Рай и далее / L'Eden et apres. Франция-Чехословакия, 1970. Режиссер и сценарист Ален Роб-Грийе. Актеры: Катрин Журдан, Лоррен Ранер, Сильвен Кортни, Катрин Роб-Грийе и др. Премьера: 22 апреля 1970. Кинопрокат во Франции: 22,0 тыс. зрителей.
Конечно, условия кинорынка 1960-х в какой-то мере способствовали замыслу, процессу создания и прокату авторских фильмов знаменитого французского писателя и режиссера Алена Роб-Грийе (1922-2008).
В той или иной степени «незыблемость» традиционного реализма на экране расшатали в конце 1950-х – начале 1960-х французская «новая волна» (особенно это касается фильмов Ж.-Л. Годара), фильмы Ф. Феллини («Сладкая жизнь», «8 ½»), М. Антониони («Приключение», «Ночь»), Л. Бунюэля («Виридиана»), И. Бергмана («Земляничная поляна»). Вот почему часть аудитории воспринимала радикальные эксперименты со структурой и жанрами медиатекстов вполне лояльно. Такого рода изменения в социокультурной ситуации ощутили и некоторые продюсеры и дистрибьюторы, которые взяли на себя финансовые риски производства и проката фильмов Алена Роб-Грийе и его современников-экспериментаторов.
Разумеется, это никоим образом не касалось консервативного и идеологически ангажированного советского проката, где фильмы Алена Роб-Грийе (как, впрочем, и Жана-Люка Годара) не шли никогда. Интеллектуальной элите СССР фильмы А. Роб-Грийе были доступны лишь на закрытых просмотрах «для служебного пользования» и в заграничных командировках.
Вместе с тем, в европейских странах так называемого «социалистического лагеря» отношение к его творчеству не было однородным.
К примеру, чехословацкие власти позволили Алену Роб-Грийе снимать свои авангардные фильмы не только в самом свободном для ЧССР в политическом отношении 1968 году («Человек, который лжет»), но и после ввода советских войск в Прагу и, соответственно, после смены руководства в стране («Рай и далее», 1970).
В фильме «Рай и далее» (1970) Ален Роб-Грийе выстраивает декорацию ультрамодного по тем временам студенческого кафе из стекла и металла.
С самого начала, ещё в титрах А. Роб-Грийе заявляет здесь не профессиональную принадлежность участников участвовавшие в создании произведения, а своего рода ключевые образы / знаки медиатекста: архитектура, композиция, макияж, режущие предметы, игры, клеящие материалы, текущая кровь, сексуальное насилие, лабиринт, убийство, игра в карты, расстояние, театральность, фантазм и т.д. [Виноградов, 2010: 280-281].
И мы снова ощущаем зыбкую недостоверность «персонажей» Алена Роб-Грийе, что подчеркивается неестественной для традиционного кинематографа актерской манерой: театрализованными позами, жестами, мимикой (иногда здесь можно ощутить высокомерное презрение к остальному миру), и часто – ровным нейтральным тоном речи, без интонационного выделения слова или слогов.
Не зря же Ален Роб-Грией писал, что «единственным имеющим значение «персонажем» является зритель, именно в его голове разворачивается вся история, именно он ее воображает [Роб-Грийе, 2005: 598].
И это полностью соответствует основной авторской концепции мастера: любой его фильм не отражает и не может отражать внешнюю реальность, он сам - своя собственная, своего рода виртуальная реальность.
Киновед Александр Федоров
Н. взял кости… / N. a pris les des... Франция, 1971. Режиссер и сценарист Ален Роб-Грийе. Актеры: Актеры: Катрин Журдан, Лоррен Ранер, Сильвен Кортни и др. Перемонтированный вариант фильма «Рай и далее» (L'Eden et apres, 1970). Премьера: 1971.
Знаменитому французскому писателю и режиссеру Алену Роб-Грийе (1922-2008) почему-то показалось, что его фильм «Рай и далее / L'Eden et apres. Франция-Чехословакия, 1970) нуждается в переосмыслении и перемонтаже.
Так возник фильм под названием «Н. взял кости…» (1971), где были те же герои, и где, как и прежде, всё было вопреки традиционной структуре реалистического произведения: здесь нет классического сюжета с четким делением на завязку, кульминацию и развязку, нет психологических и социальных мотивировок, здесь всё обман, двусмысленность, отрицание догматичной окаменелости и однозначности.
Как и прежде, Ален Роб-Грийе разрушал традиционный образ персонажа-личности, плода воспитания и среды. Вместо этого возникли «как бы персонажи» - фантомы, «двойники», чья призрачность, исчезновение и появление, обманчивая зыбкость постоянно подчеркивается (в том числе и аудиовизуально). Их поведение лишено психологической мотивации и привычной логики и зависит исключительно от авторской воли, игры, фантазии. Они размыты, неопределенны, недостоверны/фальшивы, постоянно перестраивается по ходу повествования вплоть до того, что выходят за рамки даже изначально намеченного контура, рассеиваются на «множество похожих друг на друга и неидентичных самим себе действующих лиц. Действующие лица множатся, каждый из них «забирает» часть одного образа. Они как будто дополняют друг друга, представляют собой разные проявления, стороны, черты единого персонажа. Но эти отдельные составляющие не формируют целостный образ, персонаж распадается, рассыпается на «осколки» [Савельева, 2008: 9-10].
Кроме того, не будем забывать, что в произведениях А.Роб-Грийе принципиально отсутствуют такие привычные понятия, как «положительный» и «отрицательный» персонажи. Не проявляет автор и традиционного для классического искусства авторского сочувствия к тем или иных «фигурам на ландшафте»…
«Персонажи» А. Роб-Грийе никогда не говорят о политике или социальных проблемах. Вот их характерные фразы-аллюзии: «Прошлое легко изменить, но вот перед будущим мы всегда остаёмся бессильны», «Я найду Вас, когда захочется. Сегодня ночью, а, может быть, никогда, или вчера… Время не существует для меня», «Любые сновидения эротичны», «Если я воображу, что красивый блондин мчится сейчас по ночному шоссе на большом красивом мотоцикле, это станет реальностью немедленно».
Киновед Александр Федоров
Постепенное скольжение к наслаждению / Glissements progressifs du plaisir. Франция, 1974. Режиссер и сценарист Ален Роб-Грийе. Актеры: Аньес Альвина, Ольга Жарж-Пико, Мишель Лонсдаль, Жан-Луи Трентиньян, Жан Мартен, Изабель Юппер, Ален Роб-Грийе, Катрин Роб-Грийе и др. Премьера: 8 марта 1974. Кинопрокат во Франции: 0,3 млн. зрителей.
Развитие действия произведений знаменитого французского писателя и режиссера Алена Роб-Грийе (1922-2008) можно сравнить не только с изощренной компьютерной игрой поиска и расследования (web-quest), но и с «водяной воронкой: чем ближе подходишь к разгадке, тем больше сужаются круги, тем быстрее несет водоворот, а в результате падаешь в пустоту. Ассоциативно это представляет собой еще и ловушку или лабиринт: чем дальше забираешься, тем труднее выбраться назад [Акимова, 2001: 7].
И всё это в лабиринте самоидентификации призрачных «персонажей», их пере/раздеванием, (не)узнаванием, встречей / разлукой, смертью / воскрешением, поиском / обретением, наслаждением / мучением, пленением / освобождением…
Таков и фильм «Постепенное скольжение к наслаждению». Как и иных произведениях А. Роб-Грийе тут возникали «лейтмотивные» визуальные образы: загадочная архитектура, лабиринты, зыбкие отпечатки, раздвоение / расщепление, «вечное возвращение», предметы-рифмы; фотографии / картины, неподвижные фигуры, образующие строгие композиции; женщина-объект желания; женщина-пленница; угроза насилия, отравление, кровь (или нечто похожее на кровь), изображение / иллюзия акта насилия … и пр., поданные на экране в смещении реальности и грезы, создающие ощущение иллюзорности всего происходящего [Виноградов, 2010: 279, 281]. Все это, бесспорно, помогает игре звуковых и изобразительных символов-знаков, на которой строится структура монтажа аудиовизуальных медиатекстов А. Роб-Грийе.
При этом здесь, как и других в его фильмах, часто осуществляется переход в визуальный ряд «классических» сцен, чаще всего украшающих цветные обложки серийных изданий, из тех, что обычно прячутся в «глухих уголках привокзальных книжных и газетных киосков» [Роб-Грийе, 2005: 237].
Изображения «персонажей»-фантомов нередко даются в нарочитой статике, сопровождаемой закадровым звуковым рядом, или отстраненными, холодными голосовыми интонациями. Речь здесь теряет свою смысловую и эмоциональную наполненность, лишается коммуникативного значения [Гапон, 1997, с.75].
Кроме того, актеры в фильмах Алена Роб-Грийе, вопреки традиции, часто и подолгу смотрят в камеру. Все эти нарушения привычных аудиовизуальных условностей нередко вызывает отторжение у консервативной части аудитории.
Из экстремальных ситуациях, изложенных выше, «персонажи» А. Роб-Грийе пытаются как-то выпутаться, выбраться, они могут расследовать ход событий, что-то объяснить. Ведь часто под угрозой оказывается их собственная жизнь… Словом, «тревога — это неуверенность. Свобода порождает тревогу. Отчаяние — это отсутствие возможностей» [Роб-Грийе, 2002].
Однако, как правило, все эти попытки затягивают «персонажей» в сновиденческий лабиринт с иллюзорными возможностями выхода…
Киновед Александр Федоров