— Безгарантийный отдел, слушаю, – промычала Лариса, звонко причмокивая мятным леденцом. – М-м-м, угу, ага, всё записала, — подтвердила женщина, черкая хаотичные спирали в блокноте.
— Что на этот раз? – Алла широко зевнула, не прикрывая рот, и плотнее укуталась в шаль.
— Заколебали. Уже февраль, а жители третьего дома всё ноют и ноют: «Переведите нам окна на зимний режим! Включите отопление!».
— Технику заявку оставляла?
— Нет, конечно, — фыркнула Лариса, — весна на носу, перетерпят. Зачем Ванечку зря гонять?
В дверь робко постучали. Не дожидаясь ответа, в кабинет протиснулось нечто бесформенное, припорошенное снегом.
— Здравствуйте! Ой! – вошедшая девушка резко откинула капюшон необъятного пуховика, сыпанув за шиворот подтаявший снежок. – Мария, стажер. Мне сказали подойти в кабинет, э-э-э, тридцать-восемнадцать. На производственную практику, вот.
Перед Ларисой на стол упало слегка мятое направление от городского университета.
Женщина взглянула на листок. Затем на Аллу. Та лишь возвела очи горе. Лариса уже набрала в могучие легкие воздух, готовясь разразиться бурным негодованием, но смутилась под доверчивым открытым взглядом студентки. Карие глаза в обрамлении густо накрашенных ресниц так и сверкали желанием попробовать на зуб что-то помимо гранита науки.
Лариса подняла рабочий телефон, со звуком пулеметной очереди набрала внутренний номер и направила гнев на сотрудницу отдела кадров:
— Маргарита Васильевна, это что такое? Это что такое, я вас спрашиваю? За детьми следить не нанималась. Ну какая помощь, я вас умоляю. Это же надо все разжевать, показать, проконтролировать, а потом еще доделать свою и исправить её, — Мария удостоилась презрительного взгляда, — работу. В итоге снова степлеров не досчитаемся, студенты тащат все, что не приколочено!
Маша благоразумно молчала, с преувеличенным вниманием осматривая бежевые стены кабинета, увешанные неблагодарственными письмами и зернистыми фотографиями с корпоративов, распечатанных на цветном принтере. Как на зло, на глаза попался ярко-красный, размером с ладонь степлер. Студентка быстро отвела взгляд, а следившая за ней Алла только хмыкнула, с грохотом закинув степлер в тумбочку.
— Нет. Ни в коем случае! Даже не просите, — Лариса держала скандальную оборону, накручивая телефонный провод на толстый палец. Массивное кольцо с вытянутым гранатом тускло поблескивало. – Ну хорошо. Тогда так и сделаем.
Закончив разговор, Лариса поджала губы, состроив строгое лицо, но глаза выдавали зловредное предвкушение.
— Значит так, Мария. Нас с Аллой Николаевной вызывают на… совещание. До конца дня. Ты на телефоне.
— Ой! – девушка испуганно охнула, — а что делать надо? Я же не умею!
- Пф-ф-ф! Задача важная, но несложная, особенно для такой образованной девушки, — Лариса неспешно заматывала толстый шарф вокруг шеи, жестом подгоняя Аллу одеваться, — отвечать на звонки, фиксировать жалобы, предлагать решения. В семнадцать ноль ноль отчитаешься о проделанной работе. Вот и будет тебе производственная практика.
***
Алла и Лариса неспешно возвращались в офис по заснеженным тротуарам. Отдав на откуп Марии работу с недовольными жителями, женщины успели прогуляться по торговому центру, сходить в кино, перекусить в грузинском ресторанчике на фудкорте и заесть ужин мороженым. А до конца рабочего дня еще оставалось полчаса.
— Ну, как тут дела? – наигранно бодро спросила Лариса, заходя в кабинет.
Она ожидала увидеть заплаканную студентку и заваленную новыми жалобами рабочую почту, но Маша лишь подняла указательный палец, прошептав «одну минутку» и продолжила разговор по телефону:
— Да, Ирина, срок исправления замечаний назначен на следующий вторник. Иван Геннадьевич в курсе работ. И вам всего доброго, очень рада, что смогла помочь!
Маша аккуратно положила телефон и важно отчиталась:
— Все просто супер.
Лариса с Аллой скептически переглянулись.
— Пусти-ка, — Лариса прошествовала к компьютеру, оттеснив студентку. – Ты что, обработала все заявки?
— Да. Прозвонила недовольных резидентов, назначила ответственных. Вот тут в программке я поставила обозначения…
— Вижу, вижу, — Лариса все больше хмурилась. – А куда делись обращения по окнам?
— Ой, так там же ничего сложного! Я просто отправила жителям инструкцию, как перевести их на зимний и летний режимы самостоятельно.
— У нас же нет инструкции, — вклинилась в разговор Алла.
— Теперь есть. Вот, я сделала картинку для рассылки.
— Средства на рассылку не были заложены! – снова перебила Лариса.
— Информацию в мессенджерах можно отправить бесплатно, — разволновавшись, Маша тоже начала повышать голос. — Я разослала сообщения с официального аккаунта…
— В компании нет официального аккаунта! – вновь подключилась Алла.
— Теперь есть!
— Да что ты будешь делать! — всплеснула руками Лариса и процедила сквозь зубы, — Какая молодец!
Маша тихонько выдохнула, подсовывая недовольной женщине титульный лист отчета:
— Спасибо. Поставьте печать, пожалуйста.
Алла, дождавшись кивка Ларисы, полезла в тумбочку, вернула на стол мешающийся степлер и достала коробочку. Извлекла из нее связку ключей. Отстегнула один, направившись к едва заметному сейфу в углу кабинета. Покряхтев, наклонилась, нащупывая замочную скважину. Достав печать, долго вертела оснастку, выискивая механизм.
Лариса нервно выдернула печать из пухлых рук, плюнула на подушечку с краской и приложила к листку посильнее. Натянуто улыбнулась:
— Спасибо за работу, Мария, всего доброго.
Маша растерянно кивнула. Под выжидательным взглядом криво скрепила листы отчета степлером и судорожно запихнула все в рюкзачок с меховой пампушкой на замочке. Попрощалась и выскочила из кабинета.
Лариса всплеснула руками, развернувшись к Алле:
— Нет, ну ты видела?! Оставили студентку... Она же нам все показатели неэффективности загубила.
— И что будем делать? – Алла с мольбой взглянула на Ларису.
— Что, что, портить ситуацию. С окнами уже ничего не поделаешь, тут людям помогли, но вот с рассылками… Значит так, каждый день отправляем жителям анимированную открытку «с добрым утром», затем нелепый анекдот, а потом закидываем их рекламными сообщениями. И обязательно, слышишь, Алла, обязательно просим резидентов принять участие во всевозможных опросах. По прогнозу через три-пять дней люди начнут блокировать чаты.
Алла кивнула, записав план действий. Лариса тяжело вздохнула, набрала внутренний номер и заверещала:
— Маргарита Васильевна, это что такое? Это что такое, я вас спрашиваю? Ваша студентка тут такое наворотила!
Алла в пол-уха слушала негодование коллеги, рассеянно оглядывая стол. Опомнившись, охнула, подскочив к Ларисе и вырвав телефон:
— И степлер! Утащила мой степлер!
Автор: Саша Малетина
Больше рассказов в группе БОЛЬШОЙ ПРОИГРЫВАТЕЛЬ