Миранальда и Фантазик-Ра сидели у ручья,
уносясь мыслями в бескрайнюю высь. Взгляд девочки был устремлён так высоко, что казалось, вот-вот пронзит саму лазурь небес. Она не просто смотрела — она впитывала безграничное пространство, жаждала его понять, мечтала раствориться в нём. Её желание улететь вслед за собственным взглядом было таким острым и сильным, что всё внутри замерло в напряжённом ожидании.
И вдруг она почувствовала, как её сознание, уже и так пребывающее в мире грёз, начало новое, ещё более глубокое погружение. Оно отделилось от образа, сидящего у ручья, и поплыло вниз, в неведомые внутренние бездны, стало растворяться и терять привычные очертания. Ещё мгновение — и она стала проваливаться в сон. Внутри сна.
У неё мелькнула расплывчатая, удивлённая мысль: «Я что, засыпаю? Как так? Засыпать ещё раз, уже во сне? Да ещё и с открытыми глазами?» Но сопротивляться было невозможно. Её сознание, словно капля росы, скатилось в бездонный цветок нового измерения, и реальность вокруг окончательно поплыла, закрутилась вихрем и исчезла.
Очнулась она в удивительном, неописуемо прекрасном месте. Оно было в тысячи раз прекраснее её самой любимой поляны. Всё вокруг было залито ослепительным, живым, пульсирующим светом. Казалось, сам воздух, земля и небо состоят из этого сияющего, золотисто-жемчужного вещества. От света исходило особое, всепроникающее тепло — не физическое, а душевное, согревающее самое сердце, растворяющее все тревоги и наполняющее безграничным покоем. Описать это было невозможно — это можно было только чувствовать.
Миранальда огляделась. Фантазика-Ра рядом не было. Но впереди, в самом эпицентре сияния, она увидела Женщину.
Это была самая красивая женщина на всех планах бытия. Её красота была не земной, а вневременной, вечной. Черты её лица были совершенны и подчёркнуты невыразимой добротой и мудростью. От неё исходил видимый поток любви и благодати, который гармонично резонировал с самой сутью Миранальды, словно встречались две давно знакомые ноты одного аккорда.
Миранальда от изумления приоткрыла ротик. Она с восторгом впитывала этот образ, стараясь запомнить каждую черточку, каждый отблеск света на её невесомых одеждах, казавшихся сотканными из радуги и звёздной пыли. Она посмотрела женщине в глаза и увидела в них такую бездонную, бесконечную глубину, такое море всё понимания и любви, что у неё перехватило дыхание. В этих глазах можно было утонуть и обрести вечный покой.
И в этой женщине она почувствовала что-то бесконечно родное, знакомое до слёз, до дрожи в сердце. Она интуитивно знала её всю свою жизнь, но не могла вспомнить — кто она.
— Где я? — вырвался у Миранальды шёпот, полный благоговения и замешательства.
Голос Женщины прозвучал не как звук, а как вибрация самой вселенной, мягкая и могущественная одновременно.
— Глубины Мироздания безграничны. Это один из его бесчисленных миров, — ответила она. Её слова звучали прямо в сознании Миранальды.
— А… а кто Вы? — смущённо спросила девочка, чувствуя себя одновременно и крошечной, и бесконечно значимой.
Женщина улыбнулась, и её улыбка была подобна вспышке самой ласковой звезды.
— Я — это ты. А ты — это Я.
Глаза Миранальды расширились от изумления.
— Это… как?
Женщина плавно подошла к ней и присела на корточки, чтобы их глаза были на одном уровне. От неё исходило такое тактильное тепло и такая благодать, что Миранальде захотелось прижаться к ней и остаться здесь навсегда.
— Я — твоя вечная Душа, — повторила она, и её слова ложились на сердце как бальзам. — А ты — моя маленькая частичка, которая сейчас воплотилась в своём теле в мире людей. Я пришла, потому что ты очень-очень сильно этого захотела. Твоё желание было таким сильным, что смогло нас соединить.
— Возможно… — неуверенно прошептала Миранальда. — Но я не совсем понимаю, чего я хотела…
— Я всегда чувствую и понимаю тебя. Ты так жаждала ответов, так сильно стремилась постичь большее, что твоя мощная интенция создала мост между нами.
— А что такое… интенция? — переспросила девочка, с любопытством впитывая новое слово.
— В твоём случае это очень сильное, чистое намерение, желание, наполненное верой. Ты всем своим существом захотела узнать истину, и твоё желание исполнилось.
Женщина-Душа мягко положила руку на плечо Миранальды, и девочка почувствовала волну безусловной любви, омывающую её всю.
— С тобой не происходит ничего сверхъестественного. Ты просто учишься путешествовать по мирам Мироздания, гулять по ним. Это твоё естественное умение. Помнишь, когда твоё тело было совсем крошечным, с пуговицу, и жило у мамы в животике? Я вдохнула в него маленькую искорку — частичку себя, то есть тебя, — одушевила и оживила его. Это тело — твой временный, но самый дорогой домик для жизни на Земле. Ты в нём живёшь, учишься им управлять, растешь и бережёшь его. Через него ты познаёшь красоту земного мира: вкус маминых пирожков, теплоту папиных объятий, прохладу травы под босыми ногами.
Миранальда слушала, как заворожённая, и всё начало вставать на свои места.
— А если ты захочешь навестить своих фантазиков или побывать где-то ещё, — продолжала Душа, — то ты отправляешься в путешествие в другом своём теле, которое лучше всего подходит для того или иного мира и может там существовать. Некоторые миры расположены так близко друг к другу, что их границы иногда истончаются и временно пересекаются. Именно это и произошло с тобой в садике, во время тихого часа. А сейчас мы с тобой встретились в одном из тех миров, где ещё можно сохранять форму, похожую на человеческую.
Миранальда смотрела в бездонные глаза своей Вечной Души, и в её собственном сердце распускался цветок полного понимания и принятия. Она была не просто маленькой девочкой. Она была Бесконечностью, познающей саму себя через игру в дочку, в подружку, в волшебницу. И это осознание наполнило её таким покоем и таким счастьем, каких она ещё не знала.
автор Сергей Кузьмин