Первая история: Бабушка и черные тени
Однажды вечером в храм вошла молодая девушка, ее лицо было залито слезами. Я, дежурный при храме, подошел к ней и спросил, что случилось. Всхлипывая, она рассказала, что ее бабушка смертельно больна — рак на последней стадии. Врачи выписали старушку домой, чтобы она могла провести последние дни в родных стенах. Но последние два дня бабушка мучилась, находясь в полубреду. Она то и дело кричала: «Поставьте крышу дома на место! Уберите от меня этих черных!» Эти слова, произнесенные с такой тоской и страхом, пугали всех домочадцев. Девушка рассказала, что врачи не могли помочь — они объясняли крики галлюцинациями, вызванными сильной болью, которую не удавалось заглушить даже сильными обезболивающими.
Девушка, все еще дрожа от слез, спросила, что им делать. В православной традиции есть ответ на такие случаи. Момент смерти — особенное время, когда душе порой трудно расстаться с телом, особенно если человек прожил долгую жизнь. Для таких ситуаций существует канон на исход души, который читают, чтобы облегчить переход. Я посоветовал девушке прочитать этот канон над бабушкой. Узнав, что у них дома нет молитвослова, я одолжил ей свой. Перед сном я помолился о рабе Божией Н., прося Господа даровать ей покой.
На следующее утро девушка вернулась в храм, и ее лицо выражало одновременно изумление и облегчение. Она рассказала, что, как только они начали читать канон, бабушка замолчала, перестала метаться и кричать. А когда чтение закончилось, она вдруг открыла глаза, впервые за несколько дней, и попросила еды. Девушка спросила, что делать дальше. Я объяснил, что видения бабушки, эти «черные», могут быть попытками нечистой силы запугать ее душу перед смертью. Я посоветовал пригласить священника, чтобы он исповедал и пособоровал больную, подготовив ее к переходу в вечность. Девушка так и сделала.
Через три дня она снова пришла в храм, чтобы сообщить, что бабушка тихо отошла ко Господу во сне. Ее лицо было спокойным, а последние часы прошли без боли и страха. Девушка благодарила за помощь, а я лишь ответил, что это Господь проявил Свою милость через молитву.
Вторая история: Последний путь старика
Одним ранним утром, едва храм открылся, в дверях появился мужчина средних лет. Его лицо было тревожным, и он сразу начал рассказывать о своем отце. Старик был тяжело болен, уже третьи сутки его мучила агония. Он вел себя беспокойно, метался на кровати, словно пытался что-то найти или от чего-то отмахнуться. Я посоветовал мужчине обратиться к священнику и дал ему телефон нашего батюшки, чтобы тот посетил больного.
Вечером, когда храм уже был закрыт, мне позвонил батюшка. По дороге в село, где жил умирающий, он пробил сразу два колеса и застрял в пути. Он попросил меня отправиться к больному и прочитать канон на разлучение души с телом. Уповая на волю Божию, я собрался с духом и отправился по адресу, который он мне дал.
Дом оказался небольшим, деревянным, типичным для сельской местности. На стук в дверь вышел тот самый мужчина, представившийся Евгением. Он провел меня в комнату, где на кровати лежал его отец. Старик выглядел изможденным, его руки беспокойно двигались, словно он пытался ухватиться за что-то невидимое. Лицо его было напряжено, мышцы стянуты от боли. Мы с Евгением немного поговорили о его отце — о том, как он жил, как работал на заводе, любил рыбалку и мастерил деревянные игрушки для внуков. Затем я достал молитвослов и начал читать канон.
Как только первые слова молитвы прозвучали, старик замер. А затем, к моему удивлению, начал креститься. Его руки дрожали, движения были слабыми, но он упорно складывал пальцы в крестное знамение. Когда я закончил чтение, он снова начал метаться. Я решил повторить канон. И снова он успокоился, продолжая креститься, хоть и с трудом. На третьем чтении я заметил, как его лицо начало меняться. Маска боли, сковывавшая его черты, исчезла. Он вдруг улыбнулся — слабо, но ясно, словно увидел кого-то дорогого. Его руки легли на грудь крестообразно, как у причастника.
Я сделал знак Евгению подойти. Он взял отца за руку, сел рядом, а я продолжил читать. С последним «Аминь» дыхание старика остановилось. Он ушел тихо, как будто просто уснул. В комнате повисла тишина, но она была не тяжелой, а светлой, наполненной покоем.
На память о почившем отце Евгений подарил мне старинную псалтирь, принадлежавшую его семье. Когда я открыл ее, взгляд упал на строки: «Память праведных с похвалами, и молитва их в уши Его». Эти слова словно подвели итог всему, что произошло. Молитва дошла до Бога, и Он даровал старику мирный уход.
Эпилог
Эти две истории, хоть и разные, объединяет одно — сила молитвы и Божья милость в последние мгновения жизни. В такие моменты, когда душа стоит на пороге вечности, она особенно нуждается в поддержке. И канон на исход души, как древний спутник, помогает ей найти путь к свету, отгоняя тьму и страх.