Мда... Намедни от профессионального сценариста услышала эмоциональный спич на тему, что старое кино умерло, а вот в зрителям в настоящем, например, зашла смесь фильма ужасов и черной комедии. Это так ново, зрители валом валят в кинотЭатрыты...
Чтож, не будет травмировать тонкую душевную организацию этого сценариста нашей зрительской реакцией, в самом деле.
Однако невольно вспоминается другая классика:
Итак, пастор Вальц обыскивает комнату Мони в доме Спенсера, - без особого фанатизма, нужно отдать должное, и без особого результата. Точнее, как посмотреть.
Вальц не выворачивает нижнее белье, не находит каких-то тайников или спрятанного под кроватью гроба ну мало ли, зато в какой-то книжечке находит оторванный листик с изображением графини покойной.
Нет, зритель видел уже, что изображение вырвано из книги, которую читает в замке графа Харпер-на-минималках. Ну и раз Моня рассказала, что граф ищет свою княгиню, понятно, почему обрывком заинтересовался паттер. Но просто сама идея с этим рисунком на редкость бредовая, - все-таки узнать по гравюре конкретную живую женщину невозможно, это же не фото и фоторобот.
Но как вы понимаете, только не в этом фильме.
А нас опять возвращают к графу в его замок, где бродит любопытный Харкер. Ну это же самое то, что делает в фильме ужасов любой уважающий себя гость – берет фонарь и начинает шароебится по хозяйскому дому ночью и без спроса.
Туалет, наверное, искал.
А прямо рядом с обеденной залой нашел вход в подземелье, в часовню с гробом посередине. Да, я тоже люблю клипы Кукрыниксов.
Гроб нужно разумеется немедленно открыть, - ну вдруг там не труп обнаружится, а сокровища, правда? Или сокровища на трупе.
Если это пародия, то хоть в каком-то моменте должно же быть смешно? Нет, только тупо.
В гробу, лежит граф, само собой. Ну в принципе, никто и не ждал там Монику Белучи, а жаль…
На этом идиота-Харкера вырубили банальным ударом по затылку со спины. Очнулся он, когда его упаковывали в цепи три уродливые горгульи вместо трех сексапильнейших вампирок… Что называется, почувствуйте разницу.
Начинается очередной скучный писдеж, пока Харкера подвешивают к потолку.
- Кто вы?
- О я всего лишь страдающая душа в тени смерти…
Тоже мне, Байрон нашелся.
Подбежавшая к нему гаргулья с эмалированным тазиком - как бэ намекает нам, что это все-таки такая черная комедия, но увы, повторюсь – тазик с облупленной эмалью это единственное смешное, что лично я увидела за 40 минут фильма.
Во всяком случае тазик однозначно не помешал бы, после этого диалога:
- Бог есть любовь
- Вы же не верите в бога.
- Теперь верю.
Иииии… в духе Блица-скорость без границ, это траченное молью чучело в виде графа откидывает голову и начинает кудахтать, как петух, которого вместо того чтобы просто топориком тюкнуть, какие-то садисты повесили в петле, вот он и задыхается, бедолажный.
В продолжении этого убого театра абсурда висящий вверх ногами Харкер изъявляет последнее желание – узнать историю графа.
И чтоб выдумали, - этого достаточно, чтобы дебил-граф приказал спустить дебила-Харкера на стул и принялся… скучно повествовать ему свою историю. Согласна – редкая пытка с этим сравнится!
Под заунывную музыку зрителя переносят в прошлое, о чем никто, кроме самоубийцы не просил. И знаете, на свете есть много некрасивых людей. Заниматься шеймингом по внешности это плохо, ведь люди не выбирают, какими им рождаться, но просто если бы мне предложили вдруг поцеловаться с Калебом Джонсом в гриме старой волосатой перечницы и вот в этом, относительно натуральном виде - … Я бы выбрала перечницу.
А Карл 2й по-прежнему прочно остается на пьедестале настоящего секс-символа в моем рейтинге топов.
Тем временем, мы узнаем, что граф 400 лет ждет перерождения своей озабоченной женушки – ну еще бы ей в могилке-то спокойно лежалось! Такой кол не в сердце, а между ног вбивать стоило, чтоб не чесалось, хоть на том свете.
Правда, сам граф клиническое расстройство сексуального спектра характеризует душевной чистотой, и аж плачет, как скучает по непрерывной ебле с супругой.
Все это время он ее искал, но, дескать, 200 лет в Европе свирепствовала чума, поэтому те бабы, которые не мерли, прятались в монастырях и храмах, куда он войти не мог.
Поэтому периодически возвращался ползать по могиле жены.
Полежав там до первого снега, он бежал прыгать с башни, чтобы самоубиться… Что сказать, не только 200 лет житья-бытья его не насторожили, но только после 10го прыжка с башни до графа дошло, что что-то с ним не так.
Ну да, я не тормоз, я просто медленный газ. Наверное, где-то здесь тоже нужно было смеяться. ВАо всяком случае, отсылка к Дамблдору - удалдась.
Затем следует очевидная пародия на «Парфюмера», - раз граф не мог отыскать жену сам, то нужно, чтобы возродившаяся графиня к нему пришла сама. Поэтому он создал аромат. Дескать, для этого вампир-граф посетил Багдад и Индию, вернулся на лавандовые поля Франции (которые стали культивироваться только в 1960х годах) и Флоренцию.
Аромат был составлен – причем не самим графом, - и действовал подчиняюще.
После чего в фильме у нас начинается водевиль с чередованием костюмных сцен с парой танцевальных па, никак не связанных между собой.
Эта чехарда означает развлекательный вояж осла Драакуля по дворам Европы, окончившийся в Версале. Якобы граф верил, что именно там, среди собрания художников и прочих творческих людей должна возродится его утонченная графиня.
Лучше б, конечно, сразу поискал бы в блядюжнике, но то верно, - французский двор глазами Бессона и Драакуля не сильно отличается от подобного заведения. Роскомнадзор предупреждает тоже.
И так он расстроился, что перекусал всех дам.
Ебу и плачу, ебу и плачу...
После чего вернулся порыдать к жене и забрался к ней в могилку.
И вот, после очередного фиаско, граф редко покидает замок, в надежде, что его слуги все-таки найдут возрожденную графиню.
Правда, почему-то вместо графини или хотя бы подходящих баб, гаргульи стаскивают ему золото и ценности. Логика? Да и похер.
Ну и вся эта хрень, нужна только для того, чтобы Харкер-на-минималках, само собой, попросил бы его отпустить силой любви, ведь у него тоже есть возлюбленная.
Ну конечно же, граф интересуется, как она выглядит, а медальон у Харкера на шее.
Ну конечно же там Мина, она же Катенька Варнава Елизавета…
Хоспади, ну как можно снимать настолько занудно, тупо и СКУЧНО?!
Увидев Мину, граф предсказуемо завис, потом вскочил и принялся вырывать себе кадык.
Жаль, что не получилось, но его понять можно. Сниматься в этом одновременно пустом, как вода из-под макарон, и вязком, как сопли, дерьме - то еще удовольствие.
Затем апоплексический удар закончился – граф же бессмертный – и Чучело окрыленный побежал навстречу любви, подгоняя своим карканьем карикатурных гаргулий.
Наконец-то! Повествование возвращается в Париж – граф с такой страстью не ждал 400 лет свою нимфоманку, с какой я жду хоть какого-то действия в этом фильме, спустя еще почти пол часа хронометража.
Пусть даже это действие шизофреническое.
Паттер Вальц приносит клочок с изображением графини доктору.
Зачем? Доктору-то какое дело до графа, графини и всех вампиров вместе взятых?! Забирали бы свою зубастую Моню нахер отсюда.
Паттер кричит, что граф ищет свою графиню 400 лет… МЫ В КУРСЕ, блть!!! А вот откуда в курсе ты – хз.
Затем паттер Вальц пафосно зачитывает доктору всякую хуйню про вампиров из своей записной книжки, и тоже видимо должно быть невероятно смешно, только я вот лично себя чувствую уже примерно вот так:
Короче Шерлок Холмс и доктор Ватсон на минималках решают, что надо поймать и убить чудище, а для этого найти женщину с картинки. Да, паттера Вальца не смущает, что граф искал ее 400 лет без всякого успеха и картинка на бумажке вовсе не означает, что она реально существует сейчас.
Но тут приходит мальчик-ассистент и говорит, - о, да эта женщина стоит и ждет в соседней комнате.
И она таки стоит. Что сказать, - за последние 400 лет графиня здорово похорошела, хотя брови так и не выщипала.
Доктор и паттер сели и давай спрашивать Мину, кто ей эта Моня, после чего нас ждут очередные, славабогу, очень краткие флешбеки, но от этого не менее скучный и затянутый рассказ.
Выяснилось, что Моня и Мина познакомились буквально 3 дня назад на приеме у Спенсера. И Моня так заинтересовалась Миной, что тут же потащила ее в свою комнату, где две девицы опять глупо хихикали, прыгали по постели и – «говорили о любви».
А потом, Моня сошла с ума.
На следующий вопрос Мина поясняет, что на свадьбу она пришла с женихом – тот такой тип, который знает всех на свете и вроде как из хорошей семьи. Последнее не точно.
Отличная парочка.
Дальше очередной типа смешной поворот, когда паттер подсаживается к Мине еще ближе и начинает доверительно ее выспрашивать, а не показалось ли ей, а не беспокоит ли ее, а она… А она в ответ тут же доверительно признается ему, что не уверена на счет своей помолвки, и т.д. и т.п.
Понятно, что это очередной комедийный прием, когда персонажи с серьезными лицами выдают абсурдные, глупые или двусмысленные вещи, но… в данном случае, он не работает! Не работает от слова совсем.
Сидишь и думаешь, - хоть бы лопату в углу поставили.
Но «искрометный» юмор и фантазия Бессона несет нас дальше, а уж как «несет» режиссера – ни в сказке сказать, ни пером описать.
Граф, наряженный нищим, приперся в женский монастырь. Внезапно, да. Только что он жаловался, что ему в такие заведения ходу нет.
Но ради такого случая граф побрился, ну или снял свой бабушачий парик и отлично теперь чувствует себя в часовне. Облился Драакуль своими духами и как полезли на него монашки со всех сторон…
Мдя, как говорил Петроний Арбитр, одна голая женщина впечатляет больше, чем тысяча. Здесь голых женщин нет вообще, но, думаю, понятно, что я имею в виду.
Показали нам монашек под допингом и хватит, кибитка с гробиком уехала из замка. А предприимчивый Харкер где-то в пыточной нашел достаточно простыней и сбежал через окно.
Его пытаются достать гаргульи. Гаргульи – забавные немного. Все остальное – нет.
Харкера спасло то, что он упал на лед, а гаргульи - каменные, тонут.
А кое-что уж точно не утонет ни в какой субстанции.