Лидия Петровна подняла глаза от вязания. Сын стоял в дверях кухни, в дорогой куртке, которую она ему купила на день рождения.
– Здравствуй, Андрюша. А сколько нужно?
– Миллион двести. Может, чуть больше. Старая машина совсем развалилась, а мне для работы нормальная нужна.
Лидия Петровна отложила спицы. Миллион двести тысяч. Это почти вся их с мужем накопленная за годы сумма.
– Андрей, но у нас таких денег нет просто так...
– Как нет? – удивился сын. – А сберкнижка? А вклады? Мам, ну не притворяйся. Я же знаю, что вы с отцом копили всю жизнь.
– Копили, но не для машин. На старость копили. На болезни, если что.
Андрей фыркнул и сел за стол, как будто дело было уже решенное.
– Мам, ты же понимаешь, что вы с папой все равно мне все оставите. Рано или поздно это наследство достанется мне. Так зачем ждать? Дайте сейчас часть, и всем будет лучше.
Лидия Петровна почувствовала, как внутри что-то оборвалось. Она смотрела на сына и не узнавала. Когда он стал таким?
– Андрюша, но мы же еще живые...
– Ну и что? Вам на что тратить? Вы же на пенсии. Дома сидите. А мне машина для работы нужна. Для дела. Я же потом вам больше денег принесу.
– Для дела, говоришь, – тихо повторила она.
– Конечно! Мам, ну думай логически. Сейчас вы мне поможете, я куплю нормальную машину, смогу лучше зарабатывать. И вам потом отдам с процентами.
Лидия Петровна встала и подошла к окну. На душе было такое, словно ее ударили.
– А если мы откажем?
– Откажете? – Андрей даже растерялся. – А почему вы должны отказывать? Я же ваш сын! Единственный!
Единственный. Да, она родила только его. Сколько сил потратила, сколько денег. Когда он учился в институте, она подрабатывала уборщицей, чтобы отправлять ему больше денег на жизнь. Когда женился, они с мужем помогли купить квартиру. Когда развелся, опять помогали. И вот теперь...
– Андрей, а ты помнишь, сколько мы тебе уже помогали?
– Помогали? – он нахмурился. – Мам, ну что вы считаете? Это же естественно, что родители помогают детям!
– Естественно...
– Конечно! А теперь я прошу помочь еще раз. В последний раз, может быть.
Лидия Петровна обернулась к сыну.
– В последний раз обещаешь?
– Обещаю! Мам, ну что ты как маленькая? Купишь мне машину, и я буду самостоятельным.
В этот момент в кухню вошел Василий Иванович, ее муж. Увидев сына, улыбнулся:
– О, Андрюха приехал! Как дела, сынок?
– Нормально, пап. Я вот с мамой договариваюсь о машине.
Василий Иванович посмотрел на жену, потом на сына.
– О какой машине?
– Мне новая нужна. Старая сломалась. Я родителей прошу помочь деньгами.
– А сколько нужно?
– Миллион двести.
Отец присвистнул.
– Это почти все наши накопления.
– Ну и что? – Андрей пожал плечами. – Папа, вы же все равно мне наследство оставите. Какая разница, сейчас или потом?
Василий Иванович медленно сел на стул. Лицо его стало серьезным.
– Повтори, что ты сказал.
– Что мы все равно мне все оставите. Это же логично. Зачем деньгам лежать мертвым грузом, когда они мне сейчас нужны?
Отец молчал долго. Потом тихо спросил:
– А мы, значит, мертвый груз?
– Папа, я не то имел в виду...
– А что ты имел в виду?
Андрей начал раздражаться.
– Я имел в виду, что вам деньги сейчас особо не нужны. А мне нужны. Для развития. Для будущего.
– Для нашего будущего или для твоего? – спросила Лидия Петровна.
– Какая разница? Семья же одна!
– Да, семья одна, – согласился отец. – Только почему-то в этой семье один человек только берет, а двое только дают.
– Папа, что за слова? Я же работаю! Я же стараюсь!
– Стараешься. И при этом каждый раз, когда что-то нужно, бежишь к родителям.
Андрей встал.
– Знаете что, если вы не хотите помочь, так и скажите. Не надо читать лекции.
– А ты как думал? – спросил Василий Иванович. – Придешь, скажешь "дайте денег", и мы сразу побежим их доставать?
– А почему нет? Я же ваш сын!
– Ты наш сын, – тихо сказала Лидия Петровна. – Но ты не наш хозяин.
Андрей посмотрел на мать с удивлением.
– При чем тут хозяин?
– При том, что ты разговариваешь с нами так, словно мы тебе что-то должны.
– Должны! – неожиданно выпалил он. – Родители детям должны! Вы меня родили, значит, обязаны помогать!
Наступила тишина. Лидия Петровна смотрела на сына и не могла поверить. Неужели это тот малыш, которого она качала на руках? Тот мальчик, который плакал, когда она уходила на работу? Тот юноша, который обещал заботиться о родителях, когда вырастет?
– Андрей, – медленно сказала она, – а ты нам что-то должен?
– Что я вам должен?
– Ну да. Мы тебе должны, потому что родили. А ты нам что должен?
Он задумался, но ненадолго.
– Я вам ничего не должен. Это вы решили меня рожать.
Василий Иванович резко встал.
– Все, хватит. Разговор окончен.
– Как окончен? А машина?
– Никакой машины. Иди работай, зарабатывай сам.
– Папа, ну ты что? Я же объяснил...
– Ты ничего не объяснил. Ты просто показал, кто ты есть на самом деле.
Андрей растерялся. Видимо, он ожидал, что родители как всегда согласятся.
– Мам, ну скажи ему...
Лидия Петровна смотрела на сына и чувствовала, как внутри растет не боль, а что-то другое. Злость. Обида. Разочарование.
– Андрей, а ты помнишь, как в детстве просил велосипед?
– При чем тут велосипед?
– А помнишь, что ты обещал, когда я его купила?
Он нахмурился, припоминая.
– Что-то обещал...
– Ты обещал быть хорошим мальчиком. Слушаться. Помогать маме. И знаешь что? Ты сдержал обещание. Два года был просто золотым ребенком.
– Ну и?
– А сейчас ты обещаешь, что если мы купим тебе машину, ты больше не будешь просить денег. И я думаю: а поверить ли мне тебе сейчас?
Андрей замялся.
– Мам, это же совсем другое дело...
– Другое? А чем другое?
– Я же взрослый теперь. Серьезный.
– Взрослый человек сам зарабатывает на машину, – сказал отец.
– Да что вы как чужие! – взорвался Андрей. – Я же не на улице прошу! Я у родителей прошу!
– А родители имеют право сказать "нет"? – спросила мать.
– Имеют, но...
– Никаких "но". Имеют или не имеют?
– Имеют, – неохотно согласился он.
– Вот и хорошо. Мы говорим "нет".
Андрей сел обратно на стул.
– Мам, папа, ну подумайте еще раз. Машина мне действительно нужна. Без нее я не могу нормально работать.
Лидия Петровна почувствовала, что сердце дрогнуло. А вдруг он правда нуждается? Вдруг она слишком жестоко?
– Андрюша, а какая у тебя работа сейчас?
– Всякая. То одно, то другое.
– Но конкретно?
– Мам, зачем тебе подробности? Работаю, и все.
– А где работаешь?
– В разных местах.
Василий Иванович посмотрел на сына внимательно.
– Андрей, ты вообще где-то официально работаешь?
– А зачем официально? Сейчас все неофициально работают.
– Все не все, а ты работаешь?
Сын заерзал на стуле.
– Работаю. Иногда.
– Иногда, – повторила мать. – А в основном?
– В основном ищу хорошую работу.
– На машине?
– Ну да. Без машины сейчас никуда.
Лидия Петровна вздохнула. Значит, сын не работает. Живет неизвестно на что. И еще требует у родителей миллион с лишним.
– Андрей, а на что ты живешь, если не работаешь?
– Как не работаю? Подрабатываю иногда.
– А в основном?
Он помолчал.
– Алена помогает.
– Алена? Это кто?
– Моя... подруга.
– А, девушка. И она тебе дает деньги?
– Ну, помогает немного.
Василий Иванович покачал головой.
– То есть ты живешь за счет женщины, а машину хочешь купить на родительские деньги?
– Папа, ну что ты так говоришь...
– А как говорить? По-твоему, это нормально?
– Нормально! Мужчины и женщины должны помогать друг другу. И родители детям должны помогать!
– Должны, – согласилась Лидия Петровна. – Но до каких пор?
– Как до каких?
– Ну, пока тебе пять лет, десять, пятнадцать... А дальше?
– Дальше тоже! Семья же!
– Семья, – повторила она. – А что семья от тебя получает?
Андрей задумался. Видимо, этот вопрос никогда не приходил ему в голову.
– Получает... ну... радость. От того, что у вас есть сын.
– И все?
– А что еще?
– Ну, не знаю. Помощь какую-то. Заботу. Внимание.
– Мам, я же приезжаю к вам!
– Раз в месяц. И каждый раз за деньгами или с просьбами.
– Не каждый же раз...
– А когда последний раз ты приехал просто так? Поговорить? Узнать, как дела?
Андрей нахмурился, припоминая.
– Ну... недавно... на новый год приезжал.
– Это полгода назад. И то потому, что мы подарки дарили.
– Мам, ну у меня дела, работа...
– Какая работа? Ты же сам сказал, что не работаешь.
Он замолчал. Лидия Петровна встала и подошла к окну. За окном была обычная летняя улица. Дети играли во дворе. Молодые родители катали коляски. Жизнь продолжалась.
А ее жизнь словно остановилась. Сын, которого она любила больше всего на свете, оказался чужим человеком.
– Знаешь, Андрей, – сказала она, не оборачиваясь, – я вспомнила одну историю.
– Какую?
– Про мою подругу Нину. У нее тоже сын единственный был. Тоже все время денег просил. Она давала, давала... А потом он сказал ей: "Мама, ты мне квартиру подари. Все равно после твоей смерти она мне достанется".
– Ну и что?
– Она подарила. А он через месяц ее на улицу выставил. Сказал, что квартира теперь его, а она пусть где хочет, там и живет.
Андрей поерзал на стуле.
– Мам, я же не такой...
– А какой ты?
– Я же не выгоню вас из квартиры!
– А денег не вернешь?
– Верну! Обязательно верну!
– Когда?
– Когда... когда заработаю.
– А если не заработаешь?
– Заработаю!
– А если нет?
Он молчал. Лидия Петровна обернулась к сыну.
– Андрей, ответь честно. Ты действительно собираешься отдавать нам долги?
– Собираюсь...
– Честно?
– Ну... стараться буду.
– Стараться. А если не получится?
– Значит, не получится.
– И ты будешь спать спокойно?
– А что мне, из-за этого переживать? Родители должны помогать детям!
Лидия Петровна почувствовала, что больше не может это слушать. Она подошла к сыну и села рядом.
– Андрей, посмотри на меня.
Он поднял глаза.
– Ты видишь перед собой мать, которая тебя любит?
– Вижу.
– Или ты видишь банкомат, из которого можно снимать деньги?
– Мам, что за глупости...
– Ответь честно. Что ты видишь?
Он помолчал. Потом тихо сказал:
– Мать, которая должна мне помогать.
– Должна. А я что вижу?
– Что?
– Я вижу человека, который приходит ко мне только тогда, когда ему что-то нужно. Который считает, что я ему что-то должна. Который не интересуется моей жизнью, моим здоровьем, моими проблемами.
– Мам...
– Я вижу человека, который думает, что родители существуют только для того, чтобы давать ему деньги.
Андрей встал.
– Хорошо, мам. Я понял. Вы мне не поможете.
– Не поможем.
– И папа тоже против?
– И я против, – подтвердил отец.
– Тогда я пойду. Видимо, мне тут не рады.
Лидия Петровна посмотрела на сына. Хотелось его остановить, обнять, сказать, что все хорошо. Но что-то внутри сопротивлялось.
– Андрей, ты всегда нам рад. Но не как торговый автомат.
– Что?
– Приезжай к нам просто так. Поговорить. Пообщаться. Узнать, как наши дела. Рассказать о своих.
– Зачем?
– Как зачем? Потому что мы семья.
– Семья – это когда помогают друг другу!
– Да, помогают. Но не только деньгами.
Андрей пожал плечами.
– Не понимаю, о чем вы.
Лидия Петровна вздохнула. Действительно не понимает.
– Иди, Андрюша. Подумай о наших словах.
– О каких словах?
– О том, что семья – это не только права, но и обязанности.
– Мои обязанности?
– И твои тоже.
Он направился к двери, но остановился.
– А если я найду деньги в другом месте?
– Найдешь и купишь машину.
– А к вам больше не приеду?
Лидия Петровна почувствовала укол в сердце. Но ответила твердо:
– Это твой выбор.
Андрей постоял еще немного, потом ушел. Лидия Петровна и Василий Иванович остались одни.
– Правильно мы поступили? – тихо спросила она.
– Правильно, – ответил муж. – Пора ему взрослеть.
– А если он действительно больше не приедет?
– Значит, мы ошиблись в нем еще раньше.
Лидия Петровна заплакала. Муж обнял ее.
– Не плачь. Может, он одумается.
– А если нет?
– Тогда будем жить сами. Мы же столько лет вместе прожили.
Они сидели обнявшись, и Лидии Петровне было одновременно больно и легко. Больно от того, что сын оказался таким. И легко от того, что наконец сказала ему "нет".
Через неделю позвонила соседка Мария Ивановна.
– Лида, а твой Андрей машину купил?
– Откуда ты знаешь?
– Да видела вчера. На новой иномарке приехал к Володькиным. У них дочка замуж выходит, видимо, денег занимал.
Лидия Петровна повесила трубку. Значит, сын нашел деньги. У других людей. И даже не позвонил рассказать.
Прошел месяц. Андрей не звонил. Лидия Петровна несколько раз порывалась набрать его номер, но останавливала себя. Пусть сам позвонит.
Но он не звонил.
Еще через месяц она встретила его случайно в магазине. Он действительно ездил на новой машине.
– Андрей!
Он обернулся, увидел мать и как-то неловко улыбнулся.
– А, мам. Привет.
– Как дела? Я вижу, машину купил.
– Да, купил. Занял денег.
– У кого?
– У разных людей.
– А отдавать будешь?
– Буду, буду. Не переживай.
Они стояли посреди магазина, и Лидии Петровне было неловко. Словно разговаривала с незнакомым человеком.
– Андрей, а почему не звонишь?
– Да некогда было. Дела, знаешь.
– Какие дела?
– Всякие.
Он явно хотел уйти. Лидия Петровна поняла, что больше ничего не узнает.
– Ну ладно. Передавай привет... как ее зовут... Алене?
– Передам. Пока, мам.
И ушел. Лидия Петровна купила продукты и поехала домой. Рассказала обо всем мужу.
– Вот видишь, – сказал Василий Иванович. – Нашел деньги, когда захотел. Значит, мог и сам заработать.
– Да, видимо, мог.
– А к нам пришел за легкими деньгами.
– Пришел.
Они помолчали.
– Жаль, что так получилось, – сказала Лидия Петровна.
– Жаль. Но мы правильно поступили.
Прошло еще полгода. Андрей так и не позвонил. Лидия Петровна постепенно привыкла к мысли, что у нее больше нет сына. Точнее, есть, но не такой, какого она себе представляла.
А потом он вдруг приехал. В три часа ночи. Стучал в дверь, звонил. Лидия Петровна испугалась, что что-то случилось.
Открыла дверь. Андрей стоял на пороге с красными глазами.
– Мам, можно войти?
– Конечно. Что случилось?
Он прошел в кухню, сел за стол. Лидия Петровна села напротив.
– Андрей, что произошло?
– Алена ушла.
– Ушла?
– Да. К другому. Сказала, что я бездельник и жить с таким не хочет.
– А машина?
– Машину отобрали. Я же в кредит брал. Под большие проценты. Не смог отдавать.
Лидия Петровна смотрела на сына и ничего не чувствовала. Ни жалости, ни злости. Пустоту какую-то.
– И что теперь будешь делать?
– Не знаю. Мам, можно я у вас поживу немного?
– Поживешь?
– Ну да. Пока не встану на ноги.
– А работать будешь?
– Буду искать работу.
– Как раньше искал?
Он опустил глаза.
– Нет. По-настоящему буду искать.
– А деньги будешь просить?
– Не буду.
Лидия Петровна встала и подошла к окну. На улице была глубокая ночь.
– Андрей, ты помнишь, что говорил два месяца назад?
– Что именно?
– Что мы тебе должны. Что родители обязаны помогать детям.
– Помню.
– И что ты думаешь теперь?
Он помолчал.
– Наверное, я был не прав.
– Наверное?
– Был не прав. Точно был не прав.
– А что изменилось?
– Я понял, что никто никому ничего не должен. Что нужно самому стараться.
Лидия Петровна обернулась к сыну.
– И что, теперь ты будешь стараться?
– Буду. Честно, мам.
– А если не получится?
– Получится. Я понял, что по-другому нельзя.
Они смотрели друг на друга. Лидия Петровна пыталась понять, говорит ли сын правду.
– Хорошо, – сказала она наконец. – Можешь пожить. Но с условиями.
– Какими?
– Первое: никаких просьб о деньгах. Второе: активно ищешь работу. Третье: помогаешь по хозяйству. Четвертое: как найдешь работу, начинаешь платить за жилье.
Андрей кивнул.
– Согласен.
– И еще одно условие.
– Какое?
– Если снова начнешь считать, что мы тебе что-то должны, сразу уходишь. Навсегда.
Он посмотрел на мать внимательно.
– Мам, а ты меня прощаешь?
Лидия Петровна задумалась. Прощает ли? Или просто дает еще один шанс?
– Не знаю, Андрей. Время покажет.
– А любишь?
– Люблю. Но по-другому теперь.
– Как по-другому?
– Раньше я любила тебя слепо. Готова была все отдать, простить все. А теперь люблю с открытыми глазами.
Андрей кивнул.
– Понятно. А это лучше или хуже?
Лидия Петровна улыбнулась впервые за много месяцев.
– Наверное, лучше. Для нас обоих.
– Спасибо, мам. Я больше не подведу.
– Посмотрим, – сказала она. – Посмотрим.