Воздух в кофейне сгустился, наполненный невысказанными вопросами и сочувствием. Аня и Лена, обступившие Марину, смотрели то на нее, то на Дмитрия с немым вопрошением.
— Значит, он знает? — наконец прошептала Аня, кивая в сторону Дмитрия. — Про… эту Настю?
Марина молча кивнула, снова опуская глаза. Признаваться в своем унижении перед кем-то, даже перед подругами, было невыносимо больно.
— Да, я знаю, — тихо сказал Дмитрий. Его пальцы сжали салфетку так, что костяшки побелели. — И то, что произошло сейчас — это верх цинизма. Простите, что стали невольной причиной этой сцены.
— Вы чего извиняетесь? Это она… эта… — Аня задохнулась от возмущения. — Мара, ты должна что-то делать! Нельзя так жить!
— А что я могу сделать? — голос Марины прозвучал сломано и устало. — Уйти? Куда? У меня нет работы. Нет своих денег. Все, что у меня есть — это он. И он никогда просто так не отпустит. Это его собственность.
Лена сжала ее руку.
— Ты можешь жить у меня. Сначала. Пока не встанешь на ноги. Мы поможем.
— Это не так просто, — покачал головой Дмитрий. Его взгляд был серьезным. — Михаил… он не тот человек, который смирится с потерей. Особенно публичной. Он будет бороться. Будет пытаться уничтожить. Юридически, финансово, морально. Нужен план. И абсолютная осторожность.
Его слова, произнесенные тихо и четко, повисли в воздухе, привнося суровую реальность в порыв подруг. Эйфория от бунта сменилась леденящим осознанием рисков.
— То есть что, так и терпеть? — вспыхнула Аня. — Смотреть, как он похабничает с этой дурой на глазах у всего города?
— Нет, — неожиданно твердо сказала Марина. Все взгляды устремились на нее. Она выпрямилась, смахнула с щеки последнюю слезу. — Нет, я не буду больше это терпеть.
Она посмотрела на Дмитрия, потом на подруг.
— Но Дмитрий прав. Нужен план. И нужно время. Пока… пока ничего нельзя менять. Ничего явного.
— Значит, просто притворяться, что все хорошо? — с недоверием спросила Лена.
— Притворяться, что ничего не произошло сегодня, — поправил Дмитрий. — Настя обязательно побежит к Михаилу. И мы должны быть к этому готовы. Марина, вы должны быть готовы.
Он посмотрел на нее, и в его глазах она увидела не только жалость, но и уважение.
— Сыграйте роль. Испугайтесь. Скажите, что я настаивал на встрече по работе, а та сцена вас шокировала и унизила. Обвините меня в непрофессионализме, если понадобится. Защищайтесь.
— Я не хочу вас подставлять, — возразила Марина.
— Я могу постоять за себя, — он уверенно улыбнулся. — А вам сейчас важнее обезопасить себя. Доверьтесь мне.
Его слова «доверьтесь мне» прозвучали как клятва. Теплая волна благодарности подкатила к горлу Марины.
— Хорошо, — кивнула она. — Я попробую.
Они ненадолго замолчали, каждый погруженный в свои мысли. Сценарий был ясен, но от этого не становилось менее страшно.
— Ладно, — Аня тяжело вздохнула, поднимаясь. — Мы пойдем. Ты уверена, что хочешь остаться с… с ним? — она кивнула на Дмитрия.
— Да, — Марина улыбнулась своей подруге слабой, но искренней улыбкой. — Мне нужно обсудить с ним тот самый «план». И… спасибо. Что пришли. Что не дали мне расклеиться.
Подруги обняли ее по очереди, прошептали слова поддержки и ушли, бросив на Дмитрия последние оценивающие взгляды.
Когда они остались одни, напряжение немного спало.
— Простите снова за этот хаос, — сказала Марина, не зная, куда девать руки.
— Перестаньте извиняться, — мягко попросил Дмитрий. — Вы ни в чем не виноваты. Ни в моих чувствах, ни в поведении этого человека, ни в выходке Насти.
Он произнес это так просто, что Марина сначала не поняла. Потом смысл слов дошел до нее. «Ни в моих чувствах…»
Она подняла на него глаза, широко раскрыв свои.
— Ваших… чувствах?
Дмитрий замер на мгновение, будто поймав себя на слове, но потом медленно кивнул.
— Да, Марина. Я не собирался вам говорить этого сейчас. Это неправильно и несвоевременно. Но да. То, что я чувствую к вам, давно вышло за рамки простой симпатии или профессионального уважения. И я прекрасно понимаю, какое это создает положение. И буду держать дистанцию, если вы попросите.
Марина смотрела на него, и все внутри у нее перевернулось. Страх, надежда, паника, какая-то безумная радость — все смешалось в один клубок.
— Я… я не знаю, что сказать, — прошептала она.
— И не говорите ничего, — он поднял руку, останавливая ее. — Просто знайте, что вы не одна. Что есть человек, который готов вас поддержать. Любым способом. И сейчас наша главная задача — ваша безопасность. Остальное… остальное подождет.
Он посмотрел на часы.
— Вам пора возвращаться. И помните — вы сильнее, чем думаете. Сыграйте свою роль.
Марина кивнула, поднимаясь. Ее ноги были ватными, а в голове шумело. Но внутри, под грудой страха и неуверенности, пробивался тот самый стальной стержень, о котором он говорил.
Она вышла из кофейни, оставив его одного. Свежий воздух ударил в лицо, закружилась голова. Она достала телефон. На экране горело одно пропущенное звонок и новое сообщение.
Сообщение было от Михаила. Короткое и емкое.
«Дома. Жду. Объяснений.»
Марина глубоко вдохнула, сжимая телефон в руке. Страх сдавил горло, но следом пришла странная уверенность. У нее теперь был план. И она была не одна.
Она поймала такси и всю дорогу смотрела в окно, повторяя про себя слова Дмитрия. «Сыграйте роль». Она была актрисой в своем собственном аду уже много лет. Теперь от ее игры зависело все.
Такси остановилось у знакомого подъезда. Марина вышла, подняла голову и увидела его силуэт в окне гостиной. Он ждал.
Она сделала еще один глубокий вдох и вошла в подъезд. Начинался самый важный спектакль в ее жизни.
Подписывайтесь на дзен-канал Реальная любовь и не забудьте поставить лайк))