Мне было девятнадцать, когда я переехал в свою первую квартиру вне кампуса. Ничего особенного — маленькая однушка в тихом районе недалеко от колледжа. Дом старый, в коридорах постоянно пахло сыроватым ковролином, зато аренда была дешёвой, и я впервые в жизни почувствовал себя самостоятельным.
Одним из первых открытий стало то, насколько тонкие здесь стены. Я слышал, как ругаются соседи, как по ночам кашляет дед внизу. Больше всего меня тревожила квартира прямо напротив моей. Хозяин уверял, что она пустует уже несколько месяцев, но иногда, глубокой ночью, оттуда доносились звуки. Тихие шаги или скрежет, будто двигают мебель. Я уговаривал себя, что это просто трубы или эхо с другого этажа.
Примерно через неделю я допоздна делал курсовую, когда в коридоре раздался стук. Я посмотрел на часы: 2:43 ночи. Стучали не в мою дверь — в ту, что напротив. Я осторожно заглянул в глазок, но там никого не было. Меня холодом обдало от того, что дверь напротив была приоткрыта, хотя я был уверен, что она всегда закрыта. Я попытался отмахнуться, внушая себе, что, может, хозяин по каким-то делам заходил. Правда, это не объясняло, почему среди ночи. Я оставил свет включённым и в итоге заснул на диване.
На следующую ночь всё стало хуже. Примерно в то же время снова послышались звуки. На этот раз — изнутри пустой квартиры. Сначала скрежет, затем что-то вроде низкого стона. Телефон завибрировал: пришло сообщение с неизвестного номера. «Почему ты не спишь?» Я остолбенел. Номер я не узнавал, да и мало кому вообще давал контакт в институте. Прежде чем я успел что-то понять, пришло ещё одно: «Вижу, у тебя горит свет».
С бешено колотящимся сердцем я задёрнул шторы и попытался убедить себя, что это чья-то глупая шутка. Но когда посмотрел в глазок, коридор был пуст. Обе двери снова закрыты. На следующий день я между делом спросил у хозяина, не въехал ли кто в квартиру напротив. Он покачал головой: всё ещё пусто. Про ночные звуки и сообщения я говорить не стал.
В ту ночь стало совсем нехорошо. Около трёх я проснулся от того, что кто-то пробует ручку моей двери — медленно поворачивает туда-сюда. Замер, вцепившись в настольную лампу как в оружие. Ручка перестала шевелиться, и тут три раза постучали в дверь напротив. За этим последовал скребущий звук, будто что-то тяжёлое тянут по полу.
Утром я увидел на двери квартиры напротив записку. Почерк был рваный, неровный. «Тебе не стоит здесь оставаться». С той ночи я больше нормально не спал. Держал под рукой что-то тяжелое и перед сном проверял все замки по два раза.
В очередную ночь, работая за ноутбуком, я снова услышал скрип из-за стены. Пришло сообщение с того же неизвестного номера: «Ты снова не спишь». Спустя секунды — ещё одно: «Ты сейчас смотришь на дверь, правда?»
Я заставил себя взглянуть в глазок. Коридор пуст. Обе двери закрыты. И тут послышался низкий стон — на этот раз совсем отчётливо, из пустой квартиры. За ним три размеренных, медленных удара. Я увидел, как дверь напротив приоткрылась на крошечную щель — и тут же закрылась. В тот момент стало ясно: это не игра воображения.
Следующей ночью я не решился выключить свет. Около трёх снова затряслась ручка моей двери. Потом тишина — и те же три удара из-за стены. Я посмотрел в глазок и увидел, как дверь пустой квартиры медленно распахивается. Из темноты донеслось тяжёлое, прерывистое дыхание. Я отпрянул в ужасе, и телефон опять завибрировал. «Не отводи взгляд», — было написано. Я заперся в ванной и просидел там до рассвета.
Когда наконец набрался смелости выглянуть, коридор был пуст. Но на двери напротив висела ещё одна записка: «Тебе не стоит здесь оставаться». В тот же день пришлось съехать. Я так и не объяснил ни хозяину, ни друзьям, почему ушёл. И сейчас, годы спустя, я иногда лежу ночью без сна и клянусь, что всё ещё слышу это. Три медленных удара.