В глазах всё потускнело, когда в нос ударил сладковато-солёный и маслянистый запах запечённого в духовке и с привкусом пряных трав хлеба. Таймер, поставленный на конфорки, подходил к концу, и разбитое как выражение лица яйцо пора было переворачивать, чтобы не подгорело. Босые ноги всё так же обжигали пол своим теплом и мягко морщили свою юную синеватую кожу. Горький, запрещённый детским сознанием кофе, остывал на столе. Лицо заново проснулось, когда на кухне появилась разбитая после бессонной ночи женщина.
- Доброе утро, мама, - Язык, будто не поворачивался сказать это слово, но в то же время, кроме него, на ум ничего больше и не приходило.
- Доброе, Юленька, - к губам припал ягодный кисловато-сладкий чай с плёночкой после малины. - Снова будешь есть хлеб?
С губ Юлия больше ничего не упало. Он поставил перед матерью омлет.
- Всё как ты любишь, я не пересолил. - Вновь сиплым голосом после утра сказал Юлий, сомкнув губы в полной надежды улыбке.
- Спасибо, милый. - Волосы Юлия пальцами, мягко, как никто другой, убрали назад, и поцеловали единственными на всём свете, до боли приятными губами.
Юлий растаял, всё плохое стёрло как рукой. Не имея сил больше ни на что, он кивнул, и выключил духовку. Сердце внутри груди словно расцвело. Варежки незаметно для глаз наделись на руки, противень был достан и хлеб уложился в прозрачный контейнер из рюкзака. Душа спешила присесть около близкого человека и поесть с ним или хотя бы, выпить рядом кофе, чтобы раствориться в сладкой и до ужаса сахарной тишине. Диван под ребёнком скрипнул и горечь кофейного напитка вся растаяла, хотелось прямо сейчас всё прекратить, чтобы в память врезалось только очень хорошее и осталось там навсегда в таком прекрасном "вдвоём" лишь для Юлия.
- Юлюнь...
Эти нежные слова выбили из ритма, он прислушался и взглянул в оранжево-карие глаза, что, в совокупности, и при таких лучах напоминали осеннюю замшелую зелень.
- Мне, кажется, что ты можешь опоздать.
Юлий взглянул на потерянное время, выйди он немного позже, то мог бы снова опоздать, как и в прошлый раз, не успеть прийти к собственному времени за две минуты, но сейчас на часах ровно 08:00 и он сможет вовремя прийти, если немного в конце пробежит, и он попадёт ровно на своё место к 08:10.
- Да, - Он допил кофе, сполоснул кружку в воде и взяв сумку, вышел из дома.
Ему снова хотелось кого-то обнять, но он забыл это чувство, сегодня на его лбу остался тёплый и греющий всего его след, который так медленно таял в его мыслях, что до самого вечера не хотелось этого повторять, но вновь стало печально и запах проспиртованных дешёвых духов в голове растворился, действительность слегка придушила, и его чёрные волосы с рыжим взглядом перестали быть в застилающем тумане. Внезапно подаренные цветные заколки вдруг стали слишком яркими и глаза распахнулись, сжав их в пальцах.
- Зачем ты это...
- У тебя волосы вечно лезут на глаза, это чтобы они не мешались, - Кристиан равнодушно убрал руки в карманы.
Юлий ёкнул и прижал невидимки к груди.
- Благодарю. - Дыхание застеснялось.
Тиан чуть улыбнулся.
- Я тебе помогу. - Забрав из ладони заколки, он уверенными, но не точными и слегка настырными движениями закрепил чёлку на боку.
Его глаза выглядели сосредоточенными, колкими, но со сладкой глубиной и пониманием. Серо-синие озёра действительно после этого в его внимании зацвели и стали ярче, теперь взгляд Юлия не казался таким уж некрасивым и грустным, словно бередящим струны затерявшейся в красках души.