Всё это сыграло положительную роль

Всё это сыграло положительную роль. Разместились на площадях 3-ей горбольницы, где у кафедры оториноларингологии с 70-ых годов была лечебная база, но уже тогда было понятно, что нам тесно. Мы проводили по 400-600 операций в год, могли проводить до 2-3 тысяч операций, но площадей для этого в «третьей горке» не было.

Именно тогда мэр Томска Александр Макаров, сам недоучившийся медик по образованию, отдал нам под Сибирский центр оториноларингологии требующее ремонта здание 1-ой городской больницы на Красноармейской. Я поднял всех своих стройотрядовцев, у которых в юности был главным врачом областного ССО, всех командиров и комиссаров, которые теперь стали капитанами томской экономики. Виталия Малащука, легендарного нашего строителя, да будет земля ему пухом, уговорил взяться за реконструкцию объекта культурного наследия. ФМБА выделило деньги, и стройка пошла быстро, красиво, мы даже вывеску успели поставить на фасаде: Сибирский центр оториноларингологии…

- А что случилось дальше?

- Предательство. Вредительство. Не знаю, как точнее назвать. Руководством ФМБА было принято решение о перераспределении финансирования. Московский центр оториноларингологии ФМБА к этому времени достроил свой огромный корпус на Волоколамском шоссе в Москве и, я так понял, москвичи подумали, что его как-то надо наполнять пациентами со всей России, в том числе и из Сибири. Отдельный Сибирский филиал им стал не нужен, они решили прекратить его финансирование и сказали нам: придумайте, как вы будете самоокупаться. Приехали гости из ФМБА уже к губернатору Сергею Жвачкину и за час разъяснили , что Сибирский центр оториноларингологии бюджет Томской области не потянет, пациенты по квотам будут перенаправлены в Московский Центр оториноларингологии, туда же трудоустроили часть томских врачей. Меня на эту встречу не позвали, просто проинформировали, что решение о закрытии филиала принято. Я проигрывать не люблю. А тут у меня отобрали мечту всей моей жизни, и я ничего сделать не смог.

-Сердце тогда забарахлило?

- Сердце стало беспокоить еще раньше, в нулевые годы. Курить пришлось бросить, хотя в последние годы опять потягиваю одну-другую. Иммуносупрессоры приходится пить постоянно, а это в наши постковидные времена не очень хорошо. Любая инфекция проходит тяжелее. Но, ничего не поделаешь. Износилось родное сердце с 1947-го года. В молодости я 4 наркоза на ногах у операционного стола выдерживал, а потом уставать стал. Две операции в день, не больше. У нас в Томске пересадки сердца не делают: кардиохирурги, в принципе готовы, а организаторы медицины - нет. Там больше юридических, организационных проблем с донорами сердца. Поехал к Сашке Караськову в центр Мешалкина в Новосибирск (директор клиники НМИЦ Минздрава РФ имени Е.Н. Мешалкина, Академик Александр Караськов осужден в 2019-ом году на 3,5 года за хищения при госзакупках – прим О.О.). Он токарь по первой профессии, а я тракторист. Он и сказал: в Москву не лезь. Народа много, сердец мало и дорого. Езжай в Краснодар, там к Олимпиаде в 2014-ом такой Кардиоцентр отстроили, что любо-дорого. Система налажена. Если случается, например, автокатастрофа и есть погибшие с подходящим сердцем, всегда наготове вертолет-самолет, который привезет донорское сердце.

Приехал я в Краснодар на осмотр в декабре, хотел вернуться в Томск, но мне сказали – не уезжай. Случается всякое. Будешь далеко, можешь не успеть к своему новому сердцу. У меня ведь еще третья, редкая достаточно группа крови, сердце не сразу подберешь. Снял флигелек неподалеку и стал ждать. И вот в ночь на 9 февраля дождался. Считаю этот день вторым днем рождения. Кто, что случилось, не знаю, эту информацию пациентам обычно не раскрывают. Говорят, у парня-донора кровотечение остановить не смогли. Чужое сердце уже стало своим. Просто повезло. А ведь есть люди, которые годами ждут донорское сердце, и многие не дожидаются.

P.S. Новое сердце Александра Владимировича Старохи остановилось 25 сентября 2023-го года