Шепот за спиной. Глава 12. Цена провала
Опорный пункт напоминал поле боя после сражения. Вонь пороха, гари и крови висела в воздухе, смешиваясь с гудением сирен и приглушенными стонами раненых. Санитары и оперативники сновали среди развороченной мебели и выбитых окон. Кирилл стоял у разбитого окна, глядя на остывающий остов грузовика, врезавшегося в стену. Его руки были в царапинах, куртка порвана, но он не чувствовал ничего, кроме ледяной пустоты внутри.
Они отлично его обыграли. Отвлекли штурмом, похитили Петрова прямо из-под носа, едва не убили Миру. И все это — демонстративно, на его территории. Урок был ясен: ты не представляешь для нас угрозы.
К нему подошел Семен, перевязанный — пуля прошла по касательной, оставив глубокую ссадину на руке.
— Потери? — спросил Кирилл, не оборачиваясь.
— Трое наших в госпитале, тяжело. Один… не выжил. Павел. — Голос Семена дрогнул. — И Петрова нет. Вывезли, как будто и не было.
Кирилл закрыл глаза. Еще одна смерть на его совести. Еще одна жизнь, отданная за его одержимость правдой.
— Имена тех троих. Их семьи получат всё.
— Они уже всё получили, шеф. Они мертвы.
Кирилл резко обернулся. В глазах Семена горели боль и немой укор.
— Что ты хочешь, чтобы я сделал? — тихо спросил Кирилл. — Остановился?
— Я хочу, чтобы ты подумал, сколько еще людей должны погибнуть за эту твою правду! — взорвался Семен. — Мы не военные! Мы не должны были вот так… вот так вот!
Его голос сорвался. Он отвернулся, сжимая кулаки.
Кирилл молчал. Он понимал. Понимал слишком хорошо.
В дверях появилась Мира. Кто-то из медиков накинул на нее одеяло поверх порванной одежды. Она была бледна как полотно, но держалась прямо. Ее взгляд встретился с взглядом Кирилла. В нем не было упрека. Была усталость. И понимание.
— Они… они ничего мне не сказали, — тихо проговорила она, подходя. — Держали в темноте. Дали воды только один раз. Но я слышала… обрывки разговоров. Они упоминали «объект «Дельта». И говорили, что «перезагрузка начнется после ликвидации улик».
«Объект «Дельта». Перезагрузка. Улики. Слова ложились на подготовленную почву.
— Спасибо, — кивнул Кирилл. — Это важно.
Он посмотрел на Семена, на Миру, на своих измотанных, раненных бойцов. Пустота внутри начала заполняться. Но не яростью. Холодной, расчетливой решимостью.
— Они празднуют победу, — сказал он тихо, но так, что его услышали все в комнате. — Они думают, что сломали нас. Что мы будем лизать раны и бояться. Они ошибаются.
Он вынул из кармана флешку-лотос.
— У них есть Петров. Но у нас есть это. И мы еще не прочитали всего. И у нас есть ты, — он посмотрел на Миру. — Ты жива. И у нас есть имена их павших солдат. И мы знаем, что они боятся шума. Значит, мы поднимем такой шум, от которого содрогнутся все их темные углы.
Он подошел к единственному уцелевшему компьютеру.
— Семен, собери всех, кто может держать оружие. Мы идем в наступление. Не в лоб. Иначе мы все действительно погибнем. Мы бьем по базам. По их тылам.
— Каким тылам? — хрипло спросил Семен.
— У них есть лаборатория. «Объект «Дельта», где они производят свой яд. Им нужно электричество. Вода. Сырье. Логистика. Бухгалтерия. Ничто не существует в вакууме. Мы найдем их по счетам, по отходам, по проводам в земле.
Он вставил флешку. На этот раз он открыл не файлы, а скрытый раздел. Тот, что был защищен паролем. Он ввел дату исчезновения Анны Соколовой.
Раздел открылся. Внутри был один-единственный файл. Видеозапись. Камера слежки в лаборатории. Анна Соколова спорит с Дмитриевым и тем человеком с седыми висками. Затем удар. И потом… потом Дмитриев оборачивается прямо в камеру. И говорит четко, обращаясь не к Анне, а к тому, кто будет смотреть запись:
— Для тех, кто придет следом. Вы опоздали. Но если хотите знать, во что вы ввязались… ищите «Летопись Проекта «Возрождение».
Запись оборвалась.
«Проект «Возрождение». Новое имя. Новая нить.
Кирилл обернулся к команде. В его глазах горел новый огонь.
— Всем уцелевшим — отдых два часа. Потом — работа. Поднимаем всё, что связано с «Проектом «Возрождение». Все упоминания, все контракты, все закрытые архивы. Ищем «Объект «Дельта».
Люди зашевелились, закивали. Воля вернулась к ним. Они снова виде цель.
Когда все разошлись, к Кириллу подошла Мира.
— Ты… ты в порядке? — спросила она, глядя на его окровавленные руки.
— Нет, — честно ответил он. — И не буду, пока не закончу это. Тебе нужно в больницу. Провериться.
— Я врач, я знаю, что со мной. Просто шок и ушибы. Я остаюсь здесь. Я могу помочь. С медицинской точки зрения… и не только.
Он хотел было возразить, но увидел в ее взгляде ту же решимость, что горела в нем самом. Она прошла через ад и не сломалась. Она стала частью этой войны.
— Хорошо, — кивнул он. — Поможешь с токсикологическими отчетами. Попробуем вычислить состав их яда по остаточным следам.
Он отвернулся к окну. Ночь постепенно отступала, уступая место серому, безрадостному рассвету. Где-то там, в этом просыпающемся городе, у них был Петров. Его пытали. Или уже убили. Цена его провала была высока.
Но он не позволял себе думать об этом. Думать о цене — значит проиграть. Теперь он мог позволить себе только одно: идти вперед. До конца.
Он сжал в кармане флешку. «Проект «Возрождение». Что они пытались возродить? И какой ценой? Ответ был где-то рядом. И он был готов заплатить любую цену, чтобы его найти.
Подписывайтесь на дзен-канал Реальная любовь и не забудьте поставить лайк))