Найти в Дзене
Парадокс

ХРАНИТЕЛЬНИЦА ДВУХ МИРОВ

В одном далеком королевстве, где горы касались облаков, а реки пели свои древние песни, родилась девочка с серебристыми волосами и глазами цвета индиго. Назвали её Леамина. Судьба распорядилась так, что попала малышка в дом, где не знали, что такое нежность и ласка. Холодные взгляды встречали Леамину каждое утро, резкие слова сопровождали каждый её шаг. Вместо колыбельных — упреки, вместо объятий — отчуждение. Девочка росла, как дикий цветок среди камней, впитывая суровость окружающего мира и пряча свою хрупкую душу глубоко внутри. Когда Леамине исполнилось шестнадцать зим, судьба привела её в дом семьи музыкантов. Их руки, привыкшие к нежным прикосновениям струн, были бережны и в обращении с людьми. Их голоса, умеющие петь самые сокровенные мелодии, говорили тихо и ласково. — Останься с нами, Леамина, — предложили они, — мы научим тебя музыке ветра и танцам звёзд. Но сердце девушки, закованное в лёд недоверия, испугалось этой неведомой нежности. Она увидела в доброте лишь новую форму

В одном далеком королевстве, где горы касались облаков, а реки пели свои древние песни, родилась девочка с серебристыми волосами и глазами цвета индиго. Назвали её Леамина. Судьба распорядилась так, что попала малышка в дом, где не знали, что такое нежность и ласка.

Холодные взгляды встречали Леамину каждое утро, резкие слова сопровождали каждый её шаг. Вместо колыбельных — упреки, вместо объятий — отчуждение. Девочка росла, как дикий цветок среди камней, впитывая суровость окружающего мира и пряча свою хрупкую душу глубоко внутри.

Когда Леамине исполнилось шестнадцать зим, судьба привела её в дом семьи музыкантов. Их руки, привыкшие к нежным прикосновениям струн, были бережны и в обращении с людьми. Их голоса, умеющие петь самые сокровенные мелодии, говорили тихо и ласково.

— Останься с нами, Леамина, — предложили они, — мы научим тебя музыке ветра и танцам звёзд.

Но сердце девушки, закованное в лёд недоверия, испугалось этой неведомой нежности. Она увидела в доброте лишь новую форму обмана, в протянутой руке — скрытую угрозу.

В ночь полнолуния Леамина сбежала в Заповедный лес, где среди древних деревьев стоял заброшенный замок. Колдовские силы, дремавшие в её душе, пробудились от боли и страха. Тёмная магия заструилась по её венам, превращая серебристые волосы в вороново крыло, а глаза — в два холодных изумруда.

— Отныне я — Ведьма Северного Огня! — провозгласила она, и эхо разнесло её слова по пустым залам замка. — И никто больше не коснётся моего сердца!

Шли годы. Замок оброс колючим шиповником, а слава о могущественной ведьме расползлась по всему королевству. Люди обходили Заповедный лес стороной, а Леамина погружалась всё глубже в свою горькую магию, созданную из отвергнутой любви.

Однажды в зимний вечер, когда снег укрывал мир серебристым покрывалом, в дверь замка постучали. На пороге стоял старец в одеждах цвета мха и коры, с глазами, глубокими как лесные озёра.

— Я Хранитель этого леса, — сказал он спокойно, не испугавшись гневного взгляда ведьмы. — И пришёл рассказать тебе правду, Леамина.

— Моё имя забыто, старик. Уходи, пока мои вороны не выклевали твои мудрые глаза!

— Твоё истинное имя никогда не будет забыто, дитя звёзд, — улыбнулся Хранитель. — Ты не та, кем себя считаешь. В ночь твоего рождения злые Духи Забвения похитили твою судьбу и подменили твой путь. Они боялись твоего дара — способности видеть и исцелять сердца. Поэтому ты оказалась в доме без любви.

Слова старца проникли сквозь броню ведьмы, затронув что-то давно забытое в глубине души. Впервые за многие годы Леамина почувствовала не гнев, а печаль — чистую и пронзительную.

— Если это правда, то что мне делать? — спросила она, и голос её звучал уже не так холодно.

— Найти Хранительницу Любви. Она живёт на границе миров, там, где встречаются закат и рассвет. Только она сможет вернуть твою истинную судьбу.

Так началось путешествие Ведьмы Северного Огня. Она шла сквозь метели и бури, через опасные болота и заколдованные рощи. Чёрная магия отступала с каждым шагом, обнажая уязвимость и боль, которые прятались под ней.

На седьмой день пути, когда последние силы покидали Леамину, она достигла озера, воды которого меняли цвет от рубинового до золотого. На берегу стояла женщина, окутанная светом, подобным утренней заре.

— Я ждала тебя, Леамина, — сказала Хранительница Любви голосом, напоминающим журчание весеннего ручья. — Твоё сердце проделало долгий путь.

— Я больше не знаю, кто я, — призналась Леамина. — Ведьма растворяется во мне, но кто приходит ей на смену?

Хранительница протянула руку и коснулась лба Леамины:

— Посмотри в воды озера и увидишь свою истинную сущность.

Леамина склонилась над гладью вод и увидела не чёрные волосы и зелёные глаза ведьмы, а своё детское лицо с серебристыми локонами и глазами цвета утреннего неба. А потом образ изменился, и она увидела себя — женщину, держащую в одной руке книгу с золотыми страницами, а в другой — чашу с тёмной водой.

— Ты — Хранительница знаний о добре и зле, — объяснила женщина. — Твоя боль не была случайной. Она научила тебя видеть оба мира — свет и тень, любовь и страх. Теперь ты можешь помогать тем, кто заблудился между ними, как когда-то ты сама.

Слезы покатились по щекам Леамина, и с каждой слезой смывалась горечь прошлого. Хранительница Любви обняла её, и впервые Леамина не отпрянула от прикосновения. Тепло разлилось по её телу, исцеляя старые раны и пробуждая забытую нежность.

Когда Леамина вернулась в свой замок, шиповник вокруг него расцвёл белыми розами, а тёмные залы наполнились светом. Люди из окрестных деревень перестали бояться Заповедного леса. Они приходили к Леамина со своими бедами и радостями, и она, познавшая обе стороны жизни, находила слова мудрости для каждого.

А по ночам, когда замок затихал, Леамина выходила в сад и смотрела на звезды. Они мерцали так же, как мерцали свечи в домах тех, кому она помогла найти путь к собственному сердцу. И это было самое прекрасное колдовство из всех.