Портрет княгини Елизаветы Павловны Салтыковой (урожд. Строгановой), созданный Карлом Брюлловым в 1841 году и хранящийся в Государственном Русском музее, представляет собой яркий образец взаимодействия моды, аксессуаров и психологической характеристики модели. Брюллов, обладая исключительной чувствительностью к материальности костюма, превращает ткани и декоративные элементы в инструмент повествования о внутреннем состоянии изображённой.
Наряд и аксессуары
Ключевым элементом композиции является платье из голубого атласа, отличающееся характерным для 1840-х годов покроем с расширяющейся юбкой и подчёркнутой линией талии. Сложная игра фактур — гладкий атлас, тонкое кружево, бархатные поверхности мебели и меховая шкура под креслом — демонстрирует мастерство художника в передаче материальной среды. Атласный блеск выступает не только показателем социальной принадлежности модели, но и важным пластическим акцентом, организующим композицию.
Особое значение имеет павлинье опахало. Этот аксессуар, атрибут светской культуры XIX века, в портрете Брюллова утрачивает функцию декоративного элемента и превращается в символический знак: опущенное в руке княгини, оно подчеркивает её усталость, погружённость в меланхолическое состояние. Не менее выразителен и мотив леопардовой шкуры: с одной стороны, это традиционный маркер статуса и богатства, с другой — реминисценция «дикой природы», которая вносит в композицию элемент экзотики и подспудной энергии.
Украшения на руках княгини
На портрете Карла Брюллова руки Елизаветы Павловны Салтыковой выписаны с особым вниманием. Украшения на руках аристократки — это не только свидетельство её положения, но и часть визуального языка портрета. В 1840-е в моду входили гарнитуры — ювелирные наборы из нескольких предметов (кольца, серьги, браслеты, ожерелья, броши), выполненные в едином стиле.
Кольца. На пальцах княгини присутствует несколько перстней различного типа: одно кольцо с камнем (вероятно, гранат или рубин, часто встречавшийся в ювелирной моде первой половины XIX века), а также гладкие обручальные и декоративные кольца. Их множественность отражает характерный для эпохи приём демонстрации утончённости и богатства через «наборность» украшений.
Браслеты. На запястье выделяются два браслета: широкий золотой с тёмной вставкой (эмаль или оникс), а также более тонкий, вероятно, парный. Так называемые браслеты-манжеты носили поверх длинных, зачастую кружевных или лёгких прозрачных рукавов. Чёрная эмаль или оникс, включенные в комплект, некая аллюзия на строгость и скорбь.
Княгиня Елизавета Павловна Салтыкова (1809–1867), урождённая Строганова, принадлежала к одному из наиболее влиятельных и богатых родов Российской империи. Её брак с светлейшим князем Дмитрием Николаевичем Салтыковым упрочил союз двух аристократических династий. Смерть мужа в декабре 1832 года оставила молодую княгиню вдовой с малолетним ребёнком. Последние годы Елизавета прожила после утраты супруга в относительной уединённости, отдалённой от публичного внимания.
Судьба княгини во многом отражает модель существования женщины высшего света середины XIX века: участие в придворной и салонной жизни, благотворительной деятельности, а также неизбежные ограничения, связанные с рамками сословного долга. Отражённая в портрете усталость и меланхолическая отрешённость нередко интерпретируются исследователями как отклик на внутренние противоречия её жизненного пути — внешнего блеска и внутреннего одиночества, столь характерного для представительниц петербургской аристократии этого времени.