Письмо из банка пришло в субботу утром. Я пила кофе, Роман читал новости в планшете.
Вскрыла конверт небрежно — думала, очередная реклама.
"Уважаемая Валентина Петровна! Уведомляем вас о просрочке платежа по кредиту №447829 на сумму 800 000 рублей. Созаемщик — Степанов Роман Игоревич".
Кофе пролился на скатерть.
— Ром, что за кредит?
Он поднял глаза от планшета.
— Какой кредит?
Протянула письмо. Читал долго, переворачивал, снова читал.
— Валя, это ошибка. Мы никаких кредитов не брали.
— Тут наши паспортные данные. Всё правильно.
— Ошибка банка! В понедельник разберёмся.
Но червячок сомнения уже точил. Восемьсот тысяч — немаленькая сумма.
Позвонила на горячую линию банка.
— Кредит оформлен три месяца назад. На покупку автомобиля. Получатель — Степанова Кристина Романовна.
Степанова Кристина Романовна. Дочь Романа? Но у нас нет детей. За двадцать лет брака не получилось.
— Простите, кто получатель? — переспросила.
— Степанова К.Р., указана как дочь заёмщика.
Положила трубку. Роман сидел бледный.
— Ром, кто такая Кристина?
— Не знаю. Ошибка какая-то.
— Кристина Романовна. Романовна — это отчество от имени Роман.
— Совпадение!
Но глаза бегают, руки нервно барабанят по столу.
Полезла в интернет. Набрала "Степанова Кристина Романовна".
Нашлась страница в соцсетях. Девушке двадцать два года. Красивая, яркая. Учится в медицинском.
В друзьях — Роман Степанов. Мой муж.
Открыла его страницу. Я про неё не знала — Роман говорил, соцсети не любит.
Фотографии. Роман с Кристиной. Подпись: "С любимой дочкой".
Дочкой. Двадцать два года.
Двадцать три года назад мы только поженились. Год встречались до свадьбы.
Показала телефон Роману.
— Это кто?
Молчит. Смотрит в пол.
— Роман!
— Валя, я хотел сказать. Много раз хотел.
— Что сказать? Что у тебя есть дочь?
— Да.
Просто "да". Двадцать два года вранья в одном слове.
— От кого?
— От Марины. Мы встречались до тебя.
— И что?
— Она забеременела. Я уже с тобой был. Не мог бросить ни вас, ни её.
— И решил врать обеим?
— Марина знала про тебя. Согласилась растить Кристину одна.
— А деньги?
— Помогал. Как мог.
Как мог. А теперь кредит на восемьсот тысяч.
— Машину дочке купил?
— Она учится хорошо. Красный диплом будет. Обещал...
— На наши с тобой деньги обещал?
— Валя, пойми...
— Что понять? Что ты двадцать два года врал?
Встала, пошла в спальню. Начала собирать вещи.
— Валя, ты куда?
— К сестре. Подумать надо.
— Валя, давай поговорим!
— О чём говорить? О том, как ты скрывал ребёнка? Или как кредит на нас повесил?
— Я выплачу!
— Чем? У тебя зарплата пятьдесят тысяч.
Роман — менеджер в мебельном магазине. Я — бухгалтер в поликлинике. Живём скромно, откладываем на старость.
Уехала к сестре Ольге. Она в области живёт, свой дом.
— Валька, ты чего бледная? — встретила на пороге.
Рассказала. Ольга ахнула.
— Вот подлец! Двадцать два года молчал!
— Оль, что делать?
— Разводись! Что тут думать!
— Но мы столько лет вместе...
— И все эти годы он врал!
Вечером Роман позвонил.
— Валя, вернись. Давай всё обсудим.
— Что обсуждать?
— Ну... будущее.
— У нас нет общего будущего, Роман.
— Валя, не руби с плеча!
— Я двадцать два года не рубила. Хватит.
Через неделю встретились. В кафе, на нейтральной территории.
Роман похудел, осунулся.
— Валя, прости меня.
— За что простить? За ложь? За скрытого ребёнка? За кредит?
— Я хотел как лучше.
— Для кого лучше?
— Для всех. Чтобы никто не страдал.
— И в итоге страдают все.
— Кристина ни в чём не виновата.
— Знаю. Но и я не виновата.
— Валя, может, попробуем начать честно? Познакомлю вас...
— Нет, Роман. Поздно.
— Но почему?
— Потому что доверие убито. Навсегда.
Подала на развод. И заявление в банк — оспаривать кредит.
Юрист сказала:
— Если не давали согласие, можем попробовать. Но сложно — подпись похожа.
— Он подделал?
— Возможно. Или вы подписали, не читая.
Вспомнила. Три месяца назад Роман приносил какие-то документы. Сказал — страховка на машину.
Подписала не глядя. Доверяла ведь.
В суде Роман признался:
— Да, я обманул. Но кредит буду платить сам!
Судья — мужчина лет шестидесяти — покачал головой:
— Гражданин Степанов, вы понимаете, что это мошенничество?
— Я верну всё!
— Это решит следствие.
Развели нас быстро. Имущество поделили. Кредит повесили на Романа — суд признал обман.
Квартира досталась мне — родительская, добрачная.
Прошёл год.
Живу одна. Спокойно, размеренно.
Роман, слышала, с Мариной сошёлся. Воспитывают Кристину вместе. Запоздалое семейное счастье.
Кредит выплачивает. Устроился на вторую работу, по ночам таксует.
Кристина написала мне недавно:
"Валентина Петровна, простите нас. Я не знала, что папа скрывает меня от вас".
Ответила:
"Кристина, ты ни в чём не виновата. Живи счастливо".
И правда — пусть живёт. Девочка хорошая, не её вина.
На работе познакомилась с новым врачом — Павел Сергеевич, травматолог. Вдовец, спокойный, надёжный.
— Валентина Петровна, может, в кино сходим? — пригласил после полугода знакомства.
— Давайте.
Ходим в кино, в театр, в музеи. Неспешно, без обязательств.
— Валентина, вы мне очень нравитесь, — сказал вчера.
— Вы мне тоже, Павел.
— Может, будем на "ты"?
— Давай.
Маленький шаг. Но важный.
К доверию иду маленькими шагами. После двадцати двух лет обмана по-другому не могу.
Ольга смеётся:
— Валька, ты помолодела!
— Правда?
— Честное слово! Глаза блестят!
И правда — в зеркале другой человек. Свободный, честный, настоящий.
Роман видел недавно. Случайно, в магазине.
— Валя, ты красивая стала.
— Спасибо.
— Счастлива?
— Учусь быть счастливой. Честно.
— Прости меня.
— Прощаю. Иди к своей семье.
И он пошёл. К настоящей семье, которую скрывал двадцать два года.
А у меня — своя жизнь. Без тайн, без лжи, без скрытых детей и кредитов.
Чистая, как белый лист.
На котором я сама пишу свою историю.
Честную историю.