Шепот за спиной. Глава 13. Летопись «Возрождения»
Два часа оказались не отдыхом, а напряженной, лихорадочной работой. Воздух в опорном пункте был густым от кофе, пота и немой решимости. Каждый понимал — следующая ошибка станет последней.
Кирилл, стиснув зубы от боли в растянутом плече, вглядывался в экран. «Проект «Возрождение». Запрос в федеральные базы данных, архивы Минпромнауки, даже в закрытые реестры оборонных заказов возвращался пустым. Словно его не существовало.
— Может, это кодовое название? Внутреннее? — предположил Семен, снова перематывая видео с Анной Соколовой.
— Возможно. Но Дмитриев сказал: «для тех, кто придет следом». Значит, он ожидал, что кто-то будет искать. И оставил ключ. В самом названии.
Мира, сидя на подоконнике с планшетом, внезапно подняла голову. Ее лицо было бледным, но взгляд — острым, врачебным.
— «Возрождение»... Регенерация? Восстановление? — она отложила планшет. — Тетродотоксин... в микродозах он не убивает. Он... замораживает. Вызывает полный паралич при сохраненном сознании. Теоретически, его можно использовать в медицине. Для сложных операций на мозге, чтобы остановить кровотечение. Для погружения в искусственную кому.
Кирилл и Семен переглянулись.
— Ты о чем? — О том, что их яд... мог изначально быть лекарством. Или побочным продуктом его разработки. «Возрождение»... может, они работали над технологией регенерации нервной ткани? А токсин — это неудачный побочный эффект, который кто-то решил пустить в дело?
Мысль висела в воздухе, готовая обрести форму. Преступление на стыке передовой науки и жажды наживы.
Внезапно зазвонил прямой телефонный аппарат, подключенный к защищенной линии. Все вздрогнули. Кирилл медленно поднял трубку.
— Слушаю.
Голос в трубке был безэмоциональным, механическим. Синтезатор.
— Пакет для вас доставлен в архивный отсек Б-14. Проверьте получение.
Связь прервалась. Кирилл опустил трубку.
— Кто-то только что воспользовался нашей же системой внутренней почты. Пакет в архиве.
Семен схватил автомат.
— Это ловушка. Опять.
— Нет, — покачал головой Кирилл. — Слишком сложно. Если бы они хотели взорвать нас, у них был шанс проще. Идем.
Архивный отсек Б-14 был в подвале. Пыльное помещение с стеллажами старых дел. На единственном столе лежал обычный картонный конверт. Без марки, без обратного адреса. Аккуратно вскрытый сканером службы безопасности — угроз не обнаружено.
Кирилл вскрыл его. Внутри лежала стопка распечатанных страниц и еще одна флешка. На верхнем листе было напечатано: «Из летописи «Возрождения». Для любопытных».
Семен настороженно смотрел на флешку.
Вирус?
— Нет, — Мира взяла листы и пробежала глазами. — Это... медицинские отчеты. Протоколы испытаний. Смотрите.
Она протянула лист Кириллу. Тот был исписан сложными графиками и таблицами. Но заголовок был понятен сразу: «Влияние модифицированного ТТХ на нейрогенез в условиях ишемии». А внизу — печать и подпись: Руководитель проекта, д.м.н. Л.И. Дмитриев.
— Они... они действительно пытались создать лекарство, — прошептала Мира.
— От инсультов, травм позвоночника... Но смотрите на даты. Здесь отчеты семилетней давности. А здесь... — она перелистнула страницу, — ...вот последние записи. Полгода назад. «Фаза испытаний на приматах завершена. Эффект нестабилен. Побочные действия: необратимое подавление ЦНС, летальный исход в 70% случаев. Проект подлежит закрытию».
— Но они не закрыли, — мрачно заключил Кирилл. — Они просто сменили вывеску и начали продавать побочный эффект как готовый продукт. Оружие.
Он вставил флешку. На этот раз там была не база данных, а видео-дневник. Несколько записей. Дмитриев, все более уставший и изможденный, говорил в камеру.
«...Коллеги из совета директоров не понимают рисков. Они видят только прибыль от военных контрактов. Они заставляют нас ускорить темпы, игнорируя протоколы безопасности...»
«...Анна обнаружила несоответствия в журналах утилизации. Она задает слишком много вопросов. Я должен ее остановить...»
«...Они забрали все данные. Все образцы. Говорят, проект будет «переформатирован». Я больше не руковожу. Я — заключенный в своей же лаборатории...»
Последняя запись была сделана всего месяц назад. Дмитриев выглядел на десять лет старше. Его глаза были полы страха. «Они нашли способ стабилизировать токсин. Но цена... они тестируют его на людях. На бомжах, на мигрантах. Я... я не могу больше этого допустить. Если вы это смотрите... ищите склад №7 на территории старого завода. Там есть то, что может их остановить. И берегите...»
Запись оборвалась резко, словно камеру вырвали из рук.
В помещении повисла гробовая тишина.
— Он... он не монстр, — первой нарушила молчание Мира.
— Он заложник. — Он соучастник, — жестко поправил ее Кирилл. — И он пытается сейчас спасти свою шкуру, подкидывая нам улики. Склад №7. Это уже что-то.
Внезапно по всему зданию взвыла сирена. Красный свет аварийной тревоги замигал, заливая подвал багровым светом.
— Что теперь? — крикнул Семен, хватая рацию.
Голос дежурного был искажен помехами и паникой:
— Объект под атакой! Воздушная! Дрон! Несет какой-то груз! Летит прямо на нас!
Кирилл выбежал из подвала, подняв голову к стеклянному потолку атриума. В небе, точно черный коршун, висел беспилотник. С него на тонком тросе медленно опускался металлический цилиндр с мигающим красным светодиодом.
— Все в укрытие! — заорал Кирилл, отталкивая Миру к дверям. — Это бомба!
Но бомбы не последовало. Цилиндр, достигнув уровня второго этажа, остановился. Из него выдвинулся небольшой проектор.
На стене здания, прямо напротив них, вспыхнуло яркое изображение. Фотография. На ней был Алексей Петров. Он сидел на стуле, его лицо было избито до неузнаваемости. Но он был жив. И смотрел прямо на них полными ужаса глазами.
Рядом с ним стояла фигура в черном с маской на лице. Он поднес к губам микрофон. Искаженный голос прозвучал на всю улицу, громоподобно и леденяще:
— Кирилл Волков. Смотри и запоминай. Ты выбрал не ту сторону. Ты получил предупреждение. Следующая посылка будет не такой безобидной. Прекрати поиски. Или он умрет. И за ним последуют другие. Начнем с твоего врача.
Проектор погас. Дрон отцепил цилиндр, и тот с глухим стуком разбился о мостовую. Беспилотник бесшумно растворился в небе.
На стене остался лишь призрачный образ искаженного страхом лица Петрова. Молчаливое обвинение. И страшное обещание.
Кирилл стоял, не двигаясь, сжимая в кармане флешку с признаниями Дмитриева. Они показали свою силу. Снова. И снова указали на его слабость.
Но теперь у него было кое-что, чего не было у них раньше. Не только правда. Но и знание, что один из них готов сдать своих. И адрес. Склад №7.
Он повернулся к своей команде. В его глазах уже не было ни сомнений, ни ярости. Только холодная, как сталь, уверенность.
— Готовьтесь к выдвижению. Мы идем на склад. Они хотят войны? Они ее получат.
Подписывайтесь на дзен-канал Реальная любовь и не забудьте поставить лайк))