Предыдущая часть:
Поначалу Наталья старалась не обращать на это особого внимания, списывая на совпадения, но потом сомнения взяли верх, и она начала пристально наблюдать за поведением дочери. В итоге выяснила, что Людмила тайком искала на домашнем компьютере информацию о лекарствах, которые строго противопоказаны пациентам после инсульта из-за риска осложнений. Наталья вскрыла одну из капсул втихую — по запаху это были обычные витамины, а порошок внутри визуально ничем не отличался от стандартного. Тогда она решила провести полноценный анализ содержимого, чтобы развеять или подтвердить подозрения. Она обратилась в больницу, где работала раньше, к знакомому лаборанту, которому доверяла, и передала образец. Тот провел исследование и позвонил ей через пару дней с результатами. За это время состояние Евгения Борисовича еще больше ухудшилось, появились новые симптомы, и встал острый вопрос о его госпитализации в стационар для наблюдения. Но этому отчаянно противились Людмила и Тамара, находя разные отговорки. Любимая дочь настаивала с притворной заботой:
— Папе будет гораздо лучше оставаться дома, в привычной обстановке. Такие ухудшения вполне нормальны в его состоянии, врачи предупреждали. Нечего его мучить клиниками и анализами. Вон, пусть сиделка лучше присматривает внимательнее, за что ей только деньги платят такие.
Наталья возмутилась:
— Но ведь Евгению Борисовичу нужна срочная корректировка назначений, раз текущие лекарства не помогают и даже вредят.
Людмила отмахнулась пренебрежительно:
— Ой, ты вообще не медик с дипломом, просто глупая девица, которой даже ума не хватило поступить в институт нормально. Не строй из себя академика или эксперта.
Наталья не сдавалась:
— Послушайте, но ведь вашему отцу очевидно становится хуже день ото дня, это видно невооруженным глазом. Может, стоит прислушаться к человеку, который проводит с ним больше всего времени и видит изменения?
Людмила лишь фыркнула презрительно, а сам Евгений Борисович заявил устало:
— Я фаталист по натуре и в больницах уже належался досыта, хватит с меня.
Наталье так и не удалось убедить бизнесмена хотя бы пройти дополнительное обследование, а когда она получила результаты анализа капсул от лаборанта, стало ясно: действовать нужно иначе, не в открытую, чтобы не спугнуть виновных, и сохранить подтекст тайны.
Наталья подошла к Роману и попросила о приватной беседе наедине. Сын Орлова поинтересовался насмешливо, но с интересом:
— Что вы хотели обсудить?
Наталья сказала прямо:
— Послушайте, вашего отца травят намеренно, и я не знаю, как с этим быть дальше. Это серьезно, и молчать нельзя.
Роман усмехнулся недоверчиво:
— Какая чушь, выдумки. Кому нужен мой отец мертвым? Что за необходимость его убивать, когда он и так болен?
Наталья ответила твердо:
— А это вы мне скажите, как близкий человек. Вот анализ тех витаминов, которыми пичкает отца Людмила. Она сама принесла эту банку и старательно проверяет, пьет ли он их ежедневно. Вот только там вместо безобидного порошка смесь сердечных лекарств, от которых Евгений Борисович может умереть в любой момент от передозировки. Я понимаю, вы не хотите семейного скандала и огласки, но я не буду молчать, если вы ничего не предпримете. Пойду в полицию и все расскажу. Недонесение о преступлении — это тоже, между прочим, нарушение закона, с последствиями.
Роман изменился в лице:
— Так, подождите, не торопитесь. Вы говорите, что Людмила специально травит отца? Да, это звучит дико, но, возможно, есть мотив.
Наталья кивнула:
— Да, и я не понимаю зачем, но факты на лицо.
Роман невесело усмехнулся:
— Есть у меня одна идея на этот счет, которая все объясняет. Вы в курсе, что Людмила вовсе не биологическая дочь отцу? Отец женился на Тамаре, когда у нее уже был ребенок от предыдущих отношений, а официального удочерения так и не провел, но всегда считал ее своей дочкой, баловал. Даже в последнее завещание включил ее долю, несмотря на все, что она вытворяла — учебу чуть не бросила из-за лени, связалась с каким-то сомнительным ловкачом, даже замуж за него собралась, но отец быстро отрезвил свою золотую девочку, разобравшись в ситуации. И вот с тех самых пор у них натянутые отношения, он при каждом удобном случае кричит об изменении завещания в ее минус.
Наталья сказала невесело:
— То есть вы считаете, что Людмила хочет ускорить его смерть, чтобы гарантированно получить наследство? Вот мотив и вырисовывается.
Роман вздохнул:
— Хм, возможно и такое, к сожалению. Я попробую провести негласную проверку, без шума. Телефон сестры зарегистрирован на фирму, так что можно узнать, с кем она созванивалась последнее время, и вообще выяснить, чем она дышит и с кем общается.
Наталья заявила:
— И лекарство нужно срочно убрать от вашего отца, пока не поздно. Мы не знаем, какая доза может оказаться для него фатальной.
Роман предложил:
— А знаете что? Вы ведь можете случайно их рассыпать, как бы по неосторожности. На проверку потребуется пару дней, не больше. Людмила с матерью как раз в отъезде на это время, и не будет возможности снова их подменить или принести новые. Просто уроните открытую банку во время раздачи таблеток.
Наталья кивнула:
— Ладно, я сделаю именно так, как вы говорите.
Роман попросил:
— И отцу пока ничего не говорите, чтобы не расстраивать зря. Хватит с него разочарований в жизни. Видите сами, у нас не самая дружная семья, если это вообще можно так назвать — сплошные интриги.
Наталья пообещала:
— Я поняла, хорошо, сохраню тайну.
Роман добавил:
— И пару капсул дайте мне лично. Проведу независимый анализ в другой лаборатории. Сейчас ваша бумажка, добытая нелегально через знакомых, юридически ничего не стоит и не может быть доказательством.
Наталья принесла банку с витаминами. Роман сам выбрал несколько капсул и аккуратно упаковал их в бумагу для сохранности. Потом он уехал по своим делам, а она отправилась реализовывать их план, чувствуя нервное напряжение. Раскладывая лекарства в специальные таблетницы на неделю, она нарочно неловко взяла банку с витаминами и уронила ее на пол — капсулы рассыпались по всей комнате. Наталья принялась их собирать, громко проклиная собственную неуклюжесть и суетясь для вида, чтобы все выглядело естественно. А в последующие три дня Людмила и Тамара действительно отсутствовали — уехали по каким-то своим делам. Евгению Борисовичу, который перестал принимать отравленные капсулы, заметно полегчало, симптомы отступили. Наталья радовалась, видя положительные изменения в состоянии своего подопечного — он стал бодрее, меньше жаловался на слабость. Они даже возобновили активные занятия лечебной физкультурой, и у Евгения Борисовича наметился ощутимый прогресс в подвижности, что давало надежду на полное выздоровление. Когда Людмила наконец вернулась из поездки вместе с матерью, первым делом поспешила к отцу в комнату. Тот как раз выполнял комплекс гимнастики под присмотром Натальи. Она сказала преувеличенно весело, с наигранной улыбкой:
— О, пап, какой ты сегодня бодрый и энергичный! Похоже, мои витамины действительно помогают, как я и говорила, а я их не принимаю уже несколько дней.
Орлов ответил:
— Наталья случайно уронила банку, и все капсулы испортились, перемешались с пылью.
Людмила обрушилась с гневом:
— Твоя сиделка — косорукая неумеха! Это были очень дорогие витамины, сделанные на заказ специально. Пусть она теперь возмещает стоимость из своей зарплаты. И не переживай, пап, я куплю тебе новые, свежие, чтобы курс не прерывался надолго.
Орлов кивнул:
— Хорошо, дочка, спасибо за заботу. Но наказывать никого не стану, это была случайность.
Людмила зло зыркнула на сиделку, полную ненависти взглядом, и вышла из комнаты, хлопнув дверью. А Наталья улыбнулась про себя — пока ее наниматель в безопасности, и план работал. Новая партия отравленных капсул должна была занять некоторое время, что давало передышку.
Вечером того же дня Наталья ушла на отложенный выходной — в это время заботиться о бывшем муже должна была Тамара лично. А дома Наталья рассказала матери о всех происходящих событиях в подробностях. Галина Михайловна идея дочери играть в детектива и расследовать отравление совсем не понравилась — она беспокоилась за безопасность. Она попросила встревоженно:
— Не ввязывайся в это дело глубже, пожалуйста. Останешься крайней в итоге, обвинят во всем тебя. Мало тебе было конфликта с бывшим мужем и его любовницей, которые уже разрушили твою работу?
Наталья вздохнула:
— Поздно отступать, мама, я уже ввязалась по уши. Боюсь, что наем именно меня на эту должность тоже часть хитрого плана этой девицы. Мне кажется, Людмила захочет обвинить меня в отравлении отца, сделать крайней в глазах всех. Рассчитывает на мою предполагаемую безграмотность и отсутствие опыта. Поэтому и отбор кандидатов был таким странным, практически без конкуренции — взяли первую попавшуюся, особо без высшего образования и рекомендаций.
Галина Михайловна вздохнула с сожалением:
— И зачем я тогда сорвала это злосчастное объявление с доски? Дочь, веди себя поосторожнее, не рискуй зря.
Вечером того же дня Наталье позвонил Роман и предложил встретиться для важного разговора. Они выбрали уютное заведение неподалеку от ее дома с приватными кабинками для конфиденциальности и теперь сидели в одной из них, за закрытой дверью. Сын Орлова мялся в нерешительности, не зная, как начать, но потом все же произнес:
— Ты была абсолютно права в своих подозрениях. В капсулах действительно другой состав, не витамины, а моя так называемая сестра снова спуталась с тем парнем, которого клятвенно обещала бросить навсегда. У меня есть их переписка, где подробно обсуждается способ изготовления капсул с добавкой того самого запрещенного препарата. Оказывается, этот паренек работает медбратом в частном доме престарелых и отлично разбирается в фармакологии, даже учился в медицинском институте пару курсов.
Наталья спросила:
— Вот как? И что теперь с этим делать, как поступить?
Роман ответил:
— Я думаю, ждать моя сестра не готова и новую попытку предпримет в ближайшее время, так что будь бдительна. Ты будь на чеку постоянно, а я поговорю с отцом в подходящий момент.
Наталья кивнула:
— Нельзя его просто так огорошить такой шокирующей новостью, это может подорвать здоровье.
Роман согласился:
— Думаю, он не откажется повеселиться и поучаствовать в разоблачении.
Наталья кивнула:
— Хорошо, давайте так. То есть получается, твоя сестра бросилась в омут с головой ради любви к этому парню?
Роман разозлился:
— Она просто жадная, наглая девчонка, без принципов. Такая же, какой была ее мать восемнадцать лет назад, когда все начиналось. Знаешь, когда отец бросил мою маму ради Тамары, я смирился с этим. Сам тогда был молод и понимал, что у мужчины могут быть свои потребности и слабости. А теперь я просто не верю ни единому ее слову, все кажется ложью. Она алчная хищница, и дочь воспитала в том же духе, с теми же ценностями.
Теперь Наталья была уверена, что у нее появился надежный союзник в лице Романа, и это придало ей сил, сделав ситуацию чуть менее пугающей. Но все равно предстоящее разоблачение дочери нанимателя немного пугало ее — Людмила ведь уже решилась на настоящее преступление, и ничто не мешало ей совершить еще какую-нибудь гадость в любой момент, из мести или отчаяния. Следующим вечером Наталья случайно услышала тихий разговор за дверью комнаты Людмилы — шепот и приглушенные голоса. Она подкралась ближе и незаметно включила диктофон на телефоне, не полагаясь только на свою память, чтобы зафиксировать все точно. Людмила разговаривала с кем-то по громкой связи на мобильном, не подозревая о слушателе. Она шипела раздраженно:
— И сколько именно этого порошка нужно добавлять в каждую капсулу, чтобы эффект был сильнее? Почему ты сам не мог этого сделать заранее, как договаривались?
Мужской голос огрызнулся:
— Ты же сказала, что все срочно, без промедлений, вот я и передал как есть, вот так.
Людмила капризно ответила:
— Гриша, ну я же просто слабая девушка, не разбираюсь в этих химических делах. Ты же знаешь, как я устала от всего этого, отец стал как ребенок, капризный и требовательный при этом. Ну почему я должна со всем этим разбираться в одиночку?
Собеседник отрезал:
— Ты же хочешь, чтобы я женился на тебе, верно? Давай уже. Открываешь аккуратно капсулу, как я показывал раньше, высыпаешь оттуда оригинальное содержимое и подмешиваешь порошок, что я дал. Все предельно просто, даже ребенок справится.
Людмила поинтересовалась:
— Ты увеличил дозировку в этот раз? А то отец уж слишком задержался на этом свете, вопреки планам. Прошлая доза его не взяла полностью, только ухудшила немного.
Гриша ответил:
— Эх, с каким бы удовольствием я бы сыпанул ему крысиного яда или чего-то подобного, чтобы наверняка.
Людмила шикнула:
— Ну так мы окажемся за решеткой в итоге, если переборщим. А теперь мы можем свалить все на эту сиделку-неумеху. Мало ли какие у нее резоны, чтобы отравить нанимателя — зависть или месть.
Гриша удивился:
— Знаешь, я про нее такое выяснила интересное. Помнишь сына Смирнова, Артема? Так вот, он ее бывший муж, представляешь?
Собеседник присвистнул:
— Ничего себе совпадение. Что же она тогда с таким мужем разошлась и теперь старикам прислуживает?
Людмила пояснила:
— Да, говорю же, бывший — он вышвырнул ее как ненужную вещь, без сожалений. А наша Наталья даже не решилась забрать у него половину имущества при разводе, сдалась без борьбы.
Она рассмеялась злорадно:
— Да она просто дура, точно тебе говорю, без характера. А значит, идеально годится для нашего плана, чтобы подставить ее.
Наталья остановила запись и тихо прошла в свою комнату, не выдавая себя. Она услышала более чем достаточно, а в ночной тишине слова Людмилы и ее собеседника записались довольно хорошо и разборчиво. На полной громкости их вполне можно было разобрать без усилий. В общем, теперь у нее были твердые доказательства намерений этой парочки, и это придавало уверенности в дальнейших действиях, хотя и добавляло напряжения.
На следующий день Роман приехал с самого утра и заперся с отцом в кабинете для приватного разговора. Они долго беседовали за закрытыми дверями, иногда повышая голос, а вскоре появилась и Людмила. Она скорчила недовольную гримасу, увидев их, и стала ждать в холле, нервно постукивая ногой. Когда дверь наконец распахнулась, дочь ринулась внутрь с банкой витаминов в руках. Она щебетала весело, пытаясь выглядеть заботливой:
— Пап, вот новая партия, свежая. Принимай прямо сейчас, без отлагательств. Прерывать курс надолго нельзя, иначе эффект пропадет.
Орлов прищурился, зажав банку в здоровой руке:
— Там витамины, без подвоха? Или то же самое, что ты подсыпала раньше, чтобы ускорить конец?
Продолжение: