немецкого химического
оружия, испытания которого шли в цитадели Шпандау. Сегодня это звучит
нелепо, но, несмотря на многочисленные приглашения, до перестроечного
1985 года советские власти не пускали советского офицера-героя на место
его подвига: оно оказалось в капиталистическом Западном Берлине. В мае
1945-го там произошла удивительная история.
Это было почти самоубийство. В конце войны гитлеровцы редко оставляли
парламентеров в живых. И все же лейтенант Галл и капитан Гришин решили
рискнуть попробовать уговорить сдаться целый гарнизон крепости Шпандау
под Берлином. Комендант — немецкий полковник профессорского вида по
фамилии Юнг — выслушав советских офицеров, не сразу понял, о чем они
говорят.
«Мы сказали, что хотим сами поговорить с немецкими офицерами.
Полковник был настолько потрясен таким безумным предложением, что
подумал, что он ослышался», — рассказывает Владимир Галл.
Эта история с почти документальной точностью рассказана в фильме «Мне было 19». Его снял Конрад Вольф,
бежавший от гитлеровского режима в Советскую Россию в 1933-м и
воевавший в Красной армии. Советского офицера Владимира Галла в фильме
играет Василий Ливанов.
Почти всю войну Владимир Самойлович прослужил в частях, занимавшихся
пропагандой среди войск противника — так называемом 7-м отделе. Его
главное оружие – безупречный немецкий и МГУ – мощная громкоговорящая
установка.
Чтобы начать передачу, надо было почти вплотную подойти к вражеским
позициям. Самый распространенный и действенный способ заставить себя
слушать — сначала включить музыку.
Бешеной популярностью у немцев пользовалась шлягер «Роза Мунда». И в
нашей стране многие его помнят до сих пор. Впрочем, к музыкальному
репертуару подходили творчески. В сочельник из трофейной коллекции
пластинок извлекли рождественскую песню.
«Она называлась «Тихая ночь, святая ночь». Это очень популярная у
немцев рождественская песня. Мы запустили эту пластинку в сочельник. И
наступила благоговейная тишина. Они слушали, но когда песня закончилась и
мы начали говорить, на нас буквально обрушился ад», — рассказывает
Владимир Галл.
Осажденная цитадель Шпандау на традиционные пропагандистские приемы
не реагировала. Нужны были переговоры. Аккуратно и тщательно
забаррикадированная крепость была полна людьми. Военные среди них
составляли меньшинство. Жители из окрестностей сбежались сюда в безумной
надежде спастись.
«Мне было 15. Я и моя мама чувствовали себя в крепости под защитой. У
меня с детства была уверенность, что здесь ничего плохого не может
случиться. Мы взяли с собой всё, что только могли — продукты, одежду — и
сидели в катакомбах», — вспоминает жительница Шпандау Дизела Нюрнбах.
«Они думали, что за мощными стенами этой средневековой цитадели они
могут укрыться от нашествия русских «варваров». Они оказались в ловушке,
они оказались заложниками собственного страха», — говорит Владимир
Галл.
«Помню до сих пор, как падали бомбы и ракеты от «Катюш» — «Сталинских
органов», как булькала земля. Крепость стоит на сваях, и если бы бомба
разрушила эту конструкцию и вода пошла в катакомбы, мы бы просто
захлебнулись», — рассказывает Дизела Нюрнбах.
Галл с трудом сохранил равнодушный вид. Он снова вошел в крепость, на
этот раз в уже открытые ворота. «Внутри крепости был двор. И в глубине
этого двора мы увидели массу людей. Я попросил разрешения у командующего
сказать населению, что они могут идти домой. Командующий разрешил.
Тогда еще не было мегафонов, и я объявил в рупор: «Гражданское население
может возвращаться домой», — вспоминает Владимир Галл.
«Когда я вошел, вскочил уже седой, пожилой мужчина, примерно моего
возраста. Он бросился мне навстречу, стал обнимать, целовать и
благодарить. Он, оказалось, был молодым солдатом в этой крепости», —
говорит Владимир Галл.
Каждый год его приглашают в Германию. Каждый год он стоит на том
балконе, на который поднимался по веревочной лестнице 60 лет назад. В
Шпандау Галла знают почти все.
Поднимаясь по веревочной лестнице на балкон центральной башни,
Владимир Галл еще не знал, что будет говорить немецким офицерам.
Предложение о почетной капитуляции и обещание сохранить сдавшимся личное
холодное оружие не сработало.
Через 40 лет после войны Владимир Галл впервые приехал в Шпандау по
приглашению префекта. Вошел в зал, где вел когда-то переговоры. В слова о
том, что сопротивление вермахта почти сломлено, осажденные верить не
хотели. Эсэсовцы искали малейший повод превратить переговоры в истерику.
Галлу помог опыт. Он знал, что немцы не только прагматичны, но и
сентиментальны. Он смог убедить немецких офицеров, сказав, что Германия
обескровлена, и каждая жизнь нужна послевоенной стране, что смерть
гражданских людей будет на их совести. Но, говоря об этом, он не знал,
сколько человек находится в крепости. Через три часа гарнизон сдался.
«Я хорошо помню тот чудесный майский день. По-моему, это было 1-е
число. Солнце, голубое небо — и вдруг внутренний двор крепости
наполняется людьми. Я еще удивилась — откуда столько людей?» –
рассказывает Дизела Нюрнбах.
Их было несколько тысяч — избежавших смерти. Для жителей этого
берлинского пригорода он герой. Именно потому, что никого не убил.
Фото из архива В.С. Галла
Работники политотдела 47-й армии.
В среднем ряду третий слева — Конрад Вольф,
справа от него — Владимир Самойлович Галл, крайний слева — Виктор Алексеевич Пискановский.