Сон Арианды— появление Розы.
Едва растворился светлый, хрупкий силуэт Вареньки, как зеркало дрогнуло вновь. В воздухе закружился запах дыма, сладковатый аромат вина и пряных трав. И прямо перед Ариандой появилась молодая девушка — черноволосая, с яркими глазами и в расшитой бисером кофте. Её юбка, словно в танце, колыхалась, хотя ветра в комнате не было.
— «Меня звали Роза, — прозвучал глубокий голос, низкий, чуть хрипловатый. — Я была цыганкой. Мы кочевали табором по ярмаркам. Пела, гадала, танцевала. Мужчины смотрели на меня, как на огонь».
Её глаза на миг загорелись огнём былой свободы, но тут же потускнели.
— «Я встретила его у костра. Он подошёл как господин, а говорил как мудрец. Сказал: в твоих руках судьбы людей, но кто скажет тебе твою судьбу? Я поверила… глупая. Он обещал богатство, украшения, вечную молодость. А потом ночью послал людей. Меня схватили, завязали глаза и привели сюда, в этот дом».
Роза резко повела рукой — и Арианда увидела видение. Та же комната, тот же дубовый стол. На нём — бусы, монеты, куски материи, чтобы «заманить» её душу. Колдун стоял с тем же ножом.
— «Он сказал, что моя кровь нужна для завершения числа. Что без женщины с огнём в душе его дочь не вернётся. Я кричала, проклинала его, плевала ему в лицо. Но когда он поднял руки, моё тело перестало слушаться. Моя душа вырвалась и навеки оказалась в этом зеркале. Я не хотела умирать, я хотела танцевать, любить, петь. А теперь я — лишь тень».
Она сделала шаг ближе к Арианде. Её глаза блеснули, и в них был и гнев, и мольба.
— «Помоги нам. Иначе твоя душа станет следующей. Ты должна найти всех, кого он закрыл. Только тогда мы сможем уйти. Мы верим тебе».
Её силуэт задрожал, будто язычок пламени на ветру, и растворился. Но в комнате остался запах костра и тёплая нота цыганской песни — как память о жизни, которую у Розы отняли.
Когда тень Розы растворилась в воздухе, в зеркале вспыхнул другой огонь. На этот раз появился высокий молодой человек — плечистый, с густыми чёрными волосами и смуглой кожей. На нём была простая белая рубаха, расстёгнутая у горла, и тёмный жилет, украшенный вышивкой. Его глаза сверкали — в них был и огонь табора, и неизбывная тоска.
— «Меня звали Михай, — произнёс он, и голос его звучал как струны скрипки. — Я был женихом Розы. Мы должны были обвенчаться осенью, когда табор возвращался в Молдавию. Я берег для неё кольцо, выкованное моим отцом. Я мечтал о доме, о детях, о песнях у костра…»
Его лицо вдруг исказилось болью.
— «Но он… — Михай указал на зеркало, словно видя там лицо колдуна. — Он сказал, что для обряда нужна любовь, такая, что горит ярче пламени. Я бросился защищать её, но меня ударили ножом в спину его люди. Я упал рядом с Розой, и видел, как её душу вырывают из тела. Я умер от боли — не от раны, а от того, что не смог её спасти».
Арианда почувствовала, как её сердце сжимается. Молодой цыган протянул к ней руку — но коснуться её не смог, его пальцы упёрлись в невидимую преграду зеркала.
— «Ты должна завершить то, что я не смог. Освободи её. Освободи нас всех. Тогда мы снова будем вместе, в том мире, где нет боли».
И прежде чем исчезнуть, он положил ладонь на грудь, где когда-то хранил кольцо для своей возлюбленной. На миг в воздухе перед Ариандой блеснул золотой ободок — и исчез вместе с духом Михая.
В комнате повисла тишина. Но в этой тишине Арианда слышала отголоски цыганской скрипки и женский смех — будто где-то вдалеке, в ином мире, Роза и Михай продолжали свой несостоявшийся танец.
Арианда резко открыла глаза. Ей казалось, что она всё ещё слышит протяжные звуки цыганской скрипки и чувствует запах дыма от костра. В комнате было тихо, только где-то за окном ухнула сова, а в камине едва тлели угли.
Она села на постели, сердце билось так, словно она бежала. Но самое странное ждало её на прикроватном столике: маленький золотистый ободок. Тот самый, что мигнул во сне на груди Михая.
Арианда осторожно взяла его в руки. Ободок был прохладным, но тяжёлым, как настоящая вещь. На нём сохранился крошечный узор в виде сплетённых цветов — и это нельзя было спутать с игрой воображения.
«Это знак, — подумала она. — Они не просто приходят ко мне во снах. Их души ищут выход, и я должна им помочь».
В зеркале на другом конце комнаты промелькнуло лёгкое свечение, будто кто-то наблюдал за ней. Арианда прижала кольцо к груди, и в этот момент в её сердце впервые вместо ужаса появилась решимость.
Она понимала: впереди ждёт испытание. Души будут приходить к ней во сне — одна за другой. И каждая принесёт свою историю боли, свою правду. Ей предстояло выслушать их всех и найти способ освободить.
А пока… она снова легла, сжимая в руке кольцо. Сон больше не шёл, но ей казалось, что где-то рядом Роза и Михай уже держат друг друга за руки, благодарно глядя на неё сквозь толщу времени и зеркала.