Созависимые отношения. У этой темы не видно ни конца, ни края, однако нужно к ней каким-то образом подступаться. И попытаю я удачи у истоков формирования созависимости.
А что является её истоками, которые, кстати, она делит на пару с зависимостью? Невозможно выделить в данном случае одну-две универсальные причины. Скорее, это пересечение, связность, взаимовлияние нескольких факторов. Давайте их перечислим.
· Первый возможный фактор – это генетическое наследство зависимости и созависимости. В основе последней также имеются биологические предпосылки, да будет вам известно.
· Также огромное влияние имеет определённый, специфический семейный уклад. Не стану ходить вокруг да около: здесь речь идёт о дисфункциональных семьях (но совсем не обязательно, что они являются неблагополучными), а также о категории «Взрослые дети зависимых родителей». В каковую, кстати, в настоящее время входит гораздо большее количество вариантов, чем непосредственно химически зависимые родители – как было принято считать не так давно.
· Подпункт в дополнение к предыдущему: слишком большая плотность и сила психологических защит в пределах одной конкретной семьи. Лидирующие позиции здесь по-прежнему удерживает такой механизм как отрицание.
· Определённое, специфическое поведение, которое обусловлено травмой. Выходец из дисфункциональной семьи с младых ногтей привыкает не жить, а выживать – точнее сказать, он скорее справляется со своей жизнью, нежели наслаждается ею. А, кроме того, он научается добывать, заслуживать расположение со стороны других людей. Всё это сильно перекликается со слабо развитой самоценностью и является благодатной почвой для созависимых отношений; а также отношений, в которых есть циклы абьюза.
· Социальное окружение: его заветы, нарративы, которое оно транслирует и которые накладываются на происходящее в семье. Те же самые нарративы может спокойно пропустить мимо ушей ребёнок из условно здоровой семьи, поскольку они не перекликаются с его внутрисемейным опытом. Но их вполне успешно «подцепит» ребёнок из семьи дисфункциональной, поскольку в его картине мира что-то подобное уже имеет место. Что это за нарративы? Например: «Думать о себе – это плохо/это эгоизм, думать о других – это хорошо».
· Ну и завершим перечень теми самыми последствиями травмы. Про отсутствие самоценности уже упоминала. Добавлю здесь про внутреннюю пустоту, а нередко и ощущение бессмысленности жизни, отсутствие внутренних ориентиров, а также сложности с нахождением личных ценностей.
И всё это нам придется разбирать по отдельности. Зачем? Потому что созависимость невозможно рассмотреть в отрыве от её источника. На текущие созависимые отношения с кем бы то ни было будут влиять ваши системные семейные факторы, пусть даже вы давненько физически отделились от родственников.
Также на текущие проявления созависимого поведения у конкретного человека, несомненно, влияет его травма. То есть в контексте текущей жизни его восприятие, его реакции могут быть ни чем иным как поведением, обусловленным травматическим опытом.
Помимо травматического опыта значительную роль играет то поведенческое научение, которое было сформировано в рамках семейной дисфункции и продолжает претворяться человеком в жизнь. Даже, несмотря на то, что ныне приносит ему очевидный вред. То есть в текущей жизни Созависимого будет множество проявлений родительских и социальных предписаний, жёстких правил, ролей, негибких ожиданий от себя, от людей и многого другого – что и продолжает направлять его по стезе созависимости.
Почему же ему так сложно даже во взрослом возрасте с этими правилами и ролями расцепиться? Причина тому есть. Она заключается в известной размытости внутрисемейных границ. Созависимому человеку очень сложно бывает понять «что моё – а что не моё; что откликается в моей душе – а что навязано мне другими людьми». Плюс всегдашний запрет на выражение чувств, следствием которого – помимо всего прочего – является сложность с нахождением собственных ценностей и жизненных ориентиров.
А чтобы разделиться с неработающими предписаниями, с навязанными ролями и концепцией спасательства в целом – важно понять, в каких конкретных ситуациях мы этим добром обзавелись, и какова была их функция в тот момент (скорее всего, в тот момент это нам как-то помогало). Однако очень важно исследовать, как это работает сейчас, какую функцию это выполняет в нашей жизни сейчас – и какой результат в рамках отношений с партнёром/детьми/другими людьми в целом мы сейчас получаем.
Можно сказать иначе: предписания – это наша личная история. Это то, что с нами случилось, это наш опыт. Конечно, наша история имеет для нас значение, она влияет на нас, однако всегда важнее текущий контекст. В этом контексте многие из принятых в прошлом решений, выбранных сценариев могут не работать, более того – вредить. Следовательно, их нужно неспешно и вдумчиво исследовать, потихоньку пересматривать и планомерно корректировать.
Продолжим изучать это вместе! В следующей статье поговорим о влиянии фактора семейной системы на то, как мы выстраиваем свои отношения с людьми во взрослой жизни.
Ставьте лайки, подписывайтесь на канал!