— Если ещё раз скажешь что-то не то, получишь по полной! А соседи пусть думают — нормальная семья! — зашипел муж, сжимая кулаки.
Лена стояла на кухне и чувствовала, как внутри всё холодеет от страха. Игорь возвышался над ней, красный от злости, и она знала — сейчас будет больно.
— Игорь, я просто спросила, где ты был...
— Не твоё дело, где я был! Ты кто такая, чтобы меня контролировать?
— Я твоя жена...
— Жена должна молчать и готовить! А не вопросы задавать!
Удар пришёлся по плечу. Лена отшатнулась к стене.
— Извини... я больше не буду...
— Не будешь! И чтобы родителям ни слова! А то знаешь, что получишь!
Игорь ушёл хлопнув дверью. Лена села на пол и заплакала. Пять лет брака, а она до сих пор не понимала — что она делает не так?
Раньше он был другим. Внимательным, заботливым. Цветы дарил, комплименты говорил. Когда это изменилось?
Может быть, когда она забеременела и потеряла ребёнка? Или когда он потерял работу? Или просто она стала хуже выглядеть?
Телефон зазвонил. Мама.
— Леночка, как дела?
— Хорошо, мам. Всё хорошо.
— А голос какой-то странный...
— Простыла немного.
— А Игорь как?
— Игорь... тоже хорошо. Работает много.
Лгать маме было тяжело, но что ещё оставалось? Рассказать правду — значит расстроить родителей, а они у неё сердечники.
Через час Игорь вернулся с цветами:
— Прости, солнце. Я не хотел. Нервы сдали.
— Ничего, я понимаю...
— Ты же знаешь, я тебя люблю. Просто иногда... не могу себя контролировать.
— Знаю.
— А ты меня простишь?
— Прощу.
Он обнял её, и на секунду показалось — вернулся тот самый Игорь, в которого она когда-то влюбилась. Нежный, любящий.
— Больше никогда не буду, — шептал он. — Обещаю.
И она верила. В сотый раз верила.
Но через неделю повторилось. Из-за пересоленного супа.
— Как можно быть такой тупой?! — орал он. — Нормальную еду приготовить не можешь!
— Я нечаянно...
— Нечаянно! Всё у тебя нечаянно! Может, и замуж за меня нечаянно вышла?
— Игорь, не кричи так...
— А как кричать? По-твоему, я должен радоваться этой гадости?
Тарелка полетела в стену. Лена попыталась собрать осколки и порезалась.
— Вот видишь! Даже убрать за собой не можешь! Идиотка!
Лена сидела в ванной, заклеивала порез пластырем и думала о том, что происходит с её жизнью.
Раньше у неё были подруги, работа, увлечения. Теперь — только страх и попытки угодить мужу.
Когда она последний раз смеялась? Когда читала книгу? Когда встречалась с друзьями?
Игорь постепенно отрезал её от всех. Говорил — зачем тебе эти дуры-подружки? Зачем работать, если я зарабатываю? Зачем куда-то ходить, если дома хорошо?
И она поверила. Думала — он заботится о ней.
В магазине встретила соседку Олю:
— Лена! Давно не виделись! Как дела?
— Хорошо... всё хорошо...
— А что с лицом? Синяк?
— Упала... дома... неудачно...
Оля посмотрела внимательно:
— Лена, если что — ты знаешь, где меня найти.
— Что может быть? У меня всё нормально.
Но Оля не поверила. И Лена это видела.
Дома Игорь устроил скандал:
— С кем это ты там болтала?
— С соседкой... просто поздоровались...
— Что рассказывала?
— Ничего не рассказывала!
— Врёшь! Я вижу, как ты на меня смотришь! Думаешь, я дурак?
— Игорь, я ничего...
Удар был сильным. Лена упала.
— Ещё раз увижу, что болтаешь с соседями про наши дела — убью! Понятно?
— Понятно...
— И чтобы из дома без разрешения — ни шагу!
Лена лежала на полу и понимала — это ненормально. Нормальные мужья не бьют жён. Нормальные мужья не запрещают выходить из дома.
Но как это остановить?
Уйти? А куда? К родителям — нельзя, они старенькие, расстроятся. К подругам — а какие подруги? Он же их всех от неё отваживал.
Работы нет — он заставил уволиться. Денег нет — всё у него.
Получается, она в ловушке.
Ночью, когда Игорь спал, Лена тихо села к компьютеру и набрала в поиске: "Что делать, если муж бьёт".
Статей оказалось много. И во всех было написано одно — это не норма. Это насилие. И это не твоя вина.
Не твоя вина...
Лена прочитала эти слова и заплакала. Впервые за годы кто-то сказал ей — ты не виновата.
В одной из статей был телефон горячей линии для жертв домашнего насилия. Лена переписала его на бумажку и спрятала.
Несколько дней не решалась позвонить. А потом Игорь ударил её за то, что она "не так" посмотрела на телевизор.
— Что ты уставилась на этого актёра? Думаешь, он лучше меня?
— Я просто смотрела фильм...
— Врёшь! Я вижу, как ты пялишься на мужиков!
— Игорь, это же экран...
— Заткнись!
На следующий день Лена дождалась, когда муж уйдёт, и позвонила по тому номеру.
— Горячая линия, слушаю.
— Здравствуйте... я... не знаю, правильно ли звоню...
— Расскажите, что случилось.
— Муж... он меня бьёт. И я не знаю, что делать.
— Как долго это продолжается?
— Уже два года... может, больше...
— А раньше были признаки агрессии?
— Не знаю... он иногда кричал... но я думала, это нормально...
— Скажите, он контролирует ваше общение с другими людьми?
— Да... я почти ни с кем не вижусь...
— А деньги? У вас есть собственные деньги?
— Нет... он говорит, зачем мне, если он зарабатывает...
Психолог объяснила Лене, что происходит в её семье:
— Это называется "цикл насилия". Сначала напряжение, потом взрыв, потом извинения и "медовый месяц". А потом всё повторяется.
— И что мне делать?
— Первое — понять, что вы не виноваты. Никто не заслуживает побоев.
— Но может, я правда что-то делаю не так?
— Даже если вы делаете что-то не так — это не повод вас бить. Нормальные люди решают проблемы разговором, а не кулаками.
— А как мне уйти? У меня же ничего нет...
— Есть специальные центры помощи. Есть социальные службы. Есть возможность получить временное жильё и помощь в трудоустройстве.
— А если он найдёт меня?
— Есть процедуры защиты. Можно подать заявление в полицию, получить охранный ордер...
— Но он же не убийца... просто... нервный...
— Послушайте, — мягко сказала психолог. — А что будет, если ничего не предпринимать?
Лена задумалась. Что будет? Будет хуже. С каждым разом Игорь становился агрессивнее.
— Я подумаю...
— Хорошо. Но помните — у вас есть право на безопасность. И никто не имеет права вас бить.
Вечером пришёл Игорь — весёлый, с подарком:
— Солнышко, прости меня за вчера. Купил тебе платье.
— Спасибо...
— Ты что такая грустная? Обиделась?
— Нет, просто устала.
— А ты на меня не сердишься?
— Не сержусь.
Он обнял её, поцеловал, и Лена подумала — а может, психолог не права? Может, он действительно исправится?
Но через три дня всё повторилось. Из-за того, что она "долго" собиралась в магазин.
— Полчаса красишься! Думаешь, для кого стараешься?
— Для себя...
— Врёшь! Для мужиков стараешься! Шлюха!
Пощёчина была такой сильной, что в ушах зазвенело.
— Я никого не привлекаю!
— Ещё как привлекаешь! Я вижу, как на тебя смотрят!
— Игорь, это твои выдумки!
— Выдумки?!
Он схватил её за волосы и ударил головой о стену.
Лена очнулась на полу. Игорь стоял над ней, испуганный:
— Лена! Лена, ты как?
— Болит голова...
— Прости... я не хотел так сильно... ты же сама меня довела...
"Ты сама довела" — эти слова как будто разбудили её. Психолог говорила — агрессоры всегда перекладывают вину на жертву.
— Игорь, иди отсюда.
— Что?
— Отойди от меня.
— Лена, я же извиняюсь...
— Отойди!
Когда муж ушёл, Лена посмотрела на себя в зеркало. Синяк под глазом, ссадина на лбу. Так выглядят жёны алкоголиков и наркоманов. А её муж не пьёт и не употребляет наркотики.
Он просто считает, что имеет право её бить.
Лена взяла телефон и снова позвонила на горячую линию:
— Я готова уйти от мужа.
— Отлично. С чего начнём?
План был такой: собрать документы, немного вещей, дождаться, когда Игорь уйдёт на работу, и уехать в кризисный центр.
— А что я скажу родителям?
— Скажете правду. Что муж вас бил и вы больше не можете этого терпеть.
— Они расстроятся...
— Они больше расстроятся, если узнают, что дочь годами терпела побои и молчала.
— А вдруг он исправится?
— А вдруг не исправится? Готовы ли вы рисковать жизнью ради призрачной возможности?
Лена поняла — нет, не готова. Она хочет жить. Хочет просыпаться без страха. Хочет разговаривать с людьми, не боясь, что муж потом устроит скандал.
Собрала сумку, спрятала под кроватью. Документы сложила в пакет и отнесла соседке Оле:
— Оля, можно оставить у вас пакет?
— Конечно. А что случилось?
— Ухожу от мужа.
— Наконец-то! Лена, я же видела твои синяки. Почему молчала?
— Стыдно было. Думала, сама виновата.
— Никто не виноват в том, что его бьют. Помощь нужна?
На следующий день, когда Игорь ушёл на работу, Лена взяла сумку и документы и поехала в кризисный центр.
— Лена? — встретила её психолог. — Решились?
— Решилась. Но очень страшно.
— Это нормально. Страшно всем, кто решает изменить жизнь.
Центр был обычным — комнаты, кухня, душевые. Но главное — здесь было безопасно.
— Как долго можно здесь жить?
— До трёх месяцев. За это время поможем найти работу, жильё, оформить развод.
— А если он найдёт?
— Адрес центра секретный. И вы можете получить охранный ордер.
Игорь нашёл пустую квартиру и начал названивать. Лена не отвечала.
Потом приехали родители:
— Лена, где ты? Игорь сказал, ты ушла!
— Ушла, мам.
— Куда ушла? Что случилось?
— Он меня бил. Два года бил. Я больше не могу.
— Как бил?! — ахнула мама. — Почему не говорила?
— Стыдно было. Думала, вы скажете — сама виновата.
— Лена! Как ты могла так думать? — папа плакал. — Мы бы тебя защитили!
— А где ты сейчас живёшь?
— В центре для жертв домашнего насилия.
— В каком центре?! — мама не понимала. — Что за центр?
— Там помогают женщинам, которых бьют мужья.
— Боже мой... и много таких?
— Очень много, мам. Каждая третья женщина сталкивается с домашним насилием.
— Но Игорь же хороший мальчик был...
— Хорошие мальчики не бьют жён.
Родители поддержали её решение:
— Правильно сделала, что ушла.
— А вдруг он исправится?
— Лена, за два года исправился?
— Нет...
— Тогда зачем ждать ещё два года? Или десять?
— Но он же говорил, что любит...
— Любовь не выражается в ударах, дочка.
Лена заплакала — впервые за долгое время от облегчения, а не от боли.
В центре она встретила других женщин с похожими историями:
— А у меня муж говорил — если уйдёшь, детей не увидишь, — рассказывала Марина.
— И что сделала?
— Ушла с детьми. Лучше бедно, но без страха.
— А мой угрожал самоубийством, — добавила Света. — Говорил — если бросишь, покончу с собой.
— И что?
— А что? Не покончил. Нашёл другую жертву через месяц.
— Девочки, — сказала психолог на групповой терапии. — Что общего в ваших историях?
— Все мужья извинялись и обещали исправиться.
— Все говорили, что любят.
— Все обвиняли нас в том, что сами их "довели".
— Все изолировали от друзей и родных.
— А что ещё общего?
— Все начинали с мелочей. Сначала просто кричали, потом...
— Правильно. Насилие всегда эскалирует. Само по себе не проходит.
Лена устроилась на работу — продавцом в книжный магазин. Зарплата небольшая, но своя.
Сняла комнату в коммуналке. Тесно, зато спокойно.
Игорь продолжал звонить, писать сообщения:
"Вернись, я изменился!"
"Без тебя не могу жить!"
"Прости, больше никогда не буду!"
Лена не отвечала.
Через месяц он подкараулил её у работы:
— Лена, поговорим.
— Нам не о чём говорить.
— Как не о чём? Мы же муж и жена!
— Подаю на развод.
— Не дам развод!
— Это не твоё решение.
Он попытался схватить её за руку, но Лена отдернулась:
— Не трогай меня!
— Лена, я же не бью тебя!
— Пока не бьёшь. А дома бил.
— Больше никогда не буду!
— Уже сто раз говорил.
— Но теперь по-настоящему!
— Игорь, уходи. Иначе вызову полицию.
— Полицию? На собственного мужа?
— На человека, который меня преследует.
Он ушёл, но продолжал появляться у дома, у работы, у родителей.
Лена подала заявление в полицию и получила охранный ордер — теперь Игорь не имел права приближаться к ней ближе чем на 100 метров.
— А если нарушит? — спросила она участкового.
— Штраф, а при повторном нарушении — арест.
— И всё?
— А что ещё? Мы не можем его расстрелять за то, что он преследует бывшую жену.
Лена поняла — защищать себя придётся в основном самой.
Игорь нарушил ордер уже через неделю. Пришёл к родителям:
— Дядя Володя, тётя Галя, помогите! Лена сошла с ума!
— Игорь, нам не о чём разговаривать, — сказал папа.
— Как не о чём? Я же ваш зять! Семь лет вместе!
— Ты тот, кто бил нашу дочь.
— Один раз! Ну максимум два! И то нечаянно!
— Игорь, уходи. Или вызову полицию.
— Дядя Володя, вы же меня знаете! Я хороший человек!
— Хорошие люди не бьют жён.
Игорь ушёл, но вскоре родители получили "письмо":
"Дорогие родители Лены!
Ваша дочь попала под влияние феминисток и психологов, которые настраивают женщин против мужей. Лена была счастлива в браке, но её отравили ложными идеями о "домашнем насилии".
Я никогда её не бил. Да, иногда повышал голос — но разве это преступление? Все мужья иногда ругают жён.
Помогите мне вернуть жену. Без неё я не могу жить.
Игорь."
— Лена, — позвонила мама. — Игорь прислал письмо...
— Что пишет?
— Что никогда тебя не бил...
— Мам, а ты мне веришь или ему?
— Конечно тебе! Просто... он очень убедительно пишет...
— Это называется газлайтинг, мам. Он пытается изменить реальность словами.
Параллельно Игорь писал Лене:
"Ты меня не знаешь настоящего. Я изменился. Хожу к психологу."
"Купил книги по семейной психологии. Понял свои ошибки."
"Без тебя я пустое место. Ты моя половинка."
Лена показала сообщения психологу из центра:
— Что скажете?
— Классические манипуляции. Никаких конкретных изменений, только общие фразы.
— А вдруг правда изменился?
— Лена, за два месяца люди кардинально не меняются. Особенно агрессоры.
— А если дать ему шанс?
— А сколько шансов вы уже дали? Сто? Двести?
Лена подсчитала — действительно, за два года она "прощала" его около ста раз. И каждый раз он обещал исправиться.
— А что делать с чувством вины? — спросила она. — Всё-таки жили семь лет...
— Чувство вины — это нормально. Но не забывайте — вы не бросили хорошего мужа. Вы ушли от человека, который вас бил.
— Но он же не убийца...
— Лена, а сколько ещё ступенек до убийства? Крики, контроль, удары, угрозы... Что дальше?
Лена содрогнулась. Действительно, куда ещё могло зайти?
Через три месяца она переехала из центра в собственную однокомнатную квартиру. Маленькую, но свою.
Впервые за годы могла включить телевизор на любой канал, приготовить что хочет, лечь спать когда хочет.
— Странно, — сказала она подруге из центра. — Я думала, будет одиноко. А наоборот — спокойно.
— А что странного? Лучше одной, чем с тем, кто тебя унижает.
— Но иногда скучаю по хорошим моментам...
— По каким хорошим моментам?
— Ну... когда он был добрым. После того как извинялся.
— Лена, это называется "травматическая связь". Ты скучаешь не по нему, а по облегчению после окончания насилия.
Игорь не сдавался. Теперь он пошёл другим путём — начал распространять слухи:
"Лена изменяла мне с соседом."
"Лена псих, лечилась в психушке."
"Лена забрала все мои деньги и сбежала."
Люди, которые знали их, разделились. Кто-то поверил Игорю, кто-то поддержал Лену.
— Почему он так делает? — спрашивала Лена психолога.
— Потому что потерял контроль над вами. Теперь пытается контролировать ваш образ в глазах других.
— И что делать?
— Ничего. Время всё расставит по местам.
Действительно, вскоре Игорь завёл новую девушку — молодую, наивную Катю.
Лена встретила её случайно в магазине:
— Извините, вы Лена? Бывшая жена Игоря?
— Да.
— Я Катя, его... подруга.
— Очень приятно.
— А можно вопрос? Он говорит, что вы его бросили из-за феминисток...
Лена посмотрела на девушку — молодая, влюблённая, не подозревающая.
— Катя, а он уже начал ревновать вас к другим мужчинам?
— Ну... немного... но это же от любви...
— А друзьям запрещает встречаться?
— Говорит, что они плохо на меня влияют... но...
— Катя, будьте осторожны.
— Что вы имеете в виду?
— Если начнёт бить — сразу уходите. Не ждите.
— Как бить?! — возмутилась Катя. — Игорь добрейший человек!
— Я тоже так думала. Семь лет думала.
— Но вы же его довели! Он сам рассказывал!
— Катя, никто не заслуживает побоев. Запомните это.
Девушка ушла обиженная. Лена понимала — пока Катя сама не столкнётся с проблемой, она не поверит.
Через полгода Катя позвонила:
— Лена? Это Катя... помните меня?
— Конечно помню. Что случилось?
— Игорь... он меня... ударил...
— Где вы сейчас?
— Дома... он ушёл... сказал, что я сама виновата...
— Катя, срочно собирайте вещи и уходите.
— Но он же извинился... сказал, что больше не будет...
— Катя! Те же слова он говорил мне сто раз! Не повторяйте моих ошибок!
Лена дала Кате номер горячей линии и адрес кризисного центра:
— Если решитесь уйти — звоните. Помогу.
— А вдруг он правда исправится?
— За полгода исправился?
— Нет... стал хуже...
— Тогда зачем ждать?
Катя ушла от Игоря через месяц — после того как он сломал ей нос.
Лена тем временем налаживала новую жизнь. Устроилась на лучшую работу, записалась на курсы английского, познакомилась с новыми людьми.
— А не боишься снова влюбиться? — спрашивали подруги.
— Боюсь. Но это не повод сидеть дома.
— А вдруг опять попадётся агрессор?
— Теперь я знаю признаки. Не пропущу.
— Какие признаки?
— Чрезмерная ревность, желание контролировать, изоляция от друзей, перепады настроения...
Через год Лена встретила Андрея — спокойного, уравновешенного программиста.
— А ты не боишься меня? — спросил он после того как она рассказала свою историю.
— Почему должна бояться?
— Ну... у тебя травма... мужчины...
— У меня травма от конкретного мужчины, а не от всех мужчин сразу.
— А как понять, что я не такой?
— А как понять, что я не такая? Взаимный риск.
— Но вдруг у меня проявится агрессия?
— Андрей, а у вас есть желание меня ударить?
— Боже, конечно нет!
— А желание контролировать мои контакты, одежду, планы?
— Нет... а разве это нормально — контролировать?
— Для агрессоров — да. Для нормальных людей — нет.
Лена поняла — Андрей действительно не понимает логику абьюзера. А значит, сам не является таковым.
— А что делать, если я случайно тебя обижу?
— Извинишься и больше не будешь. Без драм и угроз.
— А если поругаемся?
— Поговорим, выясним, помиримся. Как взрослые люди.
Отношения развивались медленно. Лена училась заново доверять мужчине.
— Почему ты не звонишь, когда опаздываешь? — спросила она однажды.
— А должен?
— Игорь всегда требовал отчитываться о каждой минуте...
— Лена, я не Игорь. Мне не нужны отчёты. Ты взрослый человек.
— А если я буду поздно возвращаться?
— Поздно так поздно. Главное, чтобы была осторожна.
— Не будешь ревновать?
— К коллегам по работе? Зачем?
Через полгода отношений Лена всё ещё вздрагивала, когда Андрей резко двигался.
— Прости, — сказал он. — Не хотел испугать.
— Это не твоя вина. Просто рефлекс.
— А что можно сделать?
— Ничего. Время лечит.
— А может, к психологу сходить?
— Хожу. Уже год хожу.
— И помогает?
— Помогает понять, что не все мужчины одинаковые.
Игорь тем временем сменил уже третью девушку. Каждая история заканчивалась одинаково — сначала любовь, потом контроль, потом побои, потом расставание.
— Почему все женщины такие сложные? — жаловался он приятелям.
— А может, проблема в тебе? — осмеливался кто-то спросить.
— Во мне? Да я золото! Просто женщины не ценят хороших мужчин!
— А почему они от тебя уходят?
— Потому что их феминистки настраивают против семьи!
Лена узнавала об этом от общих знакомых и удивлялась — как она могла семь лет не замечать очевидного?
— А может, он правда пытается измениться? — спросила мама.
— Мам, четвёртая девушка за два года. Это попытки измениться?
— А может, он ещё не встретил подходящую?
— Мама! Он не может никого удержать, потому что бьёт женщин! Это не про "подходящую"!
— Но он же на работе нормальный...
— На работе его не за что бить. А дома чувствует себя хозяином.
Родители долго не могли понять природу домашнего насилия:
— Но ведь он тебя любил...
— Мам, любовь не выражается в ударах.
— Может, он просто не умел по-другому выражать эмоции?
— Тогда почему не бил начальника на работе?
— Ну... это же другое...
— Чем другое? Эмоции те же самые.
— Но с начальником нельзя...
— А со мной можно было?
Мама замолчала, осознав абсурдность своих оправданий.
— Пап, а ты бил маму?
— Никогда! Как можно бить любимого человека!
— А почему ты не остановил Игоря, когда узнал?
— Не знал же...
— А если бы знал?
— Убил бы его.
— Почему?
— Потому что никто не имеет права бить мою дочь!
— А чужих дочерей имеет право?
Отец задумался:
— Нет... никто ни на кого не имеет право...
Лена вышла замуж за Андрея через два года отношений. Свадьба была скромной — только близкие.
— А ты не боишься, что он изменится после свадьбы? — спросила подруга.
— Боюсь. Но жить в страхе — не жизнь.
— А что будешь делать, если...
— Если что?
— Если вдруг начнёт поднимать руку?
— Сразу уйду. Без разговоров, без попыток исправить.
— А он знает об этом?
— Знает. И поддерживает мою позицию.
— Лена, — сказал Андрей в день свадьбы. — Я хочу, чтобы ты знала...
— Что?
— Что если когда-нибудь я стану плохим мужем — не терпи. Сразу уходи.
— Андрей, зачем об этом в день свадьбы?
— Потому что важно. Я не хочу, чтобы ты когда-нибудь боялась меня.
— А если поругаемся?
— Поругаемся словами, а не кулаками.
Первый серьёзный конфликт случился через полгода. Из-за денег.
— Андрей, почему ты потратил деньги, не посоветовавшись?
— А должен был советоваться?
— Ну... это общие деньги...
— Лена, я купил себе куртку, а не машину.
— Но всё-таки...
— Хорошо, в следующий раз посоветуюсь.
Лена ждала взрыва, крика, обвинений. Но Андрей просто согласился с её доводами.
— И всё? — удивилась она.
— А что ещё? Ты права, нужно обсуждать траты.
— Андрей, а ты не злишься?
— За что злиться? Ты высказала разумную претензию.
— А если я ошибаюсь?
— Тогда объясню, почему считаю по-другому.
— А если не согласимся?
— Найдём компромисс.
— А если не найдём?
— Тогда каждый останется при своём мнении. Это нормально.
Лена поняла — так выглядит здоровый конфликт. Без крика, угроз и насилия.
Через год она забеременела. И снова всплыли старые страхи:
— А вдруг он изменится, когда появится ребёнок?
— Почему изменится? — удивился Андрей.
— Многие мужчины начинают ревновать жену к ребёнку...
— Лена, я не "многие мужчины". Я Андрей.
— Но стресс, недосып, крики ребёнка...
— То же самое будет и у тебя. Думаешь, начнёшь меня бить?
— Конечно нет!
— Вот и я не начну.
Ребёнок родился — здоровый мальчик. Андрей превратился в заботливого отца.
— Лена, иди отдохни, я с Максимом посижу.
— А ты не устал?
— Устал. Но ты тоже устала.
— А если он заплачет?
— Успокою. Или разбужу тебя. Не сгорим.
Лена наблюдала, как муж терпеливо укачивает орущего сына, и думала — вот так выглядит настоящее отцовство.
Игорь узнал о рождении ребёнка и написал сообщение:
"Поздравляю с сыном. Могла бы родить от меня..."
Лена показала сообщение Андрею:
— Он что, серьёзно?
— Серьёзно. До сих пор считает, что я его собственность.
— А что ответишь?
— Ничего. Заблокирую номер.
— А может, стоит объяснить ему...
— Андрей, с такими людьми не объясняются. Их игнорируют.
Когда сыну исполнилось полтора года, Лена встретила на детской площадке знакомую — жену друга Игоря:
— Лена! Как дела? Слышала, родила!
— Да, вот он — Максим.
— Красавец! А Игорь знает?
— А зачем ему знать?
— Ну... всё-таки вы столько лет вместе были...
— Ира, а ты знаешь, почему мы развелись?
— Игорь говорил, что не сошлись характерами...
— Игорь меня бил. Два года бил.
— Как бил?! — ахнула Ира. — Не может быть!
— Может. И твой муж это знал.
— Серёжа знал?! И молчал?!
— Ира, мужчины часто покрывают друг друга.
— Но как можно скрывать такое?!
— А как можно делать такое? Но Игорь же делал.
— Лена... а правда, что он и новых девушек...
— Правда. Уже пятую сменил.
— Господи... а я думала, ему просто не везёт с женщинами...
— Ему везёт. Просто он их бьёт, и они уходят.
Ира ушла потрясённая. А через неделю её муж Серёжа прекратил дружбу с Игорем.
— Почему ты перестал с ним общаться? — спросил Игорь Серёжу.
— Потому что узнал правду.
— Какую правду?
— Что ты бил Лену.
— Серёга, ну не начинай! Это она тебе наврала!
— Игорь, хватит. Я всё знаю.
— Да что ты знаешь?! Я её любил!
— Любил? Синяками своими показывал?
— Серёга, ты же мужик! Ты понимаешь — женщин надо иногда в рамки ставить!
— Нет, не понимаю. И не хочу понимать.
Игорь остался в одиночестве. Друзья отвернулись, девушки долго не задерживались, родители устали оправдывать сына.
— Игорь, — сказала мама. — А может, тебе к психологу сходить?
— Зачем к психологу? Я нормальный!
— Если нормальный, то почему все женщины от тебя убегают?
— Потому что все женщины сумасшедшие!
— Или потому что ты их бьёшь?
— Мама! И ты туда же!
— Игорь, я твоя мать. Я тебя люблю. Но я не буду закрывать глаза на то, что ты делаешь.
— А что я делаю?
— Ты калечишь женщин. Морально и физически.
— Да ладно! Пару раз толкнул — и уже калечу!
— Игорь, послушай себя. "Пару раз толкнул" — это нормально для тебя?
— А что, все мужики святые? Все иногда срываются!
— Нет, не все. Папа меня за сорок лет ни разу не ударил.
— Папа размазня...
— Папа — мужчина. А ты кто?
Лена тем временем жила полноценной жизнью. Работала, растила сына, была счастлива в браке.
— Мам, а ты не жалеешь, что ушла от первого мужа? — спросил её Максим, когда подрос.
— Не жалею.
— А что было бы, если б не ушла?
— Ты бы рос в семье, где папа бьёт маму.
— И что?
— А то, что дети в таких семьях либо становятся жертвами, либо агрессорами.
— Как это?
— Мальчики думают — можно бить женщин. Девочки думают — надо терпеть побои.
— А я думаю так?
— Нет. Потому что папа Андрей показывает тебе другую модель отношений.
— Мам, а тот мужчина... Игорь... он мой настоящий отец?
— Нет, сынок. Игорь не твой отец.
— А кто мой отец?
— Папа Андрей. Отец — это тот, кто растит ребёнка.
— А кто такой Игорь?
— Игорь — это ошибка из маминой прошлой жизни.
— А он знает, что я есть?
— Знает. Но это неважно.
— Почему неважно?
— Потому что у тебя есть настоящий отец, который тебя любит.
Когда Максиму исполнилось десять лет, он спросил:
— Мама, а можно я встречусь с Игорем?
— Зачем?
— Хочу посмотреть на него.
— Максим, он может оказаться неприятным человеком...
— А я хочу понять, каким ты была до папы.
Лена подумала и согласилась:
— Хорошо. Но я буду рядом.
Встреча произошла в кафе. Игорь постарел, осунулся, выглядел несчастным.
— Максим? — он смотрел на мальчика с удивлением. — Ты мой сын?
— Нет, — чётко ответил Максим. — Я сын Андрея.
— Но я же... мы же с мамой...
— Вы с мамой были женаты. Но отцом не были.
— Как не был отцом?
— А где вы были, когда я родился?
— Я не знал...
— А где были, когда мне было год? Два? Пять?
Игорь молчал.
— Максим, — сказал Игорь. — Я могу быть хорошим отцом...
— Не надо.
— Почему?
— Потому что у меня есть папа.
— Но я твой настоящий отец!
— Настоящий отец — это тот, кто читает сказки, учит кататься на велосипеде, не даёт в обиду.
— Я тоже могу...
— А ещё настоящий отец не бьёт маму.
— Максим, я не бил...
— Врёте.
Лена смотрела на эту сцену и удивлялась мудрости сына.
— Игорь, — сказала она. — Оставь ребёнка в покое.
— Лена, он же мой сын!
— Он сын того, кто его растит.
— Но кровь!
— А что кровь? Кровь даёт генетику, а не любовь.
— Лена, дай мне шанс!
— На что шанс? Ты хочешь быть отцом или хочешь доказать свои права?
— Хочу быть отцом...
— Тогда начни с того, что стань хорошим человеком.
После встречи Максим сказал:
— Мам, я понял, почему ты от него ушла.
— Почему?
— Он злой. И врёт.
— А ты не расстроился, что он не хочет быть твоим отцом?
— Мам, он хочет быть отцом. Но не умеет.
— А в чём разница?
— Хотеть — это про него. А уметь — это про меня.
— То есть?
— Он хочет чувствовать себя отцом. А мне нужен отец, который умеет им быть.
Прошло ещё несколько лет. Игорь так и не изменился. Продолжал менять девушек, обвинять их в разрыве, искать виноватых.
— А знаешь, что я понял? — сказал он приятелю в баре.
— Что?
— Что все женщины одинаковые. Все хотят только денег.
— Игорь, а может, проблема в другом?
— В чём в другом? Я хороший мужик!
— Если хороший, то почему все уходят?
— Потому что они не ценят хороших мужиков!
— А что ты хорошего делаешь?
— Как что? Зарабатываю, обеспечиваю!
— А ещё что?
Игорь задумался и не смог ответить.
Лена к тому времени родила второго ребёнка — дочку Анну. Жизнь была полной и счастливой.
— Мама, — спросил Максим. — А что будет с Игорем?
— Не знаю. Это его выбор.
— А он может измениться?
— Может. Если захочет.
— А он захочет?
— Не думаю. Он не видит проблемы в себе.
— А жалко его?
— Иногда жалко. Но жалость — не повод возвращаться к человеку, который тебя бьёт.
На восемнадцатилетие Максима Игорь прислал открытку:
"Поздравляю с совершеннолетием! Хочу познакомиться ближе."
— Что ответишь? — спросила Лена.
— Ничего не отвечу.
— Почему?
— Потому что восемнадцать лет назад у него была возможность стать отцом. Он выбрал бить маму.
— А если он изменился?
— Мам, люди не меняются за день до чужого дня рождения.
— Но вдруг...
— Мам, ты же сама говорила — не надо жалеть агрессоров.
Лена поняла — сын усвоил главный урок: никто не обязан давать бесконечные шансы человеку, который причиняет боль.
— А ты не боишься стать таким же? — спросила она.
— Боюсь.
— И что делаешь, чтобы не стать?
— Смотрю на папу Андрея и учусь быть мужчиной.
— А что значит "быть мужчиной"?
— Защищать, а не нападать. Поддерживать, а не ломать.
— А если разозлишься?
— Выйду, остыну, вернусь и поговорю.
Когда Максиму исполнилось двадцать пять, он женился. На свадьбе сказал тост:
— Хочу поблагодарить маму за самый важный урок жизни.
— За какой? — спросили гости.
— За то, что она показала — лучше быть одной, чем с тем, кто тебя не уважает.
— А папу Андрея за что благодаришь?
— За то, что показал — настоящий мужчина защищает женщину, а не бьёт её.
— А что пожелаешь молодым? — спросил кто-то из гостей.
— Желаю никогда не бояться друг друга, — ответил Максим. — И помнить — любовь не причиняет боль.
Его жена Катя добавила:
— А ещё желаю всем женщинам помнить — если мужчина поднимает на вас руку, он не ваш мужчина.
— Откуда ты это знаешь? — удивились гости.
— Максим мне рассказал историю своей мамы. И я поняла — какой бы красивой ни была любовь, если в ней есть страх, это не любовь.
Лена сидела за столом и слушала эти слова со слезами на глазах. Её решение уйти от Игоря спасло не только её, но и детей.
— Лена, — сказал Андрей. — О чём думаешь?
— О том, что ты спас нам всем жизнь.
— Как это?
— Показал детям, что мужчина может быть другим.
— А ты спасла им детство, уйдя от Игоря.
— Страшно было тогда...
— Но ты справилась.
— Мы справились.
Игорь к тому времени остался совсем один. В пятьдесят лет — без семьи, без близких друзей, с испорченной репутацией.
— Почему так получилось? — спрашивал он у зеркала.
Но ответа не находил. До сих пор считал, что проблема в женщинах, а не в нём.
Последняя девушка ушла от него после того, как он толкнул её за "неправильный" взгляд на официанта. На прощание она сказала:
— Игорь, вам нужна помощь.
— Какая помощь?
— Психологическая. Вы больны.
— Я не больной! Я нормальный мужик!
— Нормальные мужчины не бьют женщин.
Но даже это не заставило Игоря измениться. Он продолжал искать "правильную" женщину, которая будет терпеть его выходки.
А тем временем в городе работали кризисные центры, горячие линии, группы поддержки для жертв домашнего насилия. И каждая спасённая женщина рассказывала свою историю другим — чтобы они не повторили тех же ошибок.
Максим стал психологом и специализировался на семейных проблемах. К нему приходили женщины с синяками под глазами и историями, похожими на мамину.
— Доктор, — говорили они. — А может, он изменится?
— А сколько времени вы ему даёте на изменения?
— Ну... мы вместе пять лет...
— За пять лет не изменился, за десять изменится?
— А вдруг я сама виновата?
— В чём виновата? В том, что он вас бьёт?
— Ну... я же его довожу иногда...
— А кто доводит его на работе? Он начальника бьёт?
— Нет...
— Тогда проблема не в том, что его доводят, а в том, что он считает возможным вас ударить.
— Но он же любит меня!
— Как проявляется эта любовь? В ударах?
— Нет, он потом извиняется, цветы дарит...
— А зачем извиняться, если можно просто не бить?
— Он не может себя контролировать...
— А на работе контролирует? С друзьями контролирует?
— Контролирует...
— Значит, может. Просто с вами не считает нужным.
Каждая спасённая женщина становилась примером для других. Показывала — можно уйти, можно начать заново, можно быть счастливой.
— А мне уже сорок, кому я нужна? — сомневались некоторые.
— Себе нужны. В первую очередь себе.
— А дети? Они же останутся без отца...
— Лучше без отца, чем с отцом, который бьёт мать.
— А деньги? Как жить без его зарплаты?
— Бедно, но безопасно. А потом наладится.
Анна, дочь Лены, выросла сильной и независимой девочкой.
— Мама, — сказала она в шестнадцать лет. — А что делать, если мальчик попытается меня ударить?
— Сразу уходи. Без разговоров.
— А если он будет извиняться?
— Тем более уходи. Значит, понимает, что делает плохо, но всё равно делает.
— А если скажет, что любит?
— Любовь проявляется в защите, а не в нападении.
— А если будет угрожать?
— Обращайся в полицию.
— Мама, а все мужчины такие?
— Нет. Папа не такой. Максим не такой. Хорошие мужчины не бьют женщин.
Через двадцать лет после ухода от Игоря Лена встретила его случайно на улице. Он постарел, осунулся, выглядел одиноким.
— Лена? — он не поверил своим глазам. — Это ты?
— Это я.
— Ты... хорошо выглядишь...
— Спасибо.
— Слышал, у тебя двое детей...
— Да. Хорошие дети.
— А муж?
— Муж тоже хороший.
Они помолчали.
— Лена, — сказал Игорь. — Прости меня.
— За что?
— За всё. За то, что бил. За то, что портил тебе жизнь.
— Я тебя простила давно.
— Правда?
— Правда. Но это не значит, что я хочу с тобой общаться.
— Лена, а если бы я тогда... если бы не бил... мы бы были вместе?
— Не знаю. Этого не было.
— А ты счастлива?
— Очень счастлива.
— Со мной бы не была счастлива?
— Игорь, со мной можно быть счастливым только тому, кто меня не бьёт.
— Но я же исправился...
— Через двадцать лет исправился?
— Да... понял свои ошибки...
— Это хорошо. Но поздно.
Игорь ушёл, а Лена подумала — как хорошо, что она тогда решилась уйти. Что было бы, если бы осталась?
Максим рос бы в семье, где отец бьёт мать. Анны не было бы вообще — Андрей бы её не родил. А сама она превратилась бы в забитую женщину, которая боится собственной тени.
Вечером за семейным ужином она рассказала о встрече:
— Папа, а что такое домашнее насилие? — спросила Анна.
— Это когда близкий человек причиняет тебе боль, — ответил Андрей.
— Физическую?
— Не только. Может унижать, запрещать встречаться с друзьями, контролировать каждый шаг.
— А почему люди это терпят?
— Потому что боятся остаться одни. Или думают, что виноваты сами.
— А что делать, если с тобой так поступают?
— Уходить. Как мама когда-то ушла от Игоря.
— Мама, — сказал Максим. — А ты жалеешь о тех годах с Игорем?
— Не жалею.
— Почему?
— Потому что они научили меня ценить хорошего мужчину, — она посмотрела на Андрея. — И научили детей отличать любовь от насилия.
— А что бы ты посоветовала женщинам в похожей ситуации?
— Не терпеть. Уходить при первых признаках агрессии.
— А если страшно?
— Страшно всегда. Но страшнее остаться.
— А если говорят, что сами виноваты?
— Никто не виноват в том, что его бьют. Виноват только тот, кто бьёт.
— А главное что?
— Главное помнить — вы достойны любви без страха. Любви без боли. Любви без унижений.
— А если кажется, что никто больше не полюбит?
— Лучше никого, чем того, кто причиняет боль.
— А дети?
— Дети должны расти в безопасности, а не видеть, как родители дерутся.
— А общественное мнение?
— Общественное мнение не поможет, когда больно. А вот решимость уйти — поможет.
Через много лет Лена стала волонтёром в том самом кризисном центре, который когда-то её спас.
— Расскажите свою историю, — просили новые жертвы насилия.
— У меня муж бил два года. Я думала, что виновата сама.
— И как ушли?
— Поняла — проблема не во мне, а в нём.
— А не страшно было?
— Очень страшно. Но ещё страшнее было остаться.
— А что помогло решиться?
— Понимание, что дети не должны видеть, как папа бьёт маму.
— А он пытался вернуть?
— Пытался. Угрожал, упрашивал, обещал измениться.
— И что?
— А что? За два года не изменился, за два месяца изменится?
— А сейчас как живёте?
— Счастливо. У меня хороший муж, взрослые дети.
— А тот... Игорь?
— Остался один. До сих пор не понимает, что был неправ.
— И не жалко его?
— Жалко. Но это его выбор — оставаться таким.
— А что самое важное вы поняли?
Лена задумалась:
— Поняла, что любовь и страх несовместимы.
— Как это?
— Если ты боишься человека — ты его не любишь. Ты от него зависишь.
— А в чём разница?
— Любовь даёт свободу, зависимость — забирает.
— А как отличить?
— Любовь не требует жертв. А зависимость требует жертвовать собой.
Одна из женщин спросила:
— А детям как объяснить, почему ушли от отца?
— Просто. Папа плохо обращался с мамой.
— А если скажут — но он же нас любит?
— Скажите — кто любит, тот не причиняет боль близким.
— А если дети будут винить?
— Пусть лучше винят за уход, чем потом винят за то, что остались.
— А если захотят его видеть?
— Пусть видят. Но в безопасной обстановке, под контролем.
— А вы сыну рассказывали про его биологического отца?
— Рассказала. Когда подрос.
— Как отреагировал?
— Сказал — хорошо, что мама от него ушла.
— Не обиделся?
— За что обижаться? Он же видел, каким бывает хороший отец.
— А дочь?
— Дочь с детства знала — если мужчина поднимает руку, это не мужчина.
В группе была молодая девушка Оксана:
— А мне всего двадцать. У меня впереди вся жизнь...
— Поэтому и нужно уходить, — сказала Лена. — Чтобы жизнь была хорошей.
— А вдруг он последний, кто меня полюбит?
— Оксана, тот, кто бьёт, не любит.
— Но он же ревнует, переживает...
— Ревность — не любовь. Ревность — это собственничество.
— А что тогда любовь?
— Любовь — это когда хотят, чтобы ты была счастлива. А не чтобы была только их.
— Лена Александровна, а сколько времени нужно, чтобы исцелиться?
— От чего исцелиться?
— От страха, от чувства вины, от недоверия к мужчинам...
— У всех по-разному. У меня заняло года два.
— А что помогло?
— Хороший муж, который показал — мужчины бывают другими.
— А если хорошего не встретишь?
— Тогда будешь жить одна. И это лучше, чем с плохим.
После занятий Лена шла домой и думала о пройденном пути. Двадцать пять лет назад она была забитой женщиной, которая боялась собственного мужа. Сейчас — счастливая жена и мать, которая помогает другим найти выход.
— О чём задумалась? — спросил Андрей.
— О том, как всё изменилось.
— К лучшему?
— Намного к лучшему.
— А жалеешь о потраченных годах?
— Нет. Эти годы сделали меня сильнее.
— Андрей, а что бы случилось, если бы я не ушла от Игоря?
— Не знаю. Может быть, убил бы.
— Думаешь?
— Насилие всегда эскалирует. Рано или поздно дошло бы до критической точки.
— А дети?
— Максим стал бы агрессором или жертвой. А Анна бы не родилась.
— Страшно подумать...
— Поэтому не думай. Лучше радуйся тому, что есть сейчас.
На старости лет Лена написала книгу о своём опыте. Назвала её просто: "Как я ушла".
Книга стала популярной среди женщин, переживающих домашнее насилие. Многие писали благодарственные письма:
"Спасибо за то, что показали — можно начать заново."
"Благодаря вашей истории я решилась уйти от мужа."
"Прочитала книгу и поняла — я не одна."
В предисловии к книге Лена написала:
"Эта история не о том, как плохие мужчины обижают хороших женщин. Эта история о том, что у каждого есть выбор — терпеть или изменить жизнь.
Я выбрала изменить. И ни дня не жалею об этом решении.
Если вы читаете эту книгу, потому что находитесь в похожей ситуации, помните — вы достойны любви без страха. Вы достойны уважения. Вы достойны безопасности.
И никто — НИКТО — не имеет права вас бить."
Игорь до конца дней так и не понял, что был неправ. Умер одинокой смертью, обвиняя весь мир в своих неудачах.
На похоронах почти никого не было — только мать и несколько дальних родственников.
— Почему так получилось? — спросила мать у священника.
— Потому что он не умел любить, — ответил тот. — А кто не умеет любить, остаётся один.
Лена узнала о смерти Игоря, но на похороны не пошла.
— Не хочешь проститься? — спросил Андрей.
— Я с ним давно простилась. Двадцать пять лет назад.
— А жалко его?
— Жалко человека, который всю жизнь прожил в злости и не сумел измениться.
— А благодарна ему?
— За что благодарна?
— За то, что научил ценить хорошие отношения.
— Пожалуй, да. В каком-то смысле благодарна.
В завещании Лена написала:
"Детям моим и внукам моим завещаю помнить:
Любовь не причиняет боль.
Семья — это безопасность, а не опасность.
Лучше быть одному, чем с тем, кто тебя не уважает.
Никто не обязан терпеть насилие ради сохранения отношений.
У каждого есть право на счастье.
И ещё — не бойтесь начинать сначала. Иногда сначала лучше, чем продолжение неправильной истории."
Максим и Анна выросли в здоровой семье, создали свои здоровые семьи, воспитали детей в уважении к себе и другим.
Никто из них никого не бил. Никто из них не терпел побои.
История Лены стала семейной легендой — о том, как одно смелое решение изменило судьбы нескольких поколений.
А в кризисном центре до сих пор висит плакат с цитатой из её книги:
"Любовь не причиняет боль. Если больно — это не любовь."
КОНЕЦ