Глава восемнадцатая (продолжение 2)
Войдя в вестибюль управления, Дмитрий впервые за годы службы в комитете почувствовал себя неуютно: ему вдруг показалось, что дежурный на вахте посмотрел на него как-то по-особому, а идущий навстречу коллега слишком поспешно свернул за угол. «Хватит психовать! – Одернул себя Трунов. – Слишком впечатлительными стали, товарищ подполковник. Слежка ещё ни о чём не говорит. Если она, конечно, была. Бальтазар вполне мог навыдумывать для поднятия авторитета. И потом: даже если за мной ведётся наблюдение, это вовсе не значит, что вся контора в курсе. - Он остановился у двери собственного кабинета, взглянул на табличку и с досадой передёрнул плечами. – О чём это я? Петрович не станет выдумывать. Не тот человек, и авторитета у него более чем достаточно. Интересно, это я кому-то дорогу перешёл или всё-таки Новиков? Обидно. Даже в голову не пришло оглянуться, когда на загородное шоссе свернули. Безалаберность? Нет, брат! Ты просто-напросто возомнил себя высококлассным профессионалом и забил на уроки Фёдора Ивановича».
Затратив полчаса на привидение себя в порядок, Дмитрий переговорил по телефону с женой, мысленно поблагодарив её за отсутствие лишних вопросов, бегло пролистал ежедневник и только после этого набрал номер Коробова.
- У аппарата. – Через три секунды отозвался голос Павла, в котором слышалось лёгкое волнение.
- Доброе утро! – С облегчением выдохнул Трунов. Он не был уверен, что застанет парня дома, и поэтому вдруг обмолвился, как будто разговаривал с близким приятелем. – Как жизнь молодая?
- Нормально. – Явно озадачился Пашка и тут же насторожился. – Что-нибудь случилось, Дмитрий Игоревич?
- Ну почему обязательно «случилось»?
Дмитрий совершенно неожиданно почувствовал кураж. «Ничего. Пусть коллеги послушают. – Заговорщицки подмигнул он своему отражению в окне. – Небольшое отклонение от правил только убедит их, что я не в курсе».
- Просто разговор к тебе есть. На сто целковых. – Продолжил он фамильярным тоном. - Ты когда на адрес сможешь подскочить? В час уложишься?
- На адрес я не могу. – Решительно заявил Коробов. – У меня дела с дипруком. Притом надолго. Диплом, знаете ли на носу.
- Ты часом ничего не перепутал? – Спросил Трунов не строго, а даже с какой-то смешинкой в голосе.
- Абсолютно! – С той же решимостью отрезал подшефный. – Мой руководитель - мужчина чересчур занятой. Так что, если нельзя перенести на завтра, давайте тогда в кафе, что напротив консерватории, пересечёмся. А что? Тепло, уютно и народу раз-два и обчёлся. Кофе и пирожные за мой счёт. Премию заодно обмоем.
- Не борзей, сержант! – Как бы рассердился Дмитрий Игоревич. На самом деле в эту минуту он чувствовал невероятную лёгкость на сердце. – Ладно. Твоя взяла. Диплом - дело святое. До встречи, сержант!
- До встречи, товарищ капитан.
***
- Чего это сексот клиента «капитаном» обозвал? – Недоумённо взглянул оператор на напарника. – Тот же вроде подполковник?
- Оно тебе надо? Пусть начальство само разбирается в ихних заморочках.
- И то верно. Передай старшему, что у объекта контакт намечается.
***
«Спасибо Олегу. – Рассуждал Пашка, собираясь на выход. – Его школа. На квартире я бы не смог Димона предупредить. Скорее всего, там не только прослушка, но и камеры по всем углам стоят. Интересно, сильно Трунов на капитана обиделся? Перетерпит. Нечего было про армию вспоминать. Наверное, дистанцию решил обозначить. Всё в тему: он про субординацию, а я про афганское прошлое. Будем считать, квиты».
***
Трунов решил не проверяться. Он вполне резонно рассудил, что неожиданная осторожность с его стороны только раззадорит инициатора слежки. «Пусть себе развлекаются. – Думал Дмитрий Игоревич, неторопливо шагая в сторону улицы Герцена. – Мне скрывать нечего, кроме встречи с Бальтазаром. Кстати, надо будет обсудить с ним эту тему на случай, если спросят, чего ради я на ночь глядя попёрся за город. Пашка всё-таки молодец! Нахал, конечно, но всё равно молодец. Напомнил, что я совсем недавно … вернее, не так давно танковой ротой в Афгане командовал. Всего одно слово, а я как будто снова капитаном по трапу самолёта в Ташкенте спускаюсь. Счастливое время было! И почему я этого не замечал? Не было с чем сравнивать, вот и не замечал».
Дмитрий вошёл в небольшой зал и сразу увидел Коробова. Тот сидел в углу у окна, обсуждая с молодой официанткой то ли заказ, то ли возможность свидания. Заметив Трунова, Пашка резво поднялся, принял строевую стойку и, совершенно не стесняясь присутствия ошарашенной девушки, вскинул руку в приветствии.
- К пустой голове руку не прикладывают. – Буркнул Дмитрий Игоревич больше по инерции, чем в осуждение. – Забыл, что ли?
- Как такое можно забыть? – Удивился Пашка. – Захочешь - не забудешь. Сейчас это называется тупым армейским юмором, но мне почему-то нравится.
- Не тебе одному. Ладно. Давай к делу перейдём.
- К делу, так к делу. Я в полном вашем распоряжении.
***
Коробов вслушивался в негромкую речь Трунова и не мог сообразить, как предупредить его о слежке. Все варианты, которые крутились у него в голове по дороге к месту встречи, сейчас казались ему никуда не годными. «Надо как-то вскользь намекнуть, - думал он, старательно изображая внимание, - чтоб Разведку не подставить. Димону я, конечно, доверяю, но, судя по рассказам Олега, отношения между ними не сильно братские. Это сегодня Трунова почему-то на ностальгию повело. А завтра? Он же не дурак. Обязательно догадается, откуда ноги растут. И что из этого? Пусть себе догадывается. Сдаст Олега, сдаст меня. Короче, те же самые орёл и решка. Скажу напрямую. А дальше будь что будет. Только не сейчас, а чуть попозже».
- Ну как? – В упор взглянул Дмитрий Игоревич. – Потянешь?
- От меня мало что зависит. – Рассудительно заметил Пашка. - Материал я подготовлю, передам вам на ознакомление, внесу нужные правки, потом вручу Абаринову. А дальше шефу решать: захочет - подпишет, не захочет - в ящик поглубже засунет. Короче, пятьдесят на пятьдесят.
— Это уже не твоя забота. – Повеселел Трунов. – Ты мне лучше расскажи, как объяснишь шефу происхождение материалов.
- Никак. Он даже спрашивать не станет. В независимой всё на западный манер организовано. Миссия, тимбилдинг и прочая канитель. Отсюда и позиция руководства: журналист имеет полное право не раскрывать источник информации. Кстати, у нас в прошлом году тоже закон о печати приняли. Так что в этом смысле я со всех сторон прикрыт.
- Выходит, наше руководство ещё по старинке живёт? – Опрометчиво вырвалось у Трунова.
- Не «наше», а ваше, Дмитрий Игоревич. – Поправил Павел, почувствовав, как ускорилось сердце. – Руководству свойственно чудить. – Как бы невпопад продолжил он, глядя в глаза собеседника. – Кстати, Дмитрий Игоревич. Вы в последнее время ничего странного за собой не замечали?
- Намекаешь, что у меня с головой не всё в порядке? – Усмехнулся Трунов, не сразу вникнув в скрытый смысл пашкиных слов. – Ты сейчас о чём? – встревожился он через мгновенье. – Я правильно тебя понял?
- По-моему, да. – С облегчением выдохнул Коробов. У него будто гора с плеч свалилась. – Только вопросов больше не задавайте. Ладно?
— Значит, говоришь, закон о печати? – Задумчиво переспросил Дмитрий Игоревич. – Не думал, что так просто сложится. Я тебе на всякий пожарный вырезку из одной районной газеты приложил. Почитай на досуге. Не в смысле оправданий перед Абариновым, а чтобы тебя ненароком в плагиате не обвинили. Как думаешь, успеешь к двенадцатому февраля? Ложка хороша к обеду.
- За восемь-то дней? Конечно, успею. Даже не сомневайтесь. Сегодня же займусь.
- А как же дипрук? – С иронией поинтересовался Трунов. Теперь он уже точно знал, почему Павел отказался от встречи на служебной квартире.
- Какой дипрук? Причём здесь дипрук? – Непонимающе взглянул Коробов и тут же спохватился. – А … вы об этом? Разберусь. В конце концов, мне по ночам лучше пишется. Вы извините, но мне, пожалуй, пора. Дипломный руководитель, понимаете ли, слишком занятой.
- Не смею задерживать. Ступай себе с миром, Павел Юрьевич. За кофе и пирожные я сам рассчитаюсь.
***
«Блин! – С огорчением думал Пашка. – Как неудобно с дипруком получилось! Не в том смысле, что Димону лапши навешал. А в том, что контроль над собой потерял. Расслабился не вовремя. Трунов-то как раз всё правильно понял. Ладно. Как говорится, век живи, век учись. У того же Дмитрия Игоревича, кстати. Мастерски он вывернулся. Сразу к закону о печати перешёл. Он, безусловно, догадался про Разведку. Откуда ещё я мог узнать про наружку? Только от Олега. Догадался. Но я уверен, что в случае чего сдавать ни меня, ни Фролова не станет. Интересно, что скажет Фрол? Он ведь тоже понимает, чем рискнул. Скорей бы воскресенье наступило».
***
«Ничего не понимаю. – Размышлял Трунов, оставшись единственным посетителем небольшого кафе. – По всем раскладам получается, что наружку за мной пустили не так давно. Иначе Фролов раньше бы сообщил Павлу, а тот, соответственно, мне. Интересно, как рыжий узнал? Коллеги проболтались? Вряд ли. У них с этим строго. Скорее всего, случайно. Впрочем, какая мне разница? Получается, дело во мне, а не в Бальтазаре. Или решили убедиться, что я не метнусь в американское посольство с дискетой? Бред какой-то. Надо всё хорошенько обдумать».
***
- Объект закончил встречу с контактом и направляется в контору. – Сообщил оперативник по радиостанции. – За контактом продолжать?
- Нет. Инициатор сказал, не стоит. Удалось записать разговор?
- Без вариантов. Кафе маленькое и пустое. Не зайдешь. В момент срисуют. А стёкла лет сто не мыли. Аппаратура не взяла. Какие наши действия?
- Отбой. Возвращайтесь на базу.
Предыдущая часть. https://dzen.ru/a/aLPuAbtcORy6z0lX
Повести и рассказы «афганского» цикла Николая Шамрина, а также обе книги романа «Баловень» опубликованы на портале «Литрес.ру» https://www.litres.ru/