Барбарелла / Barbarella. Франция-Италия, 1968. Режиссер Роже Вадим. Сценаристы: Клод Брюле, Терри Сазерн, Роже Вадим, Клемент Биддл Вуд, Витторио Боничелли, Бриан Дега, Тудор Гейтс (по комиксу Жана-Клода Фореста). Актеры: Джейн Фонда, Джон Филлип Лоу, Анита Палленберг, Уго Тоньяцци, Дэвид Хеммингс, Клод Дофен, Марсель Марсо, Майло О'Ши, Серж Маркан, Катрин Шевалье и др. Фантастика. Приключения. Премьера: 10.10.1968. Прокат во Франции: 0,9 млн. зрителей. Прокат в США: 5,5 млн. долларов (по другим данным – 2,5 млн. долларов).
Фантастический кинокомикс, где космическая «супер-женщина» Барбарелла (Джейн Фонда) сводим с ума своих поклонников…
В год премьеры «Барбареллы» рецензии в прессе были далеки от восторгов. Так кинокритик Жан де Баронселли писал, что этот «фильм Роже Вадима — чистое зрелище. Мы находимся в Шатле́, если не в Фоли-Бержере научной фантастики, и история состоит из серии «картин», каждая из которых могла бы появиться в программе под определённым названием: «Стриптиз в невесомости», «Магнитная буря», «Лабиринт», «Борьба с летающими роботами», «Барбарелла и плотоядные куклы», «Распятый ангел», «Шабаш королевы» и т.д. Поначалу нас поражают роскошь постановки, необычность декораций и костюмов, мастерство спецэффектов, изящество операторской работы (Клод Ренуар), комичность и живописность этого побега в воображаемый мир. Но мы привыкаем ко всем этим чудесам, и однообразие ситуаций, бессвязность сюжета, повторение некоторых эффектов вскоре вызывают утомление, близкое к скуке» (de Baroncelli, 1968).
Американская писательница и кинокритик Рената Адлер в своей рецензии в The New York Times была еще резче: «Все технические новинки научной фантастики, — которая на самом деле не является научной фантастикой, поскольку в ней нет ни поэзии, ни логики, — превращаются в разного рода шутки, которые на самом деле не шутки, а скорее напряжённые, садистские издевательства, в основном за счёт Барбареллы и женщин. Есть спецэффекты, лишенные воображения. Есть Марсель Марсо, блестящий французский мим, говорящий в особенно скучной сцене. Есть се**-машины, се**-таблетки и даже се**-кальян... в котором молодой человек плавает, пока женщины-вампиры лежат рядом, дыша человеческим существом. На протяжении всего фильма присутствует предположение, что одно лишь упоминание чего-либо (се**а, политики, религии) делает это смешным, особенно в каком-то оскорбительном контексте… На какое-то время зрители, улавливающие все бессмысленные, бездумные модернистские намёки, чувствуют себя частью чего-то шикарного и смеются. Затем становится ясно, что ничего интересного здесь нет, кроме очередной безвкусной пародии на всеобщее благородство» (Adler, 1968).
Правда, другие заокеанские кинокритики были куда добрее в оценках этой картины Роже Вадима.
Кинокритик Томас Харольдсон писал, что «Барбарелла» — это просто бомба. В этом нет никаких сомнений. На самом деле, это один из самых увлекательных и оригинальных фильмов всех времен, который заносит куда-то по ту сторону сюрреализма. И в целом это чертовски приятное путешествие. … Далёкое будущее — отличное место для эро*ического фэнтези, ведь там возможно практически всё. Например, когда вы в последний раз видели девушку, раздевающуюся в космосе? … С этого момента фильм представляет собой свободный кинематографический комикс, который так и не обретает «смысла» в традиционном понимании. Но я не представляю, чтобы кто-то хотел чего-то иного. Однако, чтобы в полной мере насладиться фильмом, нужно обладать хорошим чувством юмора и умением ценить абсурд. Большая часть юмора визуальная, и зрителю предстоит понять, что происходит. Но самые очевидные юмористические аспекты фильма сложно не заметить. Сюжет, диалоги, костюмы, декорации и т.д. граничат с безумной гранью научной фантастики. Никто в здравом уме не воспримет всю картину всерьёз. Однако это не значит, что «Барбарелла» никогда не выходит за рамки поэтического высказывания. На самом деле, некоторые эпизоды настолько прекрасны и потенциально глубоки, что немного раздражает, когда их не раскрывают глубже» (Haroldson, 1968).
А кинокритик Хэнк Мэлоун просто агитировал своих читателей: «Смотрите «Барбареллу». Бегите. Безусловно. Смотрите, как Фонда летит и бегает по спиральному манежу Большого бального зала… Смотрите на ошеломляющую суперхроматическую Вселенную. Вслушайтесь в дымку иллюзий музыки. Пусть воск капает в ваши уши. Пусть Время вытекает из вас. Прикоснитесь к Морской звезде. Вслушайтесь в грохочущие пузырьки в залах рассвета. Окунитесь в образы образов. … Это очень забавный фильм, странный и космический, но без странно модной серьёзности безмолвной пустыни, в которой предполагается постичь высший смысл тайных глубин Мудрости и т.д. «Барбарелла» — это не духовная десантная баржа. Это, напротив, кажущийся бесконечным рог изобилия восхитительно светящихся масляных пузырьков и яростного рёва, настоящая сказка. … Это игривый фильм (хотя, возможно, и излишне наивный, учитывая бессмысленную неуклюжесть Джейн Фонды в роли Барбареллы) в самом чудесном и редком смысле этого слова; пиршество мечтаний, иллюзий и расцвета» (Malone, 1968).
Между тем, как потом оказалось, комиксно-космическая «Барбарелла» просто опередила свое время, и зато в пресыщенном разного рода «Звездными войнами» XXI веке стала своего рода культовой.
Права кинокритик Дженни Кермод: «Иногда фильмы славятся не только своими достоинствами, а иногда действительно плохие фильмы невероятно увлекательны. «Барбарелла» отвечает этим критериям. Хотя Джейн Фонда и сожалела о том, что снялась в нём, особенно потому, что упустила важные роли, он, несомненно, сделал ей имя. Культовый статус фильма также обещает ей бессмертие. … Картонные декорации, подсвеченные разнообразными пульсирующими цветами, с завихряющимися узорами, обилием тумана и пузырьков, «Барбарелла» — восхитительно китчевый образец психоделики: Роже Вадим мог похвастаться не только своей тогдашней женой. Этот фильм, полон обещаний, но с радостью не оправдывает их, подобно легендарной машине для оргазма, которая в конечном итоге бросит вызов своей героине. Символ культуры свободной любви, которая никогда не существовала, это настоящая классика жанра кэмп, уникальное сочетание бульварных тем и псевдоисторического сокровища» (Kermode, 2012).
Кинокритик Кен Андерсон полагает, что «Барбарелла» — один из тех фильмов, визуально настолько необычных, что им можно наслаждаться и без звука. Великолепная работа Марио Гарбульи в стиле лавовой лампы и культовые футуристические костюмы Жака Фонтере и Пако Рабанна демонстрируют гораздо больше изобретательности и остроумия, чем сам сценарий» (Anderson, 2009).
Кинокритик Шон Уотсон напомнил читателям, что «режиссёр Роже Вадим был безумно влюблён в Джейн Фонду, и при каждой возможности ставил её в се**уально вызывающие в кадре: ему нравилось снимать её частично обнажённой в рваной или провокационной одежде. В других случаях она была чувственно расслаблена, связана и подвергалась опасности, что, в свою очередь, поддерживало се**уализированный подход. Мы видим Барбареллу (персонажа) глазами господина Вадима» (Watson, 2025).
Кинокритик Фабьен Аллуан убежден, что «Барбарелла» – верх китча для одних, культовый объект для других. В каждом кадре, в каждой позиции героиня Фонды порхает с надутым лицом и насмешливыми глазами из одного уголка галактики в другой, и Роже Вадим, простим его, кажется, не преследует никакой другой цели, кроме как заснять каждое движение красавицы. С самого начала в центре внимания не столько сама Барбарелла, сколько её тело. В невесомом стриптизе, откровенно демонстрирующем наготу актрисы, фильм словно открывается нам без какого-либо вмешательства Вадима. … Лёгкая и психоделическая, «Барбарелла» – это НЛО. Как бы ни были бесконечны ноги Джейн Фонды, «Барбарелла» сразу же обещает другие поводы для радости: безудержные приключения, безумные встречи, отход от жанра… «Барбарелла» – это череда неровных зарисовок, выстроенных в одном ритме: открытие нового окружения, столкновение с проблемой, её решение и выход на новую сцену. Эта кропотливая повествовательная структура достигает своего пика, когда Вадиму приходится перемещаться с места на место и приводить свою героиню в движение. У нас нет иного выбора, кроме как сосредоточиться на Джейн… Джейн Фонда снова спасает фильм. Несмотря на прописанность её персонажа, её улыбка, её взгляд показывают нам, что её не обманешь, и что ей даже нравится видеть, как её муж-режиссёр заставляет её спать со всеми мужчинами, которых она встречает. Если Вадим действительно режиссёр, то фильм держит его жена. Он, кажется, этого не замечает, что делает соучастие Джейн Фонды ещё более изысканным» (Alloin, 2010).
Кинокритик Кевин Лайонс оценивает «Барбареллу» двойственно. С одной стороны — «это размашистое и зачастую бесформенное месиво. В свое время это считалось довольно смелым и се***альным…, хотя сегодня он кажется ужасно мягким и почти таким же невинным, как сама Барбарелла. Полный непрактичных, но впечатляющих костюмов (созданных Жаком Фонтерари и Пако Рабаном), абсурдных ситуаций, эксцентричных персонажей и студийных декораций, фильм во многом является продуктом своего времени – хаотичным психоделическим нагромождением идей и шуток». Но с другой стороны, « этот фильм сложно не любить. Он довольно безумный и зачастую очень смешной. … У него есть странное, но соблазнительное очарование, и хотя он не так се***ален, как комиксы, он, безусловно, настолько провокационен, насколько широкая аудитория, вероятно, была готова вытерпеть даже в разгар се***уальной революции конца 1960-х» (Lyons, 2021).
Разумеется, советская кинокритика также не могла не заметить «Барбареллу», хотя, понятное дело, ее не могло быть в тогдашнем прокате на просторах СССР.
Киновед Ромил Соболев (1926-1991) в своей обстоятельной статье сначала перечислил наиболее характерные черты комиксов:
1. Использование кинематографических средств изображения, таких, как крупный план, монтаж, деталь и т.п.
2. Поэпизодное, как в традиционной кинодраматургии, построение действия; эпизод чаще всего представляет собой своего рода новеллу, достаточно целостную, со своими завязкой, кульминацией и развязкой.
3. Редуцирование фигуры героя, изображений предметов, фона и передача речи до минимума, выражающего главное.
4. Использование примитивной символики.
5. Форма кружочков, в которые вставляется речь персонажей.
6. Выкрики, шумы, взрывы, стрельба — все это обозначается резко и крупно.
А затем преступил к идеологизированному анализу «Барбареллы»:
«Комиксы оперативно откликнулись на так называемую «се***альную революцию» и в разгуле по***графии, охватившем все виды западного искусства, сумели поставить своего рода рекорды. … Примером тому может служить известный фильм Роже Вадима «Барбарелла», в котором актриса Джейн Фонда сыграла роль некого космического Джеймса Бонда в юбке, а чаще без оной и вообще без клочка одежды, поскольку борется она с разного рода инопланетными монстрами не столько оружием — лучеметом, сколько своей любвеобильностью и солдатской готовностью на любые, даже самые немыслимые ее формы.
Кинокритики в большинстве отозвались о «Барбарелле» нелестно. И их можно понять: с точки зрения здравого смысла это, можно сказать, дурацкая картина, в которой отдельные эпизоды кое-как связаны присутствием одаренной и техничной актрисы. Но вместе с тем это воистину этапная картина, поскольку здесь впервые популярный комикс был воплощен в игровом фильме. … Вадимовская же «Барбарелла», сколь бы нелепо-глупой она ни была по сути, показывала возможность редуцирования и документально-фотографического кадра. … Вадим, очевидно, не стремился выдать условную бутафорию за реальные космические аксессуары; зритель должен напрячь воображение, чтобы принять картонно-фанерную чепуху за звездолеты, инопланетные города, неземную технику. Это явно новые «правила игры», однако зритель их охотно принимает. Однако прокатный успех фильма предопределила, несомненно, Джейн Фонда, с блеском выступившая в роли марионетки, тактично и изящно избежавшая неуместной здесь серьезности, подчеркнувшая, что все происходящее на экране — это «понарошку». … В «Барбарелле» еще многое идет от самоиронии, от необъявленной договоренности между автором и зрителями считать все происходящее на экране шуткой, своего рода «капустником». … Весьма знаменательное замечание: какими бы потенциальными возможностями ни обладали комиксы, их массовая, подавляющая часть продукции рассчитана именно на человека с интеллектом если и не грудного, то все же младенца...» (Соболев, 1981: 162-178).
Таков был взгляд на «Барбареллу» из советских времен.
А вот как, например, расценивается «Барбарелла» в российской кинокритике XXI века: «На самом деле найдется очень мало высокобюджетных мэйнстримовых коммерческих фильмов с таким зашкаливающим количеством откровенно несерьезного кэмпа как в «Барбарелле», буквально единицы. … Так что сегодня «Барбарелла» уже давно культовое кино, посмотреть которое обязаны все без исключения зрители» (Меренков, 2015).
Как мы уже отмечали, к 1968 году коммерческая репутация Роже Вадима в продюсерской среде достигла пика, и Дино де Лаурентис (1919-2010) рискнул вложить в «Барбареллу» значительный по европейским меркам бюджет, который оценивался в диапазоне от четырех до девяти миллионов долларов. В итоге во Франции этот фильм собрал около миллиона зрителей, а в США и Канаде – по разным данным – от 2,5 до 5,5 млн. долларов. В любом случае такого рода результат вряд ли оправдал продюсерские надежды (особенно, если, действительно, в этот проект было вложено 9 млн. долларов).
Полагаю, что главным тормозом кассовых сборов «Барбареллы» стали возрастные ограничения в прокате. Если бы из нее была бы удалены откровенно эро*ические сцены и, напротив, существенно добавлены приключения, погони и фантастические трансформации, дети и подростки хлынули бы в кинозалы сплошным потоком. Но Роже Вадим поставил фантастический кинокомикс в расчете на взрослую аудиторию. И на сей раз просчитался…
Киновед Александр Федоров