Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Жили-были мы

Заброшенный дом моего детства и юности

Этот дом когда построили мои бабушка с дедушкой по папиной линии. Здесь они вырастили 8 своих детей. Здесь росли мы с братом. Я помню его, когда была жива ещё бабушка. Дедушка умер до моего рождения, бабушка умерла, когда мне было 6 лет. Раньше на втором этаже было три окна с наличниками. Новые хозяева меняли бревна и сделали два окна. Ещё несколько лет назад, когда я сюда приезжала тут жили люди. Теперь же он стоит заброшенный и весь заросший. Не осталось никаких дорожек. Баню из-за зарослей сложно было увидеть. Я уехала из этого дома, когда мне было 24. Папа умер, когда мне было 18. Это был 1999 год, ему было только 44. После его смерти мы 2 года только и делали, что хоронили родственников и ходили на поминки. Из большой семьи осталось только три сестры. Самая старшая и две средние. Папа был самым младшим. После моего переезда, я тогда вышла замуж, мама скоро продала этот дом и переехала в квартиру. Дом купила семья, в которой три поколения решили жить вместе. Мама с ними

Этот дом когда построили мои бабушка с дедушкой по папиной линии. Здесь они вырастили 8 своих детей. Здесь росли мы с братом.

Я помню его, когда была жива ещё бабушка. Дедушка умер до моего рождения, бабушка умерла, когда мне было 6 лет. Раньше на втором этаже было три окна с наличниками. Новые хозяева меняли бревна и сделали два окна.

Ещё несколько лет назад, когда я сюда приезжала тут жили люди. Теперь же он стоит заброшенный и весь заросший.

Во дворе дома
Во дворе дома

Не осталось никаких дорожек.

За баней
За баней

Баню из-за зарослей сложно было увидеть.

Я уехала из этого дома, когда мне было 24. Папа умер, когда мне было 18. Это был 1999 год, ему было только 44. После его смерти мы 2 года только и делали, что хоронили родственников и ходили на поминки. Из большой семьи осталось только три сестры. Самая старшая и две средние. Папа был самым младшим.

После моего переезда, я тогда вышла замуж, мама скоро продала этот дом и переехала в квартиру. Дом купила семья, в которой три поколения решили жить вместе. Мама с ними поддерживала какое-то время связь. После того как старшее поколение умерло, среднее спилось, а младшим видимо не нужен стал этот дом. Хотя странно, дом в городе, могли бы продать. Соседний дом, кстати, тоже стоит заброшенным.

Когда мы жили в СССР, мы всё ждали, что нашу улицу вот-вот расселят, как соседние улицы, частные дома снесут, построят многоквартирный, а нам дадут квартиру. Этого не случилось. Случилась Перестройка. А я тогда наивная верила, что скоро всё наладится, надо только подождать.

Раньше здесь был палисадник и другие ворота.
Раньше здесь был палисадник и другие ворота.

Мне же этот дом всегда снился, даже когда я там не жила уже много лет, если случался сон про дом, то это был всегда только он.

На втором этаже была большая комната: 3 окна на одной стороне, два окна на другой. Посередине стоял круглый стол. С одной стороны была моя кровать, с другой - кровать брата. Здесь всегда собиралась папина многочисленная родня. Накрывали столы, общались, пели песни. Даже свадьбу здесь однажды справляли. Это уже было в 90-е. На стенах у нас висели картины (муж одной из папиных сестёр был художником, после его смерти в голодные 90-е она практически все их продала и сама умерла тогда в 99-м, кажется, четвёртая после папы), а ещё висели портреты бабушки с дедушкой и дяди, которого я никогда не видела, он умер до моего рождения.

Много всяких воспоминаний, связано с этим домом. Когда я родила Анюту в 15-м году и было много переживаний, мы попали в инфекционную больницу, зимние короткие дни, изоляция от прежней жизни, проблемы с мужем, с ребенком, меня прямо мучили воспоминания из той жизни, когда я жила в этом доме и все родственники были живы. Эти воспоминания были такими яркими, летними, полными солнечного света, в отличии от бело-черной зимней действительности. И мне так было невыносимо жаль, что моя дочка не познакомится и никогда не узнает моего папу, своего дедушку, и его сестёр и брата.