1985 год, Москва. В подвале одного из домов на Арбате собралась компания молодых интеллектуалов — кто-то достал копию легендарной "Эммануэль". Пленка идет на самодельном проекторе, экран — простыня на стене. Все понимают: за это можно загреметь на три года. Как Владимира Никишкина, которого недавно осудили именно за такое "приобщение к миру высокой эротики".
А в это же самое время, в нескольких километрах от них, в закрытом кинозале ЦК КПСС, партийные боссы в удобных креслах смотрят ту же самую "Эммануэль". Официально. Легально. В рамках "ознакомления с продукцией буржуазного кинематографа".
Добро пожаловать в СССР — страну, где секса не было. По крайней мере, для 95% населения.
Два СССР в одной стране: два мира - два Шапиро!
Представьте себе: вы живете в стране, где публично осуждают "буржуазную распущенность", где в газетах пишут о "советской нравственности", где за хранение эротического фильма дают реальный срок. И при этом — вы точно знаете, что где-то наверху, в особых залах, те самые люди, которые подписывают приговоры "развратникам", сами смотрят всё то же самое.
Только в гораздо лучшем качестве. На импортной аппаратуре. С переводом. И с буфетом в антракте.
Звучит абсурдно? А ведь именно так и было!
Советская номенклатура создала для себя параллельную реальность — свой персональный СССР, где действовали совсем другие правила. И нигде это не проявлялось так ярко, как в отношении к тому, что простые граждане даже назвать-то боялись.
Операция "Закрытый показ"
Как это вообще работало? Очень просто. В системе Госкино существовала особая категория — "закрытые просмотры". Официально они предназначались для "изучения тенденций зарубежного кинематографа" и "анализа идеологических угроз". На практике — для развлечения партийной верхушки.
Фильмы, которые никогда не увидел бы простой советский человек, регулярно крутили в специальных залах. "Унесенные ветром", "Крестный отец", "Последнее танго в Париже", "История О", "Девять с половиной недель" — весь золотой фонд "запретного" кино был доступен номенклатуре.
Чувствуете иронию? Те же самые люди, которые запрещали эти фильмы для народа, сами их регулярно пересматривали. Причем не тайно, а в рамках своих служебных обязанностей!
Анатомия лицемерия
Возьмем конкретный пример. 1975 год, "Эммануэль" — французский эротический фильм, который мгновенно стал культовым на Западе. В СССР его официально объявили "буржуазной порнографией", "развращающей советскую молодежь". За распространение копий — статья, срок, конфискация.
Но! В архивах Госкино сохранились документы о том, что этот же фильм был показан на закрытом просмотре в ЦК КПСС. С подробным разбором "идеологических опасностей". Представляете картину? Седые партийные функционеры сидят в зале, смотрят эротические сцены и делают серьезные лица: "Да, товарищи, действительно опасная буржуазная пропаганда!"
А что вы хотели? Надо же было "знать врага в лицо"!
Цена двойных стандартов
Пока наверху "изучали буржуазную угрозу", внизу людей сажали по-настоящему. Владимир Никишкин получил три года только за то, что раздобыл копию той же "Эммануэль". Сотни других любителей кино отправились в лагеря за "распространение п*рнографии".
Их судили те же люди, которые накануне смотрели эти фильмы в служебных кабинетах.
Это была не просто цензура. Это была система, построенная на тотальном лицемерии. Номенклатура присвоила себе монополию на "запретное". Как на импортные товары в "Березках", как на заграничные поездки, как на качественную медицину — так и на всё, что было недоступно простым смертным.
Тайные каналы
Откуда вообще в СССР брались копии западных эротических фильмов? Ведь их же официально не завозили!
А вот тут начинается самое интересное. Существовала целая сеть тайных каналов. Дипломаты привозили пленки в дипломатической почте. Сотрудники внешней разведки — как "образцы идеологических диверсий". Партийные функционеры, ездившие в командировки на Запад, — как "материалы для анализа".
Догадываетесь, кто был главным потребителем всего этого "аналитического материала"?
В результате в СССР сложилась парадоксальная ситуация: запрещенных фильмов у номенклатуры было больше, чем у любого западного киномана. Просто они хранились не дома, а в спецхранах ведомств.
Живые свидетельства
"Они смотрели всё", — вспоминает бывший сотрудник аппарата ЦК, который попросил не называть его имени. "И 'Эммануэль', и 'Историю О', и даже более жесткие вещи. Потом серьезно обсуждали 'идеологические угрозы'. Хотя все прекрасно понимали, что это просто развлечение".
Другой свидетель, работавший в Госкино, рассказывает: "У нас была инструкция — каждый западный фильм сначала показать на закрытом просмотре, получить заключение 'компетентных товарищей', а уж потом решать судьбу. Но 'компетентные товарищи' почему-то всегда находили в эротических фильмах особую идеологическую опасность, которая требовала дополнительного изучения".
Понимаете намек?
Крах системы
Эта система просуществовала до самого конца СССР. Даже в эпоху Гласности, когда многое стало разрешаться, закрытые просмотры продолжались. Просто теперь их стали называть "культурными мероприятиями" или "ретроспективами зарубежного кино".
Окончательно всё рухнуло только в начале 90-х, когда архивы спецхранов стали достоянием общественности. Оказалось, что у советских цензоров была одна из самых полных коллекций "запрещенного" кино в мире.
Ирония истории: те самые фильмы, за которые людей сажали в тюрьму, хранились в архивах КГБ в лучшем качестве, чем где бы то ни было еще.
Уроки двойной морали
Эта история — не просто курьез из советского прошлого. Это урок о том, как работает любая тоталитарная система. Она всегда создает два параллельных мира: один — для элиты, другой — для всех остальных.
В элитном мире действуют одни правила, в массовом — совершенно другие. И самое циничное — те, кто создает правила для масс, сами им никогда не следуют.
Советские партийные боссы, которые публично осуждали "буржуазную распущенность", в частной жизни потребляли её в промышленных масштабах. Они запрещали эротические фильмы народу, но сами их смотрели. Они сажали людей за "растление", а сами растлевались по полной программе.
И самое печальное: многие из тех, кто создавал эту систему двойных стандартов, до сих пор ностальгируют по "высокой советской духовности". Видимо, забыв уточнить — для кого именно эта духовность была обязательной ;)