Предыдущая часть:
Оттеснив конкурента в карьерной гонке, Максим поспешил к главному бухгалтеру, которая как раз выходила из своего ярко-алого, под цвет наряда, автомобиля. Лариса Ивановна, сорокапятилетняя дама, выглядящая типичной легкомысленной гламурной блондинкой, но на деле обладающей острым интеллектом, стоя рядом с владельцем компании, с самоиронией со смехом, рассказывала ему:
— Мой топографический идиотизм просто неизлечим. Я же бывала уже у вас и все равно свернула не туда, потому что елка у забора на углу показалась мне незнакомой. Сейчас-то я понимаю, что ее и крупномером могли высадить, но когда рулила, мне не до глубоких размышлений было.
— Проходи, Лариса, отдыхай, и давай сегодня оставим в стороне все формальности, — по-отечески пригласил Красиков.
Главбух приходилась ему родственницей, но качеством своей работы доказала, что порой из любых неприятных правил о сотрудничестве с друзьями и близкими бывают исключения. Она пришла в фирму Красикова сразу после окончания экономического вуза и постепенно из ассистентки выросла до незаменимого эксперта. Дела она вела безупречно, не на страх, а на совесть, и умела мастерски улаживать возникающие, чего только не бывает в бизнесе, инциденты. Красиков знал, что, несмотря на сияющий вид, в семье Ларисы иногда бушуют бури, и не стал расспрашивать, почему муж не приехал вместе с ней. Тем более, что рядом уже возник Максим, который обольстительно улыбался, предлагая:
— Разрешите, Лариса Ивановна, сегодня я буду вашим сопровождающим.
— Да, на здоровье, — согласилась женщина, отчетливо понимая, что интерес главы отдела сбыта связан не с ее личными качествами, а с тем, что Максим подозревает о ее влиянии на решение родственника.
Приглашенные сотрудники фирмы Красикова постепенно заполняли мощеные тропинки ухоженного участка своего директора. Люди переместились на поляну, окруженную естественной изгородью из яблонь и вишен, низко склонивших тонкие ветви под тяжестью обильного урожая. Неизбежно все разделились на группы по интересам, и кто-то уже пробовал закуски в большом шатре. Мужчины разжигали мангал, на время сделав вид, что забыли о серьезных темах, и обсуждали методы приготовления шашлыка и прочие отвлеченные вопросы.
Последней на участке Красикова в этот день появилась офис-менеджер Анастасия, которая модельными широкими шагами приблизилась к собравшимся и громко всех приветствовала.
— Теперь, когда мы в полном составе, прошу всех перейти за стол. У меня есть тост, — сообщил Красиков, и его подчиненные потянулись к шатру.
У Маши, заметившей, как маняще и призывно смотрит Анастасия на ее мужа, вдруг все встало на места. Все элементы головоломки словно сошлись, а сомнения превратились в ясное понимание. У Димы с этой девушкой, обладающей идеальной фигурой и гладкими распущенными волосами насыщенного каштанового оттенка, явно не только рабочие отношения. Похоже, его скверный настрой связан с тем, что на тусовке одновременно будут присутствовать и яркая брюнетка, и она, поднадоевшая супруга. Конечно, в такой ситуации Диме можно только посочувствовать, но Марии его было ни капли не жаль. Он же мог хотя бы относительно гуманно поступить и не мотать ее нервы своими претензиями. Возможно, он рассчитывал, что жена не выдержит сравнения с огородным чучелом и сама разрубит узел. Однако и в этом случае от Димы требовалось честно сказать боссу, что жена едет в село к детям и своим родным, а он малодушно пытался усидеть на двух стульях одновременно. В самом деле, Маше казалось, что лучше бы она и дальше пребывала в блаженном неведении относительно романтического интереса мужа. Но сейчас делать наивный вид было глупо. Женщине казалось, что абсолютно все заметили, как приподнялись брови Дмитрия, как его губы слегка вытянулись, словно он хотел, но не решался послать Насте воздушный поцелуй, и только легким жестом показывал свое восхищение. Брюнетке тоже было очевидно. Женатый мужчина практически полностью забыл, что приехал на тусовку вместе с супругой.
Праздник на участке Красикова начался с теплых слов хозяина в адрес сотрудников и членов их семей, которые мирились с различными неудобствами, а потом тосты звучали один за другим, и только Марии было не до веселья. Потрясение от внезапного открытия было настолько мощным, что лишь из чувства какого-то упрямого зла она продолжала, как ни в чем не бывало, улыбаться и беседовать на разные темы. Хотя больше всего ей хотелось уйти из гостеприимного участка и направиться к детям, родным и семье сестры. Конечно, можно было еще устроить скандал, и Дима, в котором внезапно проснулся ловелас, точно не получил бы желаемого продвижения, но в таком случае и настроение всех собравшихся было бы подпорчено.
В ожидании шашлыков все снова разбрелись по участку. Кое-где раздавался смех. Несколько пар кружились под тихую мелодичную музыку на площадке со специальным покрытием, а Мария укрылась в тени вишневого дерева, хотя из-за облаков на небе в этом не было никакой нужды. Чуткая Лариса, будто почувствовав, что женщине не по себе, подошла к ней и завела разговор о детях. Потом сделала комплимент мастерице, связавшей Машину кофту. Казалось бы, это была просто вежливая беседа, но постепенно становилось легче. Для Маши дружелюбие главбуха стало актом незаметной поддержки. Может быть, коллеги фирмы и были в курсе увлечения Димы Настей, но главбух этого не показывала. Она проявляла не жалость, а интерес к детям, к узору кофты, к истории семьи Марии и мягко отвлекала от грустных мыслей, не позволяя скатиться в полное отчаяние. Женщины беседовали до тех пор, пока к ним не подошел Максим, обратившийся с просьбой.
— Мария, простите, не знаю, как вас по батюшке, но надеюсь, вы позволите мне похитить вашу собеседницу. Лариса Ивановна, прошу подарить мне следующий танец.
Главбух попыталась отказаться, но Мария, не желая злоупотреблять ее добротой и понимая, что сбытовик так просто не отступит, улыбнулась:
— Конечно, позволю. А я пойду и своего мужа на танец приглашу.
Было вполне предсказуемо, что Дмитрия она застала в компании Насти, которая ему что-то увлеченно рассказывала. Мужчина улыбался, но расстояние между ними было практически таким, какое можно было бы назвать пионерским.
— Все понятно, — подумала Маша. Сохраняют видимость приличия. Все-таки здесь очень много посторонних глаз.
Дима немного растерялся, услышав от жены приглашение потанцевать, но быстро сориентировался и, взяв Марию под руку, направился с ней на импровизированный танцпол.
— Что у тебя с этой Настей? — негромко спросила женщина на ушко.
Мужчина сбился с ритма, наступил Маше на ногу, но она этого словно не заметила и продолжила задавать неудобные вопросы.
— Это из-за нее ты меня утром огородным чучелом назвал? Думал, я взбрыкну, откажусь ехать сюда вместе с тобой, и ты тут сможешь чувствовать себя совершенно свободным. Вот так неожиданность. Обманула я твои ожидания.
Дмитрий остановился, потянул жену за руку к укромному углу участка Красикова, где широко раскинули свои листья кусты, и принялся оправдываться.
— Не знаю, кто что тебе наговорил, но у меня с Настей нет ничего такого, что ты могла нафантазировать. Уж представь себе, мы коллеги одной организации, ничего сверх того. То, что я с ней любезно общаюсь, просто разумный расчет. Все-таки офис-менеджер всегда в курсе всего. Для меня любая информация может быть на вес золота. Я хоть чем поклянусь, Маша, изменять тебе я и не планировал. Все, что я делаю, абсолютно все — это ради карьеры и в конечном итоге ради того, чтобы ты, мальчишки, ни в чем не нуждались.
Маше очень хотелось поверить в слова мужа, но было страшно ошибиться и обзавестись, хотя и неосязаемыми, но от этого не менее обидными и ветвистыми рогами. К тому же из памяти еще не исчезло, да, наверное, и не пропадет никогда сравнение с чучелом. Слишком жестокими были эти слова. Пусть даже Дима их произнес из-за волнения.
— Именно поэтому ты едва не чмокнул, увидев эту Настю, — не удержалась от упрека Маша.
— Ой, да прекрати. Просто Настя буквально кормится восхищением, а для меня совсем не в тягость ее порадовать одобрительными взглядами. Это же так просто. Немного внимания, и порой вся нужная информация у тебя появляется даже чуть раньше, чем я успеваю ее запросить.
— То есть ты признаешься, что фактически обхаживаешь девушку ради своих корыстных целей. И тебе не стыдно быть таким расчетливым? — уточнила Маша, все еще сомневаясь в верности мужа.
— Звучит грубо, но по сути так и есть. Для меня Настя просто одна из коллег, а ты моя жена, причем любимая. Я и сам признаю, что бываю порой настоящим грубияном. Ну, ты должна понять, это я не со зла. И вообще, если хочешь, мы прямо сейчас поедем в село к мальчишкам, — предложил мужчина. А что, основная торжественная часть позади. Шашлыки почти съедены. Думаю, Александр Эдуардович не будет умолять остаться. Ему и с теми гостями, которые решат здесь заночевать, забот хватит.
— Хорошо, — быстро согласилась Маша, опасаясь, что муж передумает. Давай со всеми попрощаемся и отправимся в село. Мальчики очень обрадуются такому сюрпризу.
Красиков отнесся к решению Федотовых с пониманием. Его супруга снова благодарила гостей за чудесный презент, так ей угодивший. Супруги тепло со всеми распрощались, но в ярко подведенных глазах Насти Маша заметила искры досады. Или, может быть, ей это просто почудилось. Ведь внешне офис-менеджер выглядела абсолютно спокойной и излучала доброжелательную вежливость. Брюнетка опиралась на руку Максима, а начальник отдела сбыта выглядел как человек, случайно сорвавший куш. Лариса любезно предложила подвезти Федотовых до города.
— Вам там удобнее и быстрее будет такси вызвать, а я все равно домой направлялась, потому что обещала мужу не слишком задерживаться. Ему сейчас моя помощь нужна. Он немного прихворал, потому что холодного молока хлебнул, и у него горло разболелось. Надо же его поддержать морально. Ведь когда мужчины заболевают, то ведут себя как малые дети.
Уверенно управляя машиной на трассе, почти пустой в сторону города, Лариса вела с Машей приятную беседу, и к моменту расставания они были почти приятельницами. В такси, увозящем Федотовых в село, Дима признался жене:
— Да, Машенька, ты сегодня несколько раз сумела меня очень сильно удивить. Во-первых, когда не сорвалась на меня за обидные слова, во-вторых, тем, что позаботилась о презенте, который смог растрогать супругу босса. В-третьих, твоим поведением по отношению к Насте, которую ты подозревала в связи со мной. Это просто высший класс. Мне раньше даже не приходилось задумываться, что ты обладаешь такой выдержкой и истинным достоинством.
У Марии не было сил что-то отвечать. Нервное напряжение, которое держало ее в своих цепких объятиях так долго, начало отступать, и вместо него наступала апатия. Немного радовало то, что вскоре она встретит близких людей, но женщина понимала, что вряд ли сумеет вести себя беззаботно и весело. Уж кто-кто, а ее старшая сестра, едва на нее взглянув, всегда могла прочитать эмоции, как открытую книгу. Впрочем, наверное, Маша и сама ощущала потребность выговориться надежному человеку. В село Федотовы прибыли поздно вечером, когда родственники уже поужинали и отдыхали, заняв места на просторном крыльце и играя в лото. Радости детей не было границ. Мальчики наперебой рассказывали о своих новостях, а их счастливый щебет дополняли голоса племянников, племянниц и робкий басок Глеба, который уже успел стать для ребятни неформальным вожаком.
Продолжение: