Анастасия замерла на пороге, вцепившись пальцами в косяк двери. Со спины ее поддерживала акушерка, мягко и настойчиво направляя в палату.
Двухместная, и пока только ее. Для Насти весь мир сузился до экрана телефона в дрожащей руке.
Спустя пять часов она отправила мужу сообщение: "Все хорошо. Родила. Люблю тебя".
Однако молодая мама не написала главного, потому что не смогла подобрать слов.
Да и как рассказать такое в смс? Анастасия ждала, что Влад позвонит сам, и тогда она огорошит его неожиданной новостью о том, что девять месяцев они готовились к двум чудам, а получили – три.
У них родилась тройня: две девочки и мальчик. УЗИ упрямо показывало двух: они лежали так, что третий малыш, самая маленькая девочка, надежно спряталась за братом.
Настя медленно опустилась на кровать, почувствовав, как все тело ноет от усталости и пережитого напряжения.
Три крошечных розовых комочка сейчас находились в детском отделении. Анастасия посмотрела в окно, попытавшись представить реакцию мужа.
Сначала шок, а потом недоумение и восторг. Они же так хотели детей. Мечтали о большой семье.
Правда, в их мечтах деток было всего двое, но судьба распорядилась иначе. В этот момент дверь приоткрылась.
Молодая медсестричка, посмотрев на нее, заговорщическим голосом прошептала:
— У окна на первом этаже твой муж. Иди, пока никто не видит.
Уговаривать Анастасию несколько раз не нужно было. Она поднялась с кровати и поплелась к лифту.
Лицо у Влада было бледным от странного, холодного напряжения. Глаза бегали по растрепанным волосам молодой матери.
— Настя? — его голос прозвучал хрипло и отрывисто.
— Влад… Ты уже здесь… — она попыталась улыбнуться и протянула к нему руки. — Представляешь?
— Это правда? — он перебил ее, так резко, что Анастасия отшатнулась. — Трое? Мне медсестра сказала. Это шутка?
— Нет, это не шутка, — прошептала женщина, и радость в ее голосе стала угасать, уступая место тревоге. — У нас сын и две дочки. Представляешь? Мы сразу стали большой семьей.
Влад медленно покачал головой, словно не веря в услышанное.
— Большой? – он горько усмехнулся. – Это не большая семья, Настя. Это катастрофа. Трое. Одномоментно. Три коляски, три автокресла, три рта, которые нужно кормить, одевать, учить. Ты хоть думала, как мы будем тянуть это?
Слова мужа обрушились на нее, как камни. Настя почувствовала, как внутри все сжимается от боли.
— Как – "тянуть"? Мы справимся. Мы же работаем, у нас есть квартира… Мы хотели детей…
— Мы хотели двоих! – взорвался он. – Потому что двоих мы можем обеспечить. Дать им все лучшее. Отдать в хороший сад, потом в школу с рейтингом, на кружки. А троих? Это нищета, Настя! Понимаешь? Мы будем жить впроголодь. Все наши планы, все сбережения – к черту! Нас просто разорят эти… эти… дети... третий...
Он не договорил, с силой сжав виски пальцами. В палате повисла тяжелая, невыносимая тишина.
— Влад, они же наши дети, — голос Насти задрожал, по щекам потекли слезы. – Наше счастье. Они такие прекрасные… Ты их просто не видел...
— Я и не хочу смотреть на них! – прошипел он. – Я вижу только счета, пеленки, крики и вечную нужду. Нет. Я так не могу. Я не подписывался на это.
Мужчина сделал паузу и отвернулся от нее. Плечи мужчины были сильно напряжены.
— Есть вариант, — сказал глухо Владислав, глядя куда-то вдаль. – Мы не будем рушить все сразу.
— Какой вариант? — с надеждой, которой уже не было, холодно спросила Настя.
Влад обернулся. Его лицо было жестким, решительным. В глазах мужа она увидела не отца ее детей, а расчетливого стратега, принимающего тяжелое, но необходимое тактическое решение.
— Моя сестра Люда. У них с мужем не получается родить уже семь лет. Клиники, процедуры – все зря. Они были бы счастливы… Они хорошие люди, с домом, с деньгами. Они могут дать девочке все, — огорошил жену Владислав.
Настя несколько секунд не понимала, что он сказал. Мозг отказывался воспринимать смысл.
— Что? – выдохнула она. – Что ты говоришь?
— Я говорю, что мы можем отдать одну дочь Люде. Самую маленькую. Так у нас останется двое, как мы и планировали. И у ребенка будет прекрасная жизнь, а не борьба за выживание в толпе.
Пол перед глазами женщины поплыл. Настя схватилась за стену, чтобы не упасть. В ушах зазвенело.
— Ты… ты предлагаешь отдать нашего ребенка? Свою дочь? — каждое слово давалось ей с невероятным усилием.
— Не "отдать", а обеспечить ей достойное будущее! – настаивал Влад. – Она будет расти как единственный и любимый ребенок. У нее будет все. А у нас будет возможность нормально жить и поднять двоих. Это единственный разумный выход, Настя!
Он говорил так убедительно, так логично, как будто предлагал сменить поставщика интернета, а не совершить чудовищное предательство.
— Выход? — ее голос окреп, и в нем зазвучали ноты, которых Влад никогда раньше не слышал. Это был низкий, горький, материнский гнев. — Это не выход. Это трусость и предательство. Ты предлагаешь мне выбрать, кого из своих детей я отдаю, как котенка, которого мы не можем оставить? Троих не можем, а двоих – можем? Это что за математика?!
Она стояла перед ним, в больничном халате, бледная и растерянная одновременно.
— Я только что родила их на свет. Я девять месяцев носила их под сердцем. Всех троих! Я чувствовала, как они толкаются, все трое! И ты думаешь, я смогу отдать одну? Посмотреть ей в глаза через год, пять, десять лет и знать, что я ее отдала, потому что ее отец счел ее "лишним ртом"?
Влад посмотрел на нее с непроницаемым лицом. Его собственный план, такой ясный и логичный, разбивался о ее истерику.
— Ты не думаешь трезво. Ты под влиянием гормонов. Это просто клетки, Настя, они еще даже личностями не стали. Мы должны думать о будущем, о качестве жизни.
— Молчи! — закричала она так, что мужчина отшатнулся. — Не смей так говорить! Это наши дети! Твои плоть и кровь! Или твоя кровь ничего не значит? Ты готов от нее просто так отказаться?
— Я предлагаю решение. Жесткое, но единственно верное. Я три рта кормить не намерен. У меня нет таких ресурсов. Или мы поступаем разумно, или… — он упрямо сжал губы.
— Или что? — бросила ему в лицо Настя, уже зная ответ. Зная и чувствуя, как рушится все, что они строили десять лет любви и брака.
— Или нам не по пути, — холодно закончил он. — Я не буду жить в бедности, работая на трижды пересчитанные памперсы. Выбирай, Настя. Разумный компромисс или нищета и развод.
Мужчина поставил ее перед выбором: отказаться от ребенка или отказаться от него.
В этот миг Анастасия поняла, что человек, которого она любила и от которого родила детей, — исчез.
Его место занял чужой, испуганный, мелочный эгоист, думающий только о деньгах и комфорте.
— Ты не оставляешь мне выбора, — тихо сказала она. Голос ее больше не дрожал. — Ты сам его сделал.
— Наконец-то ты начала мыслить здраво, — в тоне Влада прозвучало облегчение.
Он решил, что женщина сдалась и согласилась на его бесчеловечную сделку.
— Да, — сказала Настя, глядя ему прямо в глаза. В ее взгляде не было ни слезинки. Только бесконечная усталость и решимость. – Я выбираю своих детей. Всех троих. С этого момента забудь про меня и детей!
На этот раз отшатнулся Влад. Он ожидал слез, уговоров, истерик, но не холодной решимости.
— Настя… Одумайся! Ты останешься одна с тремя младенцами на руках! Как ты будешь жить?
— Как-нибудь проживу. Выкормлю и выхожу без твоих ресурсов. Но они вырастут зная, что мать не предала их ни на секунду. А теперь уходи. У меня есть трое детей, о которых нужно заботиться. Мне некогда тратить время на тебя, — она развернулась и ушла.
Через месяц, выписавшись из больницы, Анастасия подала на развод. Влад не сопротивлялся.
Он был слишком обижен и уверен в своей правоте. Мужчина подписал бумаги, оставив ей скромную, но их общую квартиру и алименты на троих детей.
Его сестра Люда, узнав о предложении брата, примчалась к Насте с извинениями и слезами.
Она оказалась хорошим человеком и стала для племянников и Насти настоящей опорой и доброй тетей.
Прошли годы. Три крикливых комочка превратились в озорных, неугомонных близнецов – Артема и Алису, и их тихую, вдумчивую сестренку Софию.
Жизнь молодой матери была нелегкой. Работа на удаленке ночами, вечная нехватка времени, денег и сна.
Иногда Настя падала без сил и плакала в подушку от отчаяния и усталости, но по утрам ее будили три пары глаз, полных доверия и любви.
Однажды, перебирая старые фотографии, София, самая младшая, та самая, "лишний рот", нашла свадебное фото.
— Мама, а это кто такой? Что за дяденька? — спросила она, показывая на улыбающегося Влада. — Он похож на Артема.
Настя на мгновение задумалась. Горечь давно ушла, оставив после себя лишь легкую, почти незаметную тень.
— Это человек, который подарил мне вас, — честно ответила она. – Но он испугался нашего счастья и ушел.
— Глупый, — простодушно заключил Артем. – Он просто не знает, какое у нас веселье, когда мы вчетвером! А если бы знал, то не ушел бы! — уверенно добавил мальчик.
Настя рассмеялась и обняла всех троих сразу. Она была счастлива, что пять лет назад сделала правильный выбор.
Жизнь Влада после развода с Анастасией сложилась не очень хорошо. Он больше не смог обрести счастья.
У него никак не складывались отношения с противоположным полом. Все они заканчивались ничем.