Раньше, когда я думал об еврейском народе, внутри было чувство уважения и даже благоговения. Народ, прошедший через страшные испытания, сохранивший веру, культуру, память и силу выживания. Трагедия Холокоста отзывалась болью во всём человечестве, и каждый, у кого есть сердце, не мог пройти мимо слёз еврейских матерей и детей, уничтоженных безжалостной машиной нацизма. Этот народ всегда ассоциировался с мудростью, стойкостью и особым духовным светом.
Но сегодня внутри словно что-то переломилось. Мир видит ГАЗУ, и видит детей, убитых бомбардировками, семьи, разорванные войной, стариков, умирающих без воды и лекарств. И тут вдруг исчезает то прежнее чувство жалости, которое человечество веками испытывало к евреям. Не потому что они стали чужими, а потому что боль палестинских матерей заслоняет всё. Потому что кровь ребёнка не делится на «нашу» и «чужую». Слёзы одинаково жгут, независимо от национальности.
И вот это самое страшное: когда мир перестаёт плакать о тебе, потому что твои действия превратили твою историю страданий в политический аргумент. Нетаньяху и его правительство сделали то, чего не смогли сделать ни враги, ни антисемиты: они разрушили то уважение и сочувствие, которое человечество хранило к еврейскому народу. Они превратили в гулкую тень память о прошлом, заливая её кровью настоящего. Это позор — не для нации, а для её правительства, для тех, кто взял на себя право говорить от имени великого народа.
Еврейский народ дал миру учёных, мыслителей, философов, поэтов. Дал миру примеры мужества и внутренней силы. Именно поэтому так больно смотреть, как политики уничтожают эту репутацию, втягивая народ в войну, где нет победителей, где каждый выстрел разрушает не только чужую жизнь, но и будущее собственных детей. Народ достоин мира, достоин правды, достоин, чтобы его уважали не из жалости, а из признательности и восхищения.
Война всегда уводит в темноту. Но у народов ещё есть шанс остановиться. Палестинцы и евреи могут найти путь друг к другу — ведь их боль одинакова, их детские слёзы одинаково солёные, их матери одинаково молятся о мире. А мир обязан напоминать: кровь ребёнка не имеет национальности. И если политики этого не понимают, значит, человечество должно говорить об этом ещё громче.