Марина открыла дверь — на пороге стояла соседка с третьего этажа, Валентина Ивановна. Лицо у нее было хмурое, в руках какая-то бумажка.
— Марина, извините, что беспокою. Когда Тамара Петровна деньги вернет? Обещала через неделю, а уже месяц прошел.
Марина моргнула, не понимая.
— Какие деньги? Какая Тамара Петровна?
— Ваша свекровь же. Заняла у меня приличную сумму. Сказала, срочно нужно, вы потом вернете.
В голове у Марины зашумело. Свекровь уехала к сестре в Воронеж две недели назад. Говорила, той после операции помощь нужна.
— Валентина Ивановна, тут какая-то ошибка. Тамара Петровна в Воронеже, у сестры.
— Какая ошибка? Вот расписка! — соседка протянула листок.
Марина прочитала. Почерк свекрови, подпись ее. "Обязуюсь вернуть через неделю. Сын и невестка в курсе."
— Я ничего не знала об этом...
— Как не знали? Она же сказала, вы богатые, просто деньги сейчас в обороте. Показывала ваши фотографии из Турции, говорила — вон как живут, а матери помочь не могут.
Марина не успела ответить — в дверь снова позвонили. На пороге баба Клава из первого подъезда.
— Мариночка, я к вам по поводу долга...
— Какого долга?
— Тамара Петровна заняла. Большую сумму. На лечение, говорила.
Следующий звонок — семья Ивановых с пятого этажа. Потом пенсионерка тетя Зина. Потом еще и еще. К обеду в прихожей собралось человек семь. У всех расписки, у всех одна история — Тамара Петровна заняла, обещала быстро вернуть, ссылалась на богатых детей.
Марина сидела на кухне и плакала. Младшая, годовалая Катя, ползала по полу, старшая Настя в садике. Хорошо хоть ее дома нет, не видит этого кошмара.
Сережа вернулся с работы в шесть. Увидел жену в слезах, соседей в прихожей — остановился в дверях.
— Что случилось?
— Твоя мама случилась, — всхлипнула Марина.
Соседи наперебой начали рассказывать. Сережа слушал, бледнел. Достал телефон, набрал мать. Выключен. Позвонил тете в Воронеж.
— Тетя Люда? Это Сережа. Как мама, как ее здоровье после операции?
— Какой операции? Серёженька, я Тамару полгода не видела!
Сережа сел прямо в прихожей на табуретку. Марина подошла, обняла.
— Сколько? — спросил он тихо. — Сколько всего?
Соседи начали называть суммы. В общей сложности выходило больше, чем их годовой доход. А у них ипотека, кредит за машину, старшая в платный садик ходит. Марина в декрете, пособие копеечное.
— Мы не можем столько вернуть, — сказал Сережа. — У нас таких денег нет.
— А у меня это были последние! — всплакнула баба Клава. — Я на похороны откладывала! Годами копила!
— У нас на лечение ребенка были, — добавила Иванова. — Сыну операция нужна.
Марина смотрела на этих людей — соседей, с которыми здоровались годами, и понимала: они не виноваты. Они поверили пожилой женщине, матери семейства. Кто мог подумать, что она обманывает?
— Мы будем возвращать, — сказала она. — Частями. Дайте время.
— А как же Тамара Петровна? — спросила Валентина Ивановна.
— Мы ее найдем, — пообещал Сережа.
Соседи начали расходиться. Договорились, что завтра придут с расписками, составят список, определят очередность возврата. Баба Клава ушла последней, на прощание погладила Марину по руке:
— Не вы виноваты, деточка. Но деньги-то нужны.
Когда все ушли, Сережа закрыл дверь, прислонился к ней спиной.
— Как она могла? Родная мать?
— Может, с ней что-то случилось? Может, правда болеет? — Марина пыталась найти оправдание.
— Тогда почему врала про Воронеж? Почему телефон выключила?
Три дня они пытались найти Тамару Петровну. Обзванивали родственников, знакомых. Никто ничего не знал. На четвертый день она объявилась сама.
Телефон зазвонил утром. Незнакомый номер. Марина ответила.
— Алло?
— Мариночка, привет! Это я!
Голос свекрови. Веселый, довольный.
— Тамара Петровна? Где вы?
— В Сочи! Представляешь, решила себе отдых устроить. Здоровье поправить, на море посмотреть. Заслужила ведь!
Марина включила громкую связь, подозвала Сережу.
— Мам? — голос у него дрожал. — Мам, ты заняла у всех наших соседей деньги. Огромную сумму. От нашего имени.
Пауза. Потом смех.
— Ну и что? Вы же не бедные. Отдадите. А я всю жизнь на вас работала, имею право пожить для себя!
— Мам, у нас нет таких денег!
— Не прибедняйся! Я знаю, сколько вы получаете! В Турцию ездите, машину купили!
— Машина в кредите! Ипотека! У нас двое детей!
— Вот и хорошо, что дети есть. А у меня что? Всю жизнь для вас, а в старости — ничего! Даже на море съездить не могу!
Марина не выдержала, взяла телефон.
— Тамара Петровна, мы подаем заявление в полицию. Это мошенничество. У нас есть все расписки.
Молчание. Потом голос стал злым, шипящим:
— Не посмеете! Я мать! Родная мать!
— Вы перестали быть матерью, когда обманули всех! — Сережа выкрикнул это и сам удивился. Никогда раньше голос на мать не повышал.
— Неблагодарный! Я тебя растила, ночей не спала!
— И что теперь? Мы должны соседям вернуть деньги, которых у нас нет! Из-за твоего отдыха!
— Да, должны! И вернете! А я поживу наконец для себя!
Она бросила трубку. Больше не звонила.