В начале августа от мамы Никиты пришло короткое сообщение: «Никита погиб».
А дальше – оглушающая тишина.
Пол года боец числился без вести пропавшим. И вот нашли… Опознание проходило по видеосвязи. Запредельно жутко. Такого никому не пожелаешь, особенно близким погибшего.
Позже узнала, что он погиб ещё тогда, в начале зимы, когда перестал выходить на связь. Это было его первое боевое задание.
Бой был страшный. Из шестидесяти человек вернулось девять раненых. Никиты среди них не было. Никто и никогда не узнает, как он погиб и что пережил перед смертью.
Не могу поверить, что мы больше никогда не поговорим, не поспорим, не посмеёмся…
В Никите всегда были тяга к руководству, организации и заботе. Иногда они так искусно маскировались под пренебрежение к окружающим, что он сам в это верил. Когда-то я сказала ему: «Если считаешь себя пастухом, то ты в ответе за всё стадо». Он долго думал над этими словами, а потом поступил в волонтёрский отряд техникума, которым я руководила. И выполнял свою работу отменно – ответственно, организованно, чётко. После выпуска он не раз предлагал что-то создать, придумать, реорганизовать в техникуме. У него были прекрасные аналитические способности.
А ещё Никита писал стихи. По вечерам мы состязались с ним в тематическом рифмоплётстве. Ему была интересна техника поэтического выражения мыслей. В переписке мы придумывали тему, а через час делились готовыми рифмами. Лучшие стихи я публиковала в периодическом издании техникума – литературном альманахе «Ассоль».
Как жаль, до слёз, до безумия, что жизнь ему, как и другим моим мальчишкам, досталась такая короткая.
Несколько недель войны и его больше нет. А ведь он был профессиональным военным. Даёт ли это что-то на войне? Как повезёт…
Вечная память герою.