Я начала читать с таким вроде как фоном великодушной снисходительности - жанровая литература, экшн, что с них взять, с авторов. Да и сюжет знаю, в свете этого наверняка будет читаться как вариант сценария (думала я). Я даже знала о трагическом повороте, которого не было в фильме, и была к нему готова.
Прочитано в рамках марафона Библио Графии:
И вот я дочитала, и состояние у меня - вау, а ведь это настоящая литература, документ двух эпох - сороковых и, представьте себе, семидесятых, времени, когда создавалась книга. Это увлекательное чтение и беспощадный анализ очень важной жизненной сферы в безупречном художественном воплощении. По-моему, так.
Финал просто архетипический - мужчина, воин, победивший, но опустошённый, с выжженной душой - и осиротевший ребёнок на его руках. Может, у Вайнеров такой образ возник под влиянием Шолохова ("Судьба человека"). А может, само получилось, по неизвестным мне причинам. Но это сильно - и у Шолохова, и у Вайнеров.
Содержание рассказывать странно, все его знают, так что сосредоточимся на персонажах. Роман написан от лица Шарапова. В книге - да, ему двадцать два года. Но он боевой офицер, он из военной разведки, и в книге он более зрелый человек, внутренне он взрослее, чем Шарапов в исполнении Конкина.
Мастерски показан контраст между порывами Шарапова действовать так, как он привык на фронте (и хорошо же получалось!) и полным отсутствием у него сыскного опыта. С одной стороны, ему странно, что вину этих бандюганов ещё надо ДОКАЗЫВАТЬ, они же враги! Но тут он учится быстро, и Уголовно-процессуальный кодекс плюс мастер-классы Жеглова ему в помощь. С другой стороны, врождённое чувство истины не позволяет Шарапову принять некоторые методы Жеглова ("дырки в следствии затыкать").
И, видимо, по этой причине есть ощущение, что у Шарапова-то более здоровое восприятие преступного мира.. Да, они враги, и бороться с ними на гражданке надо по таким-то и таким-то правилам. Шарапов остаётся на стороне закона, на нашей стороне, а бандиты для него - за чертой.
А Жеглов (такое ощущение) слишком близко подошёл к черте, он там до некоторой степени свой, у него осведомители, у него там некие обязательства, "слово Жеглова", например, он подхватывает их методы - и невидимая черта потихоньку начинает отделять его вместе с преступным миром от всех остальных. От законопослушных и не имеющих при себе оружия, понимаете? От нас.
Но я в него булыжник не брошу. Образ феноменальный, конечно, как говорится, харизма зашкаливает. И в книге, по крайней мере, несколько по-другому воспринимается то, что он застрелил Левченко. Потому что накануне один из таких, как Левченко, убил Варю. Вот так, Шарапов.
Варя Синичкина - мерцающий образ, очень интересный. Её энергия, темперамент, порыв в будущее, "исторический оптимизм" - из сороковых победных. Её тонкость чувств, эмпатия, умение в рассуждениях прорваться через оболочку материального мира, мыслить этическими категориями - из семидесятых. Такую девушку можно встретить в романах Стругацких.
В книге есть эпизоды, не вошедшие в фильм и на сюжет прямо не влияющие - поездка МУРовцев на картошку, обучение самбо. Но они замечательные. И просто великолепно передают ощущение эпохи "вырезки из газет", перемежающие повествование. Газеты того, сорок пятого года, август-ноябрь.
Композиция мастерская, без провисаний, и действие идёт на больших контрастах. И образ Москвы в романе - просто осязаемый.
Хорошая книга. Ну, впечатлила.