– Игорь, нам нужно поговорить. Серьёзно поговорить, – Алина села напротив мужа, поглаживая семимесячный живот.
Игорь отложил ноутбук, внимательно посмотрел на жену. В глазах – ни удивления, ни тревоги. Странное спокойствие.
– Слушаю тебя, дорогая.
– Игорь, я... Я должна тебе кое-что сказать. О ребёнке.
– И что же? – голос ровный, без эмоций.
Алина глубоко вздохнула:
– Это... Это не твой ребёнок. Но выслушай! Ты будешь отличным отцом! Лучше, чем настоящий! Мы воспитаем его вместе, и никто никогда не узнает!
Игорь молчал. Долго молчал. Потом встал, подошёл к окну.
– Алина, а чей ребёнок?
– Это... Это неважно! Глупость вышла, ошибка! Один раз всего!
– Чей ребёнок, Алина?
– Максима. Моего начальника. Но это ничего не значит! Он женат, детей не хочет! А мы с тобой хотели ребёнка!
Игорь усмехнулся. Тихо так, горько.
– Знаешь, Алина, что самое смешное?
– Что?
– Я знаю об этом с первого месяца твоей беременности.
У Алины челюсть отвисла. Она смотрела на мужа и не могла вымолвить ни слова.
– Как... Как ты узнал?
– Пренатальный тест ДНК. Неинвазивный. По крови матери можно определить отцовство уже с восьмой недели. Я сделал тайно, когда ты сдавала анализы в женской консультации.
– Но... Но зачем? Почему ты заподозрил?
Игорь повернулся к жене:
– Алина, я не идиот. Корпоратив в декабре, ты пришла в пять утра, пьяная, с размазанной помадой. Сказала – с девочками в караоке были. А через три недели – две полоски.
– И ты всё это время знал?!
– Знал. И ждал. Ждал, когда ты сама признаешься. Семь месяцев ждал, Алина. Семь!
Алина вскочила, попыталась обнять мужа:
– Игорёк, миленький, раз ты знал и молчал – значит, простил!
Игорь отстранился:
– Нет, Алина. Я не прощал. Я готовился.
– Готовился? К чему?
– К разводу. Все эти семь месяцев я собирал доказательства твоей измены. Переписка, фотографии, показания свидетелей.
– Какая переписка? Я всё удаляла!
– Из телефона – да. Но не из облака. А пароль от твоего облака я знаю – ты же сама дала, когда фотки со свадьбы скидывала.
Алина побледнела. В облаке была вся её переписка с Максимом. Все эти «скучаю», «хочу тебя», «муж ничего не подозревает».
– Игорь, но зачем? Мы же можем всё исправить!
– Исправить? Алина, ты семь месяцев врала мне в лицо! Рассказывала, как счастлива, что носишь НАШЕ дитя! Заставляла имена выбирать, кроватку покупать!
– Но я думала...
– Что думала? Что я дурак? Что схаваю любую ложь?
Игорь достал из ящика стола папку. Толстую такую, с документами.
– Вот исковое заявление о разводе. Вот требование о разделе имущества. И вот самое интересное – доказательства измены.
– Игорь, но квартира же наша общая!
– Была общая. Пока ты не изменила. По закону, супруг, нарушивший супружескую верность, может лишиться части имущества при разделе. Особенно если есть доказательства.
– Но я беременна! Ты не можешь выгнать беременную жену!
– Могу и выгоню. После родов. А пока живи. У тебя два месяца.
Алина зарыдала:
– Игорь, ну прости! Я люблю тебя! Это была ошибка!
– Ошибка – это когда один раз оступился. А у вас с Максимом роман три месяца длился. Я всю хронологию восстановил по перепискам.
– Откуда ты знаешь?
– А ты думаешь, зачем я тебе новый телефон подарил? С полным доступом к геолокации и сообщениям? Я всё видел, Алина. Каждую твою «задержку на работе», каждую «встречу с подругами».
Алина упала на колени:
– Игорь, умоляю! Подумай о ребёнке! Он не виноват!
– Именно о ребёнке я и думаю. Ему нужен отец. Настоящий отец. Пусть твой Максим и воспитывает.
– Он не будет! У него семья!
– Это его проблемы. И твои. Вы взрослые люди, *ахались – думать надо было.
– Игорь, ты же не такой! Ты добрый, понимающий!
– Был добрый. Пока ты этим не воспользовалась. Знаешь, что самое мерзкое? Ты до последнего врала бы, если бы не живот. Просто уже скрывать невозможно стало.
Игорь прав был. Алина призналась только потому, что Максим пригрозил рассказать всё сам. Испугался, что она отцовство на него повесит.
Следующие два месяца были адом. Игорь переехал в гостевую комнату, общался только по необходимости.
Алина пыталась достучаться:
– Игорь, давай сходим на УЗИ вместе!
– Зачем? Это не мой ребёнок.
– Но ты обещал быть на родах!
– Обещал. Когда думал, что это мой ребёнок.
Родственники Игоря узнали правду – он не скрывал. Свекровь, которая раньше души в невестке не чаяла, теперь сквозь неё смотрела.
– Как ты могла, Алина? Игорь же золотой мужик! Работящий, непьющий, любящий!
– Мама, я ошиблась...
– Не называй меня мамой! Нет у меня больше невестки!
Рожала Алина одна. Игорь в роддом не приехал. Родители тоже – стыдно им было за дочь.
Мальчик родился здоровый, крепкий. Копия Максима – смуглый, черноглазый. У Игоря глаза голубые, волосы русые. Даже слепой бы увидел – не его ребёнок.
На третий день после родов пришёл Игорь. С документами.
– Подписывай. Развод по обоюдному согласию.
– Игорь, может, посмотришь на малыша?
– Нет. Подписывай.
– А как же имущество? Квартира?
– Квартира остаётся мне. Полностью.
– Но я имею право на половину!
– Имела. Пока не изменила. Вот решение суда – ещё пока ты рожала, рассмотрели. Измена доказана, ребёнок не от меня – генетическая экспертиза подтверждает. Тебе присудили четверть стоимости квартиры. Вот чек на миллион двести. И прощай.
Алина вышла из роддома с ребёнком на руках и чеком в кармане. Поехала к родителям.
– Мам, можно я у вас поживу?
– Алина, как ты могла? Такого мужа потерять! – мать плакала.
– Мам, ну ошиблась я!
– Ошиблась она! Б*ядовала – вот как это называется! Дед твой в гробу перевернётся!
Но пустили. Куда деваться – дочь всё-таки, внук.
Максима Алина нашла через неделю.
– Макс, это твой сын! Ты должен помогать!
– С чего ты взяла, что мой?
– Мы можем сделать тест ДНК!
– Можем. И что? Я женат. Жена о твоём ублюдке узнает – развод со всеми вытекающими. Мне это надо?
– Но ты обещал!
– Что обещал? Когда? Ты сама на меня вешалась! Я думал, у тебя с мужем всё схвачено!
Алина подала на алименты. Суд обязал Максима платить... И тут началось самое интересное. Жена Максима, узнав об измене, подала на развод. И на раздел имущества. А имущество всё было на ней записано – Максим так налоги оптимизировал.
В итоге и Максим остался практически ни с чем. Алименты платит копеечные – официальная зарплата минимальная, остальное в конвертах получал.
– Три тысячи в месяц?! – Алина не верила своим глазам.
– А что ты хотела? – адвокат развёл руками. – Официально он нищий. А теневые доходы не докажешь.
Миллион двести от Игоря быстро таял. Съёмная квартира, памперсы, питание, одежда. За год – половина ушла.
Алина пыталась устроиться на работу, но с грудным ребёнком никуда не брали.
– У вас декретный отпуск есть?
– Нет, я не в декрете. Я разведена.
– А ребёнок? Болеть будет, а вы на больничные?
– Я надёжный сотрудник!
– Извините, мы вам перезвоним.
Но не перезванивали.
Через полтора года деньги кончились. Алина переехала к родителям насовсем. Мать нянчилась с внуком, отец молчал и смотрел с укоризной.
Устроилась кассиром в супермаркет. Двадцать пять тысяч зарплата. Смешно, но на большее без опыта не брали.
И тут случайно встретила Игоря. В том же супермаркете.
– Привет, – сказал он спокойно.
– Привет, – Алина покраснела.
За ним стояла девушка – молодая, красивая, с обручальным кольцом.
– Знакомьтесь, это Лена, моя жена.
Жена?! Прошло всего полтора года!
– А это Алина, моя бывшая, – представил Игорь.
Лена кивнула холодно – видимо, знала историю.
– Игорь, можем поговорить? Наедине? – попросила Алина.
– О чём?
– Ну... О нас. О прошлом.
– Прошлого нет, Алина. Есть настоящее. У меня – счастливое. У тебя – какое сама создала. Пошли, дорогая, – он взял Лену под руку.
– Игорь, подожди! А вдруг это всё-таки твой ребёнок был? Вдруг тест ошибся?
Игорь обернулся:
– Алина, я делал три теста. В трёх разных лабораториях. Это не мой ребёнок. Точность 99,9999%.
– Зачем ты тогда ждал? Мог сразу выгнать!
– А я хотел посмотреть. Вдруг ты одумаешься, признаешься, попросишь прощения искренне. Дал тебе шанс. Семь месяцев шанса. Но ты врала до последнего.
– Если бы я призналась раньше?
– Если бы призналась в первый месяц, сказала, что ошиблась, пообещала, что больше никогда... Может, и простил бы. Может, ребёнка бы принял. Не знаю. Но ты предпочла врать.
Лена потянула мужа за руку:
– Пойдём, милый. Нам ещё в детский магазин нужно.
– В детский? – Алина похолодела.
– Да, – Лена погладила едва заметный живот. – Четыре месяца. И это точно ребёнок Игоря, если что.
Они ушли. Алина осталась стоять у кассы, чувствуя, как к горлу подкатывает ком.
Вечером дома мать спросила:
– Что случилось? Вид у тебя...
– Игоря встретила. С новой женой. Беременной.
– Вот видишь! Он новую жизнь построил, а ты всё на месте топчешься!
– Мам, если бы он простил...
– Если бы! Кто ж простит такое? Ты ему рога наставила, чужого ребёнка подсунуть хотела! Игорь правильно сделал, что выгнал!
Даже родная мать была на стороне бывшего мужа.
Сыну Алины сейчас три года. Максим его ни разу не видел. Алименты переводит через приставов – те самые три тысячи.
Игорь иногда присылает игрушки. Не подписываясь. Но Алина узнаёт – он всегда дарил хорошие, развивающие игрушки. Видимо, ребёнка всё-таки жалеет. Но не её. Её не жалеет и не простил.
Недавно Максим позвонил:
– Алина, давай встретимся.
Сердце ёкнуло – может, одумался? Решил сына признать?
Встретились в кафе. Максим выглядел плохо – постарел, осунулся.
– Алин, мне нужна помощь.
– Какая помощь?
– Денег одолжи. Хоть сто тысяч.
– С ума сошёл? У меня зарплата двадцать пять! Откуда у меня сто тысяч?
– Ну ты же от мужа отступные получила!
– Два года назад получила! Давно всё потратила!
– Блин... А я думал...
– Что думал? Что я богатая? Я ребёнка твоего одна ращу на копейки!
– Не только моего. Ты сама говорила – не уверена была, от кого залетела.
Алина дала ему пощёчину. Встала и ушла.
Вот такая история. Знаете, что самое грустное? Алина до сих пор не понимает, насколько серьёзно облажалась.
Она думает – Игорь жестокий, не простил. А он дал ей семь месяцев на признание. Семь месяцев ждал честности.
Она считает – Максим подлец, бросил с ребёнком. А что она ждала от женатого мужика?
Она обижается на родителей – не поддерживают. А они стыдятся дочери, которая разрушила семью ради интрижки.
Игорь сейчас счастлив. У него новая семья, скоро родится ребёнок – уже точно его. Он не озлобился, не спился, не сломался. Просто вычеркнул предательницу из жизни и пошёл дальше.
А Алина... Алина каждый день смотрит на сына и видит в нём Максима. И понимает – это расплата. За ложь, за предательство, за попытку обмануть человека, который любил её.
Игорь как-то сказал знакомому, тот Алине передал:
– Знаешь, что меня больше всего убило? Не измена даже. А то, как легко она врала. Смотрела в глаза и врала. Семь месяцев. Если человек способен на такое, то грош цена его любви.
И он прав. Любовь – это не только чувства. Это ещё и честность, верность, уважение. Алина предала всё это ради трёхмесячного романа с начальником.
Стоило оно того? Судя по её нынешней жизни – нет. Категорически нет.
Если вам нравится читать истории, загляните на мою страничку на Литмаркете: