— Слушаю, — выдыхаю сквозь зубы. — Покажи мне условия, которые предлагает Корниленко.
— Сейчас… — перебирает бумаги. — Извини, оставил у себя. Соня принесет.
Тянется к кнопке телефона, просит Соню подать бумаги.
Жду появления мартышки. Вчера она ночевала в офисе. Наверное, сегодня будет выглядеть помятой, в той футболке, но…
Но входит она с улыбкой на лице, в новой красивой блузке, свежая, с нежным нюдовым макияжем. Прекрасная, как летнее утро, передает скоросшиватель Матвею.
Встает за его спиной.
— Еще что-нибудь?
— Нет, все хорошо, — кивает едва заметно. — Тебе к лицу эта блузка.
— Спасибо, Матвей.
Дверь за ней закрывается. У меня все кипит. Кровь буянит в поисках выхода эмоций.
Барабаню пальцами по столу.
— Имперский марш? — выгибает бровь Матвей и подхватывает мелодию, постукивая пальцами.
Теми самыми пальцами, которыми он Соню трогал!
О, как он меня раздражает!
— Возможно, — прекращаю постукивать. — Ты еще не завтракал?
— А что? — настораживается.
— Значит, позавтракаем вместе. Прямо сейчас.
— Но как же дела?
— Я узнал все, что хотел. Остальное — за завтраком обсудим.
Выходим.
— Только предупрежу Соню, — говорит Матвей.
Обменивается несколькими фразами с мартышкой.
На ее рабочем столе красуется небольшой симпатичный букетик.
Соня отходит с каким-то поручением. Подхожу к ее столу.
В корзине для мусора виднеется смятая праздничная упаковка, бирка от новой блузки.
Лейбл модный. Дорогая тряпка…
Смятый стикер с записочкой.
Узнаю почерк Матвея.
Соблазн выяснить нюансы их служебного романа туманит разум…
Я бы сам себя презирать начал, если бы в эту мусорную корзину полез. Я и не полез, устоял.
Но ничто не мешает мне через полчаса после начала завтрака задать вопрос в лоб своему помощнику.
— Давно ты у меня под носом крутишь роман с Соней?
Рука Матвея застывает с чашкой кофе у рта.
— Что?
— Придурка не врубай, Мотя. Я застукал вас!
Он отставляет чашку кофе.
— Застукал? — складывает руки под грудью. — Как это?! Извини, я ничего такого не заметил.
— Зато я заметил, как вы торопились раздеться. Дрались за то, кто первый стянет тряпки…
— Все не так, — качает головой. — Если уж эта тема снова всплывает, скажу, как есть. Кофточка на Соне порвалась, я лишь хотел исправить оплошность.
— Да что ты лепишь мне?! — закипаю. — Сказки какие-то! Не может кофточка просто так рваться. Не бумажная же.
— Ладно! — повышает голос. — Мы повздорили, я неловко дернул Соню. Блузка порвалась. Доволен? Я бы не стал лезть к любовнице босса! — хмурится.
Теперь наступает мой черед удивляться. Кажется, даже застыл без движения, на секунду вылупив глаза, уставившись на Матвея, словно баран на новые ворота.
— Что ты такое несешь?
— Разве это не так? — усмехается.
— Объясни.
— Объяснять нечего, все ясно, как божий день. Она твоя протеже. Ты притащил ее в офис, всунул в сплоченный коллектив вот так, — щелкает пальцами. — Без образования, без опыта работы наделил ее должностью, за которую другие глотки грызут. Соня только через две недели научилась одновременно отправлять факс и отвечать на письма! Она — мой ассистент, девочка на побегушках, но зарплату ты ей выделил, как ценному и опытному сотруднику. Премируешь… Ясно же, что ты сам с ней крутишь роман, а я к чужим женщинам не лезу!
— Во-первых, все не так! Она не моя любовница, кретин! У нее были проблемы, я их решил. Она мне должна…
— Наверное и расплачивается по долгам?
На что он намекает?!
Меня кипятком пронимает до пят. Внезапно накрывает мыслью, что я и не переставал ее быть увлеченным Соней.
Но ни разу не перешел черту.
Не желаю, чтобы кто-то другой думал, будто место в моей компании она получила через постель!
— У меня нет с ней романа. Просто Соня не чужая, росла в одном доме с моей дочерью… Я не мог остаться в стороне, когда все в ее жизни полетело к чертям, взял на работу по доброй памяти.
Делаю вид, что долг высчитываю из заработной платы Сони, даже контракт составил. Там сумма сильно занижена. Я вытряхнул немало и дал на лапу всем, кому только мог, чтобы Соню не обвинили в том, чего она не делала.
Неблагодарная мартышка даже видеть меня не хотела. Заставить ее расплачиваться по долгам было единственным вариантом, при котором я мог бы присматривать за ее жизнью и знать, что она не голодает, не вляпывается в неприятности…
Сумму в контракт я поставил смехотворную — для себя, с потолка взял! Но весомую — для нее.
Знала бы Соня, что я даже эти крохи ей возвращаю с премией.
Она и не догадывается об истинном положении дел…
Нос задирает повыше, думая, что справляется на отлично…
— А что во-вторых?
— Не понял.
— Ты сказал, во-первых, все не так. Она не твоя любовница. Что во-вторых? — настойчиво спрашивает Матвей.
— Уже не помню. Меня твое мнение из колеи выбило.
— Так значит, у тебя с ней ничего нет? — уточняет Матвей.
Слишком заинтересованно он это делает.
Настораживаюсь.
Собственник в душе, я хочу поставить клеймо принадлежности себе на Соне.
Но не хочу, чтобы Матвей думал о Соне плохо.
Чтобы не было плохих слухов и репутация была не опорочена, отвечаю, как есть.
— Я не спал и не сплю с Соней.
— Ну да, кажется, у тебя невеста нарисовалась. Все серьезно?
Киваю неопределенно.
— Хорошо, — соглашается Матвей. Улыбается чему-то, добавляет. — Не переживай, в офисе я ничего мутить не стану.
Выдохнуть спокойно не успеваю. Слова Матвея заставляют напрячься.
— То есть… — настораживаюсь.
— Если у тебя с Соней ничего нет, значит, я могу пригласить ее на свидание, — неожиданно заявляет Матвей.
Стул подо мной едва ли в ад не проваливается.
Я ничего перед собой не вижу, все ориентиры теряю, а Матвей тем временем продолжает, как ни в чем не бывало:
— Я совсем недавно расстался с пассией, а Соня как раз в моем вкусе…
Нечем дышать.
— Нет! — рявкаю громче, чем нужно.
— Что?!
— Нет. Ты не можешь звать Соню на свидание.
— Почему? — хмурится.
— Романы между сотрудниками запрещены!
— С каких пор? — хмурится Матвей. — Звукооператор и ассистент на каждом углу зажимаются, а они тоже сотрудники компании. PR-менеджер и кадровик вообще не должны пересекаться, но регулярно их замечают вместе, — буднично перечисляет Матвей. — Это лишь то, что приходит на ум первым. Я могу привести множество примеров!
— Плевать. Это в рабочей зоне, к тому же на эффективность их работы никак не влияет.
— Новое правило для офиса? — качает головой. — Тогда пусть оно действует для всего офиса! Или у тебя все же имеется личный интерес.
— Хочешь, чтобы я сказал это прямо?! Окей! Если ты не понял, повторю. Соня мне не чужая. Я никому не позволю ее использовать, как перевалочную станцию после разрыва с пассиями… Плевать, в офисе или вне его стен, но ты и пальцем к ней не притронешься. Ясно?!
— Хорошо, я тебя понял!
Матвей отвечает с самым серьезным видом, прячет взгляд в тарелке с завтраком, начиная поглощать салат с чрезмерным аппетитом.
Я давно Матвея знаю, всегда мог положиться на него.
Но сейчас вдруг понимаю, что смотрю на старого приятеля с подозрением.
Черт, я всерьез подумываю над тем, чтобы приглядывать за ним пристальнее!
Мысленно простонал: ну что, опять?! Меня снова понесло по лихой реке к крутым берегам с именем Соня?!
Соня
Демьян появился в офисе утром и пропал в районе обеда.
Но когда находился в приемной, сделал вид, что ничего не произошло накануне.
Да, ничего из ряда вон. Кроме того, что он собирается жениться на какой-то фифе, чей маникюр стоит дороже, чем мое самое лучшее платье!
Не хочу возвращаться к мыслям об Авроре, но только это и делаю.
Вспоминаю ее укладку, макияж, гордо вздернутый подбородок, умение держать себя. У Авроры высокомерный взгляд, она знает себе цену. Чувствую, что за этим кроется не пустота, но серьезные основания.
А я… Что я? На ее фоне…
Никто.
Я даже в универе еще не отучилась, а за душой у меня нет ничего, кроме одной сумки с вещами и кучи долгов!
Кстати, о вещах. Пробую написать Ксюша смску, но я до сих пор в блоке. Интересно, долго ли она будет дуться на меня из-за небольшой ссоры?
Нужно бы съездить на разведку, но не хочу застать ее парня в квартире одного или в компании друзей, братьев и черт знает кого еще.
Костя словно чувствует, что он мне не нравится, и делает все, чтобы не нравиться мне еще больше!
Нарочно выводит из себя…
Мои мысли скачут от одной к другой, в итоге день пролетает быстро, как будто прошло всего несколько минут…
Я так и не знаю, что с Ксюшей. На звонки она не отвечает. Номер ее парня записан в моей телефонной книжке, но нет никакого желания позвонить ему.
Придется выяснять все опытным путем…
День пролетает незаметно. Жду окончания рабочего дня с нетерпением. Я планировала уйти вовремя, потому что за прошедшие сутки не покидала стен офиса, и они мне просто осточертели.
— Соня, задержишься немного? — просит Матвей.
Я с тоской смотрю на часы. Матвей перехватывает мой взгляд.
— Всего лишь начало седьмого. Мы уходили и позднее, — напоминает Матвей.
Окей, все-таки он мой непосредственный начальник…
— Хорошо. Что нужно делать?
— Составь список всех сотрудников — основные данные, должность, стаж работы, образование, — перечисляет Матвей.
— Это все? Или будут еще распоряжения?
— Последнее на сегодня. Выглядишь уставшей, — замечает небрежно.
— Я справлюсь! — отвечаю мгновенно.
Пусть не думает, что я отлыниваю от работы. Не хочу давать ему повод жаловаться на меня Демьяну.
— Боссу нужен самый свежий список. По состоянию на сегодняшний день.
Задание довольно легкое. Список сотрудников есть в отдельном файле, в табличке, добавить туда парочку столбцов и дело в шляпе! Я приступаю к выполнению задания с энтузиазмом стахановца.
Матвей сидит за своим большим и красивым столом, тоже активно набирает какой-то текст. Я увлекаюсь процессом, перепроверяю написанное.
Пропускаю момент, в который перестает стучать клавиатура Матвея. Он сам оказывается неожиданно близко, за моей спиной. Наклоняется и обжигает дыханием шею.
— Вот здесь пропустила, — показывает пальцем, опустив одну ладонь на плечо.
Жест привычный, Матвей часто так делает — покровительственно, с нотками превосходства.
Он вообще меня часто шпыняет.
Признаться честно, чаще всего у него есть для этого повод.
Но иногда он погоняет меня просто так, для профилактики.
— Спасибо, что заметил. Но что бы ты знал, я не собиралась это распечатывать непроверенным.
— Точно? — ладонь до сих пор на моем плече.
— Да.
— Хорошо, что ты это усвоила, — похлопав пальцами, отходит.
Помнится, как-то я поторопилась с выполнением работы и, распечатав списки непроверенными, собиралась отдать Демьяну.
Матвей перехватил, проверил, обнаружил грубую ошибку, которая стоила бы фирме потерей времени и денег, устроил мне такой разнос, что я потом ночь не спала, рыдала в подушку.
Наверное, его строга муштра принесла свои плоды. Теперь я маниакально по три раза проверяю работу, прежде чем собираться нести ее начальнику.
Принтер выплевывает теплый лист бумаги в трех экземплярах. Для Матвея и для Демьяна и… кто третий?
— Отлично, — пробегается глазами. — Просто отлично…
Не ослышалась?
— Но? — спрашиваю.
Матвей адресует мне вопросительный взгляд.
У него зеленоватые глаза, меняющие свой цвет. Сейчас они глубоко-серые, но стоит ему немного повернуться к свету, как они снова станут с зеленцой.
— Но что? — улыбается. — Ничего. Все отлично.
Переминаюсь с ноги на ногу.
— Ты редко меня хвалишь. Я жду подвоха.
— Хочешь подвоха? Что ж… — откинувшись в кресле, складывает ладони домиком. — Подвох есть.
Делает паузу, смотря на меня пристально, с интересом. Чувствую себя неловко…
— Не томи, Матвей.
— Как тебе новая блузка?
Вопрос Матвея застиг меня врасплох.
Я обескуражена.
Ждала ответа, но он ошарашил меня встречным вопросом.
Ни к месту, наверное.
Матвей ждет. Его взгляд — другой. Не такой, как раньше.
Словно он увидел во мне то, чего не замечал раньше, и теперь…
Не знаю, что будет теперь. Но находиться рядом с Матвеем становится еще более нервно, чем раньше.
Нужно что-то ответить.
— Спасибо, она хорошая, — провожу ладонями по рукаву.
Матвей извинился рано утром за вчерашнее.
Он появился, как и обещал, на сорок пять минут раньше начала рабочего дня.
Начальник подарил мне новую блузку, запретив расхаживать по офису в уродливой футболке.
Я приняла блузку в качестве извинения, как и небольшой символический букет, подаренный Матвеем.
Может быть, Матвей не такой агрессор и ненавидит меня чуть-чуть меньше, чем я думаю.
Скорее, просто накручиваю себя.
— Тебе безумно к лицу. Лучше, чем на фотомодели, — дарит комплимент Матвей.
— Спасибо. Но в чем же подвох?
— Подвох был в том, что его нет.
— Как это? — зависаю немного, пытаясь понять.
— Закрывай офис. Поехали домой… Я тебя подброшу.
— Спасибо, но…
— Я вообще-то извиниться пытаюсь, — врезается в мое лицо взглядом.
— Но ты уже извинился.
— Почему-то мне кажется, что недостаточно. Из-за меня Демьян вышел из себя. Выговор и штраф в виде лишения премии, помнишь?
О черт… Как я это пропустила мимо ушей.
Значит, Демьян решил меня рублем наказать из-за ложных подозрений на счет меня и Матвея, а я в это время стояла, раскиснув, и думала о другой женщине в Его жизни?!
К черту его…
Матвей дернул меня за ниточку, напомнил о деталях. Настроение снова на нуле.
Нет желания тащиться на метро и толкаться в час пик.
— Да, пожалуй, будет неплохо, если ты меня подбросишь, — соглашаюсь.
Не подозреваю ничего. Ничегошеньки. А зря…
* * *
Я немного нервничаю рядом с Матвеем.
Привыкла видеть в нем учителя, который дышит ненавистью в сторону нерадивой и не самой толковой ученицы.
Поэтому принимаю элементарное внимание неловко и держусь зажато.
Он пытается меня разболтать, а я все жду, когда он посмотрит на меня строго и прикрикнет.
Но этого не происходит…
— Ты какая-то зажатая. Расслабься, стены офиса остались позади. Или тебя что-то тревожит?
— Задание Демьяна как-то связано с появлением новой женщины в офисе? — решаюсь спросить.
Матвей поднимает ладони, оторвав их от руля.
— Понятия не имею. Я слышал не больше тебя.
— Вот как? — удивляюсь. — Но босс позвал тебя на завтрак и…
— И ты решила, будто Демьян раскинет мне все карты и расскажет о своих планах?
— Что-то типа того.
— Но этого не произошло, — усмехается горько. — Я много лет работаю с Демьяном, фирму поднимал с нуля наравне с ним, жил сутками на работе, но когда я предложил ему взять меня в партнеры, большой босс ответил, что подумает, перенес разговор, — пауза. — Насчет меня Демьян думает до сих пор, но зато привел невесту, которая бросает намеки на слияние.
Не хочу говорить на эту тему! Даже думать не смею. Но любопытство подмывает.
Об Авроре я ничего не знаю. Но Матвей точно в курсе.
— Кто она такая? — спрашиваю у него.
— Аврора Нарзакян. Ее отец — успешный бизнесмен, меценат, крупный дольщик одного из музыкальных каналов на TV. Человек с криминальным прошлым и очень большими связями.
— Ясно, — становится совсем грустно.
Даже глупышке вроде меня становится понятно, что брак с ней откроет для Демьяна большие перспективы….
— Ты совсем раскисла.
— Она сказала, что первой в списке кандидатов на увольнение буду стоять я.
Продолжение следует…