Всё началось с его развода.
Точнее, с того, что Максим остался без жилья после развода с женой.
Бывшая жена отсудила их двухкомнатную квартиру.
А мой сынок остался с долгами и съёмной однушкой.
И тут он вспомнил про маму.
— Мам, можно к тебе временно переехать? — спросил он по телефону.
— Конечно, сынок. Квартира большая, места хватит.
— Спасибо, мам. Ты спасаешь меня.
— Что за слова? Ты же мой сын.
Максим переехал ко мне со всеми вещами.
Первый месяц всё было нормально.
Он устроился на новую работу, помогал по дому, был вежливым.
Но потом что-то изменилось.
— Мам, а долго ты ещё будешь жить? — спросил он как-то за ужином.
— Что за вопрос?
— Ну... тебе уже семьдесят... здоровье не очень...
— Здоровье нормальное. Врачи говорят, проживу ещё лет двадцать.
— Двадцать лет... — пробормотал он.
— А что, долго?
— Не долго... просто думаю о будущем...
— О каком будущем?
— О своём. Мне жить где-то надо.
— Так живи здесь. Места хватает.
— Да, но... квартира же твоя...
— Моя. И после меня будет твоя.
— Точно будет?
— Максим, ты что? Конечно будет. Ты же единственный сын.
Он улыбнулся и больше на эту тему не заговаривал.
Но я заметила, как он стал смотреть на квартиру.
Оценивающе. Как на своё имущество.
А через месяц привёл девушку.
— Мам, знакомься. Это Алина. Моя невеста.
— Очень приятно, — сказала я.
— И мне, — холодно ответила Алина.
Она была молодая, лет двадцати пяти, красивая.
И сразу стала осматривать квартиру.
— Хорошая квартира, — сказала она Максиму. — Большая.
— Да, трёхкомнатная. В центре. Дорогая.
— Максим, — вмешалась я, — не говори при гостях о деньгах.
— При какой гостье? Алина будет жить здесь.
— Здесь? А где я?
— А ты... ну... найдёшь место...
— Какое место? Это МОЯ квартира!
— Мам, ну подумай логически. Нам нужно пространство. Мы молодые, планируем детей...
— Планируйте. Места всем хватит.
— НЕ хватит! — впервые повысил он голос. — Нам нужна приватность!
— Тогда снимайте квартиру.
— Зачем снимать, если есть своя?
— НЕ своя! МОЯ!
— Пока твоя, — процедила Алина.
— Алина! — одернул её Максим.
— Что Алина? Правду говорю. Старушка не вечная.
Я почувствовала, как внутри всё холодеет.
— Максим... ты слышишь что твоя невеста говорит?
— Мам, она не то имела в виду...
— А что имела в виду?
— Ну... что когда-то квартира действительно достанется мне...
— Когда-то. Но не сейчас.
— А сейчас можно как-то... поделить пространство?
— Как поделить?
— Ну... ты возьми одну комнату, а мы две...
— ЭТО МОЯ КВАРТИРА! Я буду жить как хочу!
— Мам, не кричи...
— БУДУ КРИЧАТЬ! МЕНЯ ВЫСЕЛЯЮТ ИЗ СОБСТВЕННОГО ДОМА!
— Никто не выселяет...
— А что делаете?
Алина встала с дивана.
— Максим, поговори с матерью. А то мы так и будем тут ютиться.
— Ютиться? — переспросила я. — В трёхкомнатной квартире ютиться?
— Ютиться! — заорала Алина. — Со старой бабкой под боком!
— АЛИНА! — крикнул Максим.
— Что Алина?! Сколько можно терпеть? Либо она, либо я!
Максим посмотрел на меня, потом на неё.
— Мам... может ты поживёшь где-то временно?
— ГДЕ поживу?
— Ну... у Лизы. Внучка же приглашала...
— Лиза живёт в однокомнатной квартире!
— Ну и что? Молодёжь на полу спать может.
— КАКАЯ МОЛОДЁЖЬ?! МНЕ СЕМЬДЕСЯТ ЛЕТ!
— Возраст не помеха...
Я не поверила своим ушам.
— Максим... ты меня выгоняешь?
— Не выгоняю. Прошу временно освободить пространство.
— НА СКОЛЬКО ВРЕМЕННО?
— Ну... пока мы не поженимся... не обустроимся...
— А потом?
— А потом посмотрим...
— ПОСМОТРИМ?! ЭТО МОЙ ДОМ!
— Пока твой, — снова встряла Алина.
— ЧТО ТЫ ЭТИМ ХОЧЕШЬ СКАЗАТЬ?!
— То что говорю! Старики долго не живут!
— АЛИНА! — попытался остановить её Максим.
— А что? Пусть знает правду! Мы молодые, нам жить и жить! А она...
— А я что?
— А ты доживаешь! И мешаешь нам строить будущее!
Я села на стул. Ноги подкосились.
— Максим... это твоя невеста так думает?
— Мам... ну она не то хотела сказать...
— А что хотела?
— Ну... что природа есть природа...
— И что?
— И что старшее поколение уступает место младшему...
— УСТУПАЕТ МЕСТО! — заорала я. — В СОБСТВЕННОЙ КВАРТИРЕ!
— Не кричи, мам...
— БУДУ КРИЧАТЬ! МЕНЯ РОДНОЙ СЫН ИЗ ДОМА ВЫГОНЯЕТ!
— Не выгоняю...
— А ЧТО ДЕЛАЕШЬ?!
— Прошу понять и простить...
— ПОНЯТЬ ЧТО?! ЧТО ТЫ ПРЕДАТЕЛЬ?!
— Мам!
— ПРЕДАТЕЛЬ! РОДНУЮ МАТЬ НА УЛИЦУ ВЫСТАВЛЯЕШЬ!
— На какую улицу? К Лизе переедешь!
— А ЕСЛИ ЛИЗА НЕ СОГЛАСИТСЯ?!
— Согласится. Она же добрая.
— В ОТЛИЧИЕ ОТ ТЕБЯ!
Алина подошла к Максиму.
— Максим, хватит уговаривать. Просто скажи ей когда она съезжает.
— Алина...
— Что Алина? Либо мы начинаем жить нормально, либо я ухожу.
Максим посмотрел на меня.
— Мам... дай мне неделю. Найди где жить.
— НЕДЕЛЮ?!
— Неделю. Этого хватит?
— НЕ ХВАТИТ! ЭТО МОЙ ДОМ!
— Был твоим! — заорала Алина. — А теперь наш!
— НЕ ваш! МОЙ!
— Скоро будет наш! Когда ты сдохнешь!
— АЛИНА! — крикнул Максим.
— Что? Правду говорю! Нищая старуха! Живёт на пенсию в 15 тысяч и корчит из себя хозяйку!
— НИЩАЯ СТАРУХА?! — встала я.
— НИЩАЯ! И старуха! И вообще никому не нужная!
Максим молчал.
— Максим, — спросила я, — ты согласен с невестой?
— Мам... ну она погорячилась...
— СОГЛАСЕН ИЛИ НЕТ?!
— Согласен что... что тебе действительно лучше переехать к Лизе...
— А насчёт "нищей старухи"?
— Ну... у тебя действительно небольшая пенсия...
— НЕБОЛЬШАЯ ПЕНСИЯ?!
— Пятнадцать тысяч это не много в наше время...
— Ах вот как...
— Мам, не обижайся...
— НЕ ОБИЖАЙСЯ?! ВЫ МЕНЯ НИЩЕЙ СТАРУХОЙ НАЗЫВАЕТЕ!
— Ну... по факту...
— ПО ФАКТУ?!
Алина довольно улыбнулась.
— Наконец-то дошло! Собирайся, бабуся. Время освобождать жилплощадь.
— Время освобождать... — повторила я.
— Да! И побыстрее! Нам мебель новую покупать!
— На какие деньги новую мебель?
— На мои деньги! — гордо сказал Максим. — Устроился в новую компанию. Буду хорошо зарабатывать.
— Сколько хорошо?
— Сорок тысяч!
— Сорок тысяч... — усмехнулась я.
— Да! Хорошие деньги!
— На сорок тысяч новую мебель покупать будешь?
— А что? Хватит!
— На всю трёхкомнатную квартиру?
— Постепенно обновим!
— Постепенно...
Алина подошла к окну.
— А вид отсюда классный! На центральную площадь! Такие квартиры миллионов пять стоят!
— Пять миллионов? — переспросила я.
— Минимум! А может и семь! Центр же!
— Центр... — согласилась я.
— Максим, а ты оценку делал? — спросила Алина.
— Зачем оценку?
— Ну чтобы знать стоимость нашего будущего имущества!
— Нашего... — повторил Максим.
— А твоего имущества, — поправила я.
— Ну да, моего... нашего общего после свадьбы...
— После свадьбы все имущество мужа становится общим, — объяснила Алина. — Я юрист, знаю.
— Юрист... — кивнула я. — Понятно.
— Что понятно?
— Почему ты на него положила глаз.
— На кого глаз?
— На Максима. Не он тебе нужен. А квартира.
— Какая глупость! — возмутилась Алина.
— Не глупость. Расчёт.
— Мам, не говори ерунды, — вмешался Максим.
— Не ерунда, сынок. Твоя невеста очень предприимчивая.
— И что в этом плохого?
— Ничего. Если бы квартира была твоя.
— А чья же ещё?
— Пока моя.
— Пока... — процедил Максим.
— Да, пока. И могу в любой момент продать.
— НЕ МОЖЕШЬ! — заорала Алина.
— Почему не могу?
— Потому что... потому что это семейное имущество!
— Моё семейное имущество.
— Максим имеет право на наследство!
— Имеет. Но после моей смерти.
— А если я не дождусь смерти? — спросил Максим.
— Что не дождёшься?
— Ну... вдруг мне жильё понадобится раньше?
— А мне где жить?
— Найдёшь где!
— ГДЕ НАЙДУ?!
— НЕ МОЯ ПРОБЛЕМА! — заорал он. — НАДОЕЛО! СЕМЬДЕСЯТ ЛЕТ ЖИВЁШЬ! ПОРА И ЧЕСТЬ ЗНАТЬ!
— Пора честь знать... — прошептала я.
— ДА! ПОРА! СТАРАЯ НИЩАЯ СТАРУХА! ТОЛЬКО МЕСТО ЗАНИМАЕШЬ!
— Место занимаю...
— ДА! И ДЕНЬГИ НА ТЕБЯ ТРАТЯТСЯ!
— Какие деньги?
— КОММУНАЛЬНЫЕ ПЛАТЕЖИ! ПРОДУКТЫ! ВСЁ ДОРОГО!
— Кто платит коммунальные?
— Я ПЛАЧУ!
— Неправда. Я плачу.
— ЧТО НЕ ПЛАЧУ?!
— Не платишь. У меня есть квитанции.
— ВРЁШЬ!
— Не вру. Могу показать.
Я пошла к письменному столу и достала папку с документами.
— Вот квитанции за свет... за газ... за воду... за интернет...
Максим схватил квитанции.
— За август... за сентябрь... за октябрь... — читал он.
— Все оплачены с моей карты.
— А я думал ты не платишь...
— Думал неправильно.
— Но всё равно! Квартира должна достаться мне!
— Должна? — переспросила я.
— ДОЛЖНА! Я ЕДИНСТВЕННЫЙ СЫН!
— Единственный... но не единственный наследник.
— КАК НЕ ЕДИНСТВЕННЫЙ?!
— А есть ещё внучка.
— Лиза? Она маленькая!
— Ей двадцать два года.
— Ну и что? Квартира всё равно мне достанется!
— Не факт.
— КАКОЙ НЕ ФАКТ?!
— А такой что завещание может быть написано на кого угодно.
Максим побледнел.
— На кого угодно?
— На кого угодно.
— А... а на кого написано твоё завещание?
— А вот это ты узнаешь после моей смерти.
— СКАЖИ СЕЙЧАС!
— Не скажу.
— СКАЖИ ИЛИ ВЫГОНЮ ПРЯМО СЕГОДНЯ!
— Выгоняй.
— ЧТО выгоняй?!
— Выгоняй. Как собирался.
— А завещание?
— А завещание посмотришь когда умру.
Алина подскочила с места.
— Максим! Она блефует! Конечно завещала тебе!
— Откуда знаешь?
— Логика! Ты же единственный сын!
— Но она сказала про внучку...
— Внучка не наследник первой очереди!
— А кто наследник первой очереди?
— Дети! То есть ты!
Максим успокоился.
— Точно... я наследник первой очереди...
— Наследник первой очереди по закону, — пояснила я. — Но не по завещанию.
— А по завещанию?
— По завещанию наследником может быть кто угодно.
— И кому ты завещала?
— Не скажу.
— СКАЖИ!
— НЕ СКАЖУ!
— ТОГДА УБИРАЙСЯ ИЗ КВАРТИРЫ!
— Убираюсь.
Я пошла в свою комнату собирать вещи.
За спиной слышала как Максим и Алина шептались.
— Блефует, — говорила Алина. — Пугает тебя.
— А вдруг не блефует?
— Не может мать лишить сына наследства!
— Может. По завещанию может.
— Тогда завещание можно оспорить!
— Как оспорить?
— В суде! Скажем что была невменяемая!
— А если была вменяемая?
— Найдём справки что невменяемая!
Через час я собрала чемодан.
— Всё, — сказала я. — Ухожу.
— Наконец-то! — облегчённо выдохнула Алина.
— А завещание? — спросил Максим.
— Завещание лежит у нотариуса.
— У какого нотариуса?
— Узнаешь когда понадобится.
— Мам... ну скажи хоть намёком...
— Не скажу.
— Ну пожалуйста...
— НИЩИЕ СТАРУХИ не дают информацию бесплатно.
— Мам...
— До свидания, сынок.
Я взяла чемодан и вышла из квартиры.
В ТАКСИ
Позвонила внучке Лизе.
— Бабуля? — удивилась она. — Что случилось?
— Меня выгнали из дома.
— КТО выгнал?!
— Твой папа. И его невеста.
— ПАПА ВЫГНАЛ ТЕБЯ?!
— Выгнал. Назвал нищей старухой.
— Я сейчас приеду и разберусь!
— Не надо разбираться. Поздно.
— Бабуля, а где ты сейчас?
— Еду к тебе. Можно?
— Конечно можно! Только у меня однокомнатная...
— Ничего. Перебьёмся.
— А что с квартирой будет?
— С квартирой всё будет хорошо.
— Как хорошо?
— Узнаешь завтра. Встречай меня.
У ЛИЗЫ
Внучка встретила меня в слезах.
— Бабуля, как он мог?! Родную мать выгнать!
— Мог. Я же нищая старуха.
— Какая нищая?! У тебя же...
— Тише, — перебила я её. — Стены тонкие.
— Бабуля, а что ты имела в виду про завещание?
— А то и имела. Квартира достанется тебе.
— МНЕ?!
— Тебе. Завещание оформила два года назад.
— Но почему мне? Папа же сын...
— Сын который выгоняет мать из дома не достоин наследства.
— А ты знала что он так поступит?
— Предчувствовала. Когда развёлся и остался без жилья, я поняла - будут проблемы.
— И заранее переписала завещание?
— Заранее. На всякий случай.
Лиза села на диван.
— Бабуля... а квартира действительно дорогая?
— Пять миллионов минимум.
— Пять миллионов... — прошептала она.
— Может быть и семь. Зависит от оценки.
— А папа знает стоимость?
— Теперь знает. Его невеста посчитала.
— Невеста...
— Юрист. Очень предприимчивая.
— И что они теперь будут делать?
— Жить в моей квартире. Планировать будущее.
— А когда узнают про завещание?
— Когда я умру.
— Не говори так...
— Лиза, я не собираюсь умирать. Но они думают что скоро.
— А если попросят прощения?
— Поздно просить прощения.
НА СЛЕДУЮЩИЙ ДЕНЬ
Максим позвонил с утра.
— Мам, как дела?
— Нормально.
— А где ночевала?
— У Лизы.
— Удобно?
— Очень неудобно.
— А... может передумаешь? Вернёшься?
— На каких условиях?
— Ну... поделим квартиру по-честному...
— Как по-честному?
— Ты одну комнату, мы две...
— А кухня, ванная?
— Общие...
— А кто главный в квартире?
— Ну... формально ты пока главная...
— Пока?
— Ну... пока твоя квартира...
— А потом?
— А потом увидим...
— Максим, ты вчера называл меня нищей старухой.
— Я погорячился...
— И говорил что надоело со мной жить.
— Нервы сдали...
— И выгонял из собственного дома.
— Мам... ну прости...
— За что простить?
— За то что обидел...
— А за то что ВЫГНАЛ?
— И за это прости...
— Не прощу.
— Почему?
— Потому что не прощают такие вещи.
— Мам...
— До свидания, Максим.
Я отключила телефон.
ЧЕРЕЗ НЕДЕЛЮ
Максим приехал к Лизе.
— Где бабушка? — спросил он у внучки.
— На работе.
— На какой работе? Она же пенсионерка!
— На своей работе.
— Лиза, не ври. Какая работа в семьдесят лет?
— А ты не знаешь где бабуля работает?
— Не знаю... думал на пенсии сидит...
— Не сидит. Работает.
— Где?
— В нотариальной конторе. Старшим нотариусом.
Максим сел на стул.
— Старшим нотариусом?
— Да. Тридцать лет работает.
— А я думал она безработная...
— Не безработная. И зарплата у неё не пятнадцать тысяч.
— А сколько?
— Сто пятьдесят тысяч.
— СТО ПЯТЬДЕСЯТ ТЫСЯЧ?!
— Плюс премии. Плюс частная практика.
— Частная практика...
— Да. Богатые клиенты завещания оформляют.
— Завещания... — побледнел Максим.
— Ну да. Она же специалист по наследственному праву.
— По наследственному праву... и своё завещание...
— Что своё завещание?
— Она сама себе его оформляла?
— Конечно сама. Кто ж ещё?
— И знает все тонкости...
— Все. Тридцать лет опыта.
Максим встал.
— Лиза... а завещание точно есть?
— Есть.
— А на кого написано?
— Не скажу.
— Ну скажи... я же сын...
— Сын который выгнал мать из дома.
— Я извинился...
— Поздно извиняться.
— Лиза, ну пожалуйста...
— Не скажу.
ЧЕРЕЗ МЕСЯЦ
Алина начала требовать от Максима ремонт.
— Когда будем менять мебель? — спрашивала она каждый день.
— Когда деньги будут.
— А когда деньги будут?
— Не знаю...
— Максим, может кредит возьмём?
— Под что кредит?
— Под будущую квартиру!
— Какую будущую?
— Ну эту же! Когда мать умрёт!
— Алина, при чём тут мать?
— При том что квартира наша будет!
— А если завещание не на меня?
— На кого же ещё?!
— На внучку например...
— Не может быть! Ты же сын!
— Сын который выгнал мать...
— Ну и что? Всё равно наследник!
— Алина... а что если мы зря маму обидели?
— Как зря?
— Ну... может не надо было её выгонять...
— Надо было! Мешала нам!
— А теперь что делать?
— Ждать.
— Сколько ждать?
— Пока не умрёт.
— А если долго не умрёт?
— Старики долго не живут.
— Ей только семьдесят...
— Ну и что? Это уже много.
— А если она здоровая?
— Не может быть здоровой! У всех старых проблемы!
Но я была здоровая.
И активно работала.
И жила у внучки уже третий месяц.
ЧЕРЕЗ ГОД
Максим с Алиной поженились.
Я на свадьбу не пошла.
— Бабуля, — сказала Лиза, — папа приглашал тебя...
— Не пойду на свадьбу к тому, кто меня из дома выгнал.
— Он раскаивается...
— Пусть раскаивается.
— И просил передать что любит тебя...
— Странно любит. Выгнал из дома.
— Может простишь его?
— Нет.
— А если он совсем попросит прощения?
— Поздно.
— Почему поздно?
— Потому что я завтра иду менять завещание.
— Как менять?
— Хочу добавить пункт.
— Какой пункт?
— О том что Максим не имеет права оспаривать завещание в суде.
— А он может оспаривать?
— Теоретически может. Сказать что я была невменяемая.
— А этот пункт поможет?
— Поможет. Плюс я справку от психиатра возьму.
— Какую справку?
— Что полностью вменяемая.
ЧЕРЕЗ ДВА ГОДА
Алина забеременела.
Максим позвонил мне с радостной новостью.
— Мам! У нас будет ребёнок!
— Поздравляю.
— Мам... может приедешь? Познакомишься с невесткой поближе?
— Она меня нищей старухой называла.
— Она извиняется...
— Поздно извиняться.
— Мам... ну мы семья...
— Семья которая меня выгнала.
— Мам... может хотя бы внука увидишь когда родится?
— Не планирую.
— Почему?
— А зачем? Я же никому не нужная старуха.
— Не говори так...
— А как говорить? Вы так и сказали.
— Мы ошибались...
— Ошибались. И теперь живите со своими ошибками.
ЧЕРЕЗ ТРИ ГОДА
Родился внук Артёмка.
Максим присылал фотографии через Лизу.
— Бабуля, посмотри какой красивый!
— Красивый.
— Похож на тебя!
— Ну и что?
— Может увидишься с ним?
— Нет.
— Почему?
— Потому что его родители считают меня нищей старухой.
— Бабуля... может пора простить?
— Не пора.
— А внук? Он же не виноват...
— Не виноват. Но его родители виноваты.
— Бабуля, ты очень жестокая...
— Не жестокая. Справедливая.
ЧЕРЕЗ ПЯТЬ ЛET
Мне исполнилось семьдесят пять.
Максим каждый месяц звонил, просил вернуться.
— Мам, Артёмке уже пять лет! Он спрашивает про бабушку!
— А что ему отвечаете?
— Что бабушка обиделась...
— Не обиделась. А была выгнана из дома.
— Мам... сколько можно вспоминать...
— Буду вспоминать до смерти.
— А внук? Ему бабушка нужна!
— Тогда нужно было думать раньше.
— Мам... мы готовы на всё! Приезжай! Будешь главной в квартире!
— В МОЕЙ квартире я и так была главной.
— Ну... формально твоей...
— НЕ формально! РЕАЛЬНО МОЕЙ!
— Хорошо, хорошо... реально твоей...
— И что изменилось?
— Мы... мы готовы извиниться официально...
— Как официально?
— Ну... при свидетелях...
— Поздно, Максим.
— Почему поздно?
— Потому что время ушло.
ЧЕРЕЗ ГОД
У меня обнаружили проблемы с сердцем.
Ничего серьёзного, но врач рекомендовал покой.
— Бабуля, — сказала Лиза, — может всё-таки помириться с папой?
— Зачем?
— Ну... жизнь коротка... семья важнее обид...
— Обид? Меня из собственного дома выгнали!
— Но прошло уже шесть лет...
— И что?
— Может простить наконец?
— Не прощу.
— А завещание?
— Завещание остаётся в силе.
— Бабуля... а может хоть намекнём папе?
— О чём намекнём?
— Ну... что квартира достанется не ему...
— Не намекнём.
— Почему?
— Пусть узнает после моей смерти.
— А если он тяжело переживёт?
— Надо было думать раньше.
ЧЕРЕЗ ДВА ГОДА
Артёмке исполнилось восемь лет.
Он случайно встретил меня в парке.
— Бабушка! — закричал он и побежал ко мне.
— Привет, Артёмка.
— Бабушка, а почему ты не приходишь к нам?
— Потому что... сложные отношения с папой.
— А я скучаю по тебе...
— И я скучаю.
— Тогда приходи!
— Не могу, внучек.
— Почему не можешь?
— Потому что папа меня обидел.
— А я попрошу папу извиниться!
— Поздно извиняться.
— Почему поздно?
Как объяснить ребёнку?
— Артёмка, иди домой. Папа волнуется.
— Бабушка, а ты меня любишь?
— Очень люблю.
— Тогда приходи к нам жить!
— Не приду.
— А где ты живёшь?
— У тёти Лизы.
— А почему не в нашей квартире?
— Потому что... это уже не моя квартира.
— А чья?
— Твоего папы.
— А раньше была твоя?
— Была.
— И ты её подарила папе?
— Не подарила.
— А что сделала?
— Ничего. Он сам взял.
— Как взял?
— Выгнал меня и остался жить.
— Выгнал? Как это?
— Сказал что я лишняя.
— Лишняя? А почему лишняя?
— Потому что старая и нищая.
— Бабушка, а ты правда нищая?
— Нет, внучек. Не нищая.
— А папа сказал что нищая?
— Сказал.
— И выгнал?
— Выгнал.
Артёмка задумался.
— Бабушка, а когда ты умрёшь?
— Зачем тебе знать?
— А папа сказал что когда ты умрёшь, квартира точно станет нашей...
Я похолодела.
— Папа так сказал?
— Да. И мама сказала.
— И что ещё говорили?
— Что ты долго не протянешь... что у тебя сердце больное...
— А ещё что?
— Что хорошо что ты не живёшь с нами... а то бы мешала...
Я встала.
— Артёмка, иди домой.
— Бабушка, а я ничего плохого не сказал?
— Нет, внучек. Ты ничего плохого не сказал.
— Тогда почему ты грустная?
— Потому что... взрослые дела сложные.
ВЕЧЕРОМ
Позвонила Максиму.
— Максим, встретила внука в парке.
— Артёмку? А... он что рассказывал?
— Рассказывал что вы говорите дома.
— А что мы говорим?
— Что я долго не протяну. И что хорошо что не живу с вами.
Молчание.
— Максим? Ты слышишь?
— Слышу...
— И что скажешь?
— Мам... ну ребёнок мог перепутать...
— Мог. А мог и не перепутать.
— Мам...
— Максим, за восемь лет ты НИ РАЗУ не извинился по-настоящему.
— Как не извинился? Постоянно прошу прощения!
— Не прощения просишь. А чтобы я вернулась.
— А в чём разница?
— Разница в том что ты не раскаиваешься. А просто хочешь чтобы я простила.
— А... а раскаяние как выглядит?
— Не знаешь?
— Не знаю...
— Раскаяние это когда СТЫДНО за поступок.
— Мне стыдно...
— Неправда.
— Правда! Очень стыдно!
— Тогда что стыдно?
— Что... что выгнал тебя...
— И что ещё?
— И что... назвал нищей старухой...
— И что ещё?
— Мам, а что ещё?
— Сам вспомни.
— Не помню...
— Не помнишь что позволил невесте меня оскорблять?
— А... да... это тоже стыдно...
— И что восемь лет жил в моей квартире и считал её своей?
— Мам... ну я думал ты согласная...
— КАК СОГЛАСНАЯ?! МЕНЯ ВЫГНАЛИ!
— Ну... молчание - знак согласия...
— МОЛЧАНИЕ?! Я каждый день говорила что это МОЯ квартира!
— Говорила... но всё равно не выгоняла нас...
— НЕ МОГЛА ВЫГНАТЬ! У МЕНЯ НЕТ СИЛ НА СКАНДАЛЫ!
— Ну вот... значит согласная была...
— МАКСИМ! ТЫ ДО СИХ ПОР НЕ ПОНИМАЕШЬ ЧТО НАТВОРИЛ!
— Понимаю... вроде...
— НЕ ПОНИМАЕШЬ! Потому что до сих пор оправдываешься!
— Мам...
— До свидания, Максим.
НА СЛЕДУЮЩИЙ ДЕНЬ
Пошла к нотариусу.
Коллега, дополнила завещание.
Теперь там был пункт: "В связи с тем что сын Максим выгнал меня из собственной квартиры, лишаю его наследства полностью и безвозвратно."
— Зина, — сказала коллега, — а может жестоко?
— Не жестоко. Справедливо.
— Но он же сын...
— Сын который считает мать нищей старухой.
— А внучка знает?
— Знает.
— И как относится?
— Нормально. Понимает что папа неправ.
ЧЕРЕЗ ТРИ ГОДА
Мне исполнилось восемьдесят лет.
Максим устроил целую кампанию по примирению.
Приезжал каждую неделю. Приводил внука. Присылал подарки.
— Мам, — говорил он, — давай забудем прошлое!
— Не забуду.
— Но почему? Столько лет прошло!
— Мало прошло.
— А сколько должно пройти?
— Вся оставшаяся жизнь.
— Мам... а что если я на коленях попрошу прощения?
— Попроси. Посмотрим.
— При всех попрошу! При соседях!
— При соседях это спектакль. А не раскаяние.
— Тогда как?
— А никак. Поздно.
ЧЕРЕЗ ГОД
У меня случился лёгкий инфаркт.
Лежала в больнице две недели.
Максим приехал в больницу.
— Мам, как ты?
— Живу пока.
— Врачи что говорят?
— Говорят что инфаркт небольшой. Переживу.
— Слава богу...
— А ты рассчитывал что не переживу?
— Мам! Что за слова!
— Обычные слова. Ты же ждёшь моей смерти.
— НЕ жду!
— Жденшь. Чтобы квартиру получить.
— Не из-за квартиры...
— Из-за квартиры. Другой причины нет.
— Мам... а что если я откажусь от квартиры?
— Как откажешься?
— Официально напишу отказ. При нотариусе.
— И где будешь жить?
— Куплю свою.
— На какие деньги?
— Накоплю. Кредит возьму.
— А пока где жить будешь?
— Снимать буду...
— С женой и ребёнком?
— С женой и ребёнком.
— Максим, а Алина согласна съехать из квартиры?
— Она... она пока не знает...
— А когда узнает?
— Мам, а ты правда простишь если я откажусь от квартиры?
— Не прощу.
— Почему?
— Потому что откажешься не из раскаяния, а из страха.
— Какого страха?
— Страха что квартира достанется не тебе.
— Мам... а кому достанется?
— Узнаешь после моей смерти.
— Мам, ну скажи... я же сын...
— Плохой сын.
ВЫПИСКА ИЗ БОЛЬНИЦЫ
Меня выписали, но врач предупредил:
— Зинаида Петровна, вам нужен покой. Никаких стрессов.
— Хорошо.
— И желательно чтобы кто-то рядом был. На всякий случай.
— Рядом есть. Внучка.
— Это хорошо.
Дома Лиза спросила:
— Бабуля, а может всё-таки помириться с папой?
— Зачем?
— Ну... врач сказал что стрессы вредны...
— А примирение с тем кто выгнал из дома - это не стресс?
— Бабуля...
— Лиза, не уговаривай.
— Хорошо. Не буду.
ЧЕРЕЗ МЕСЯЦ
Алина приехала лично.
Впервые за десять лет.
— Зинаида Петровна, можно поговорить?
— Говорите.
— Я пришла извиниться.
— За что извиниться?
— За то что... десять лет назад... говорила вам грубости...
— Какие грубости?
— Называла... нищей старухой...
— И что ещё?
— И ещё... говорила что вы никому не нужны...
— И что ещё?
— И ещё... требовала чтобы вы съехали...
— И что ещё?
— Зинаида Петровна... я не помню что ещё...
— Не помните что говорили "скоро сдохнешь"?
— Говорила... простите...
— И не помните что радовались моей болезни?
— Не радовалась...
— Радовались. Когда узнали про инфаркт.
— Откуда знаете?
— Максим рассказал. Сказал что вы сказали "наконец-то".
Алина покраснела.
— Я не то имела в виду...
— А что имели в виду?
— Имела в виду что... что наконец-то вы обратите внимание на здоровье...
— Алина, не врите.
— Не вру...
— Врёте. Вы ждёте моей смерти.
— НЕ жду!
— Ждёте. Чтобы получить квартиру.
— При чём тут квартира?
— При том что вы на неё рассчитываете.
— Не рассчитываю...
— Рассчитываете. И детскую комнату уже планируете.
— Какую детскую?
— А вы не беременны вторым?
Алина побледнела.
— Откуда знаете?
— Максим проболтался.
— А... да... беременна...
— И планируете где детскую сделать?
— Пока не планируем...
— Врёте. В моей комнате планируете.
— В вашей комнате живёт Максим...
— А где я по-вашему должна жить?
— Ну... вы же у Лизы живёте...
— А если я захочу вернуться?
— Вернуться? — испугалась Алина.
— Да. Вернуться в СВОЮ квартиру.
— Но... но там места мало...
— Для кого мало?
— Для всех... Максим, я, Артёмка, скоро ещё ребёнок...
— А я где?
— Вы... ну... у Лизы же хорошо...
— Мне решать где хорошо.
— Зинаида Петровна... а вы правда хотите вернуться?
— А вы против?
— Не против... но... неудобно как-то...
— КОМУ неудобно?!
— Всем неудобно...
— Алина, это МОЯ квартира.
— Пока ваша...
— НЕ пока! ВСЕГДА моя!
— А... а после смерти?
— А после смерти увидим.
НА СЛЕДУЮЩИЙ ДЕНЬ
Максим примчался как ошпаренный.
— Мам! Что ты Алине наговорила?!
— А что она рассказала?
— Что ты хочешь вернуться в квартиру!
— И что? Не могу в своей квартире жить?
— Можешь... но там места мало...
— А раньше места хватало?
— Раньше ты одна была...
— И что изменилось?
— Нас стало больше...
— А меня стало меньше?
— Мам... ну ты понимаешь...
— НЕ понимаю! Объясни!
— Ну... семья растёт... нужны комнаты...
— А мне комната не нужна?
— Нужна... но у Лизы же есть место...
— У Лизы однокомнатная квартира!
— Ну и что? Вы же привыкли...
— Привыкли жить в тесноте?
— Привыкли... а тут вдруг захотела переехать...
— НЕ вдруг! Десять лет хочу!
— А почему не переезжала?
— Потому что не хотела скандалов!
— А теперь хочешь?
— Теперь мне всё равно. После инфаркта по-другому на жизнь смотрю.
— Как по-другому?
— Понял что нужно жить для себя.
— Мам... ну подумай... Артёмка подрос, нужна отдельная комната... скоро ещё ребёнок... где их размещать?
— Не моя проблема.
— Как не твоя?!
— А чья? Я детей не рожала.
— Но это же твои внуки!
— Мои внуки, ваши дети.
— Мам... ну ты же бабушка...
— Бабушка которую выгнали из дома.
— Мам... сколько можно...
— Буду помнить всю жизнь.
— А квартира?
— А что квартира?
— Мы что, на улице жить будем?
— Снимайте жильё.
— На какие деньги?
— На свои деньги.
— А где взять деньги?
— Работайте.
— Я работаю! Но зарплата маленькая!
— Не моя проблема.
— МОЯ мать! ТВОЯ проблема!
— НЕ моя! Ты взрослый мужик!
— Мужик с семьёй!
— С семьёй которая меня нищей старухой считает!
— Мы больше так не считаем!
— А как считаете?
— Считаем... нормальной...
— Какой нормальной?
— Ну... обычной бабушкой...
— А кто я на самом деле?
— На самом деле... ну... мать... бабушка... владелица квартиры...
— Ах вот как... ВЛАДЕЛИЦА квартиры...
— Да... владелица...
— Десять лет назад вы этого не понимали.
— Понимали... просто...
— Что просто?
— Просто думали что вы не против...
— ПРОТИВ ЧЕГО НЕ ПРОТИВ?
— Против того что мы живём...
— Я БЫЛА ПРОТИВ! КАЖДЫЙ ДЕНЬ ГОВОРИЛА!
— Говорила... но не выгоняла...
— НЕ МОГЛА ВЫГНАТЬ! ВЫ МЕНЯ ПЕРВЫЕ ВЫГНАЛИ!
— Мам...
— Максим, я устала. Иди домой.
— Мам... а когда решишь насчёт квартиры?
— УЖЕ решила.
— И что решила?
— Решила что хочу умереть в СВОЕЙ постели.
— В своей постели... значит переезжаешь?
— Переезжаю.
— Когда?
— На следующей неделе.
ЧЕРЕЗ НЕДЕЛЮ
Я переехала обратно в свою квартиру.
Заняла самую большую комнату.
Максим с Алиной и Артёмкой ютились в двух оставшихся комнатах.
Атмосфера в квартире была ледяной.
— Зинаида Петровна, — сказала Алина в первый же день, — а может поменяемся комнатами?
— Зачем?
— У вас комната самая большая... а у нас ребёнок...
— У меня тоже вещи есть.
— Но вы же одна...
— И что?
— А нас трое... скоро четверо...
— Не моя проблема.
— Как не ваша?! Мы же семья!
— ВЫ семья. А я хозяйка квартиры.
Алина побежала жаловаться Максиму.
— Максим! Твоя мать издевается!
— Как издевается?
— Заняла лучшую комнату! А нас в угол загнала!
— Мам, — подошёл Максим, — может действительно поменяемся?
— Нет.
— Почему нет?
— Потому что это МОЯ квартира.
— Ну да... но мы же больше места занимаем...
— Тогда съезжайте.
— Куда съезжать?
— Куда хотите.
— Мам... денег на съём нет...
— Зарабатывайте.
— Я зарабатываю! Но не хватает!
— Тогда зарабатывай больше.
— КАК больше?!
— Не знаю как. Не моё дело.
ЧЕРЕЗ МЕСЯЦ
Алина родила дочку.
Теперь их стало четверо на две комнаты.
— Зинаида Петровна, — взмолилась Алина, — у нас новорождённый! Нужна отдельная комната!
— А у меня что нужно?
— У вас... ну... у вас потребности меньше...
— Мои потребности - мое дело.
— Но ребёнок же маленький! Плачет по ночам!
— Не мой ребёнок.
— Но ваша внучка!
— Внучка которая мешает спать.
— Зинаида Петровна... ну хотя бы на время... пока дочка подрастёт...
— Нет.
— А если мы вам платить будем?
— Сколько платить будете?
— Ну... тысяч пятнадцать в месяц...
— За самую большую комнату?
— А... а сколько хотите?
— Пятьдесят тысяч.
— ПЯТЬДЕСЯТ ТЫСЯЧ?! За одну комнату?!
— За самую лучшую комнату в центре.
— Но у нас нет пятидесяти тысяч!
— Тогда сидите где сидите.
ЧЕРЕЗ ДВА МЕСЯЦА
Максим не выдержал.
— Мам! Так жить нельзя!
— Почему нельзя?
— Четверо в двух комнатах! Дети не высыпаются!
— А мне какое дело?
— Как какое?! Ты же бабушка!
— Бабушка которую выгнали из дома.
— Мам... может съедем мы?
— Съезжайте.
— А квартира?
— А что квартира?
— Останется пустая?
— Останется моя.
— Но мы же наследники...
— Кто вам сказал?
— Как кто? Я же сын!
— И что?
— Сын имеет право на наследство!
— ПО ЗАКОНУ имеет. Но не по завещанию.
— А завещание на кого?
— Узнаешь после моей смерти.
— Мам... ну дай хотя бы подсказку...
— Не дам.
— Мам... а если я буду идеальным сыном?
— Поздно быть идеальным.
— Почему поздно?
— Потому что десять лет был ужасным.
ЧЕРЕЗ ГОД
Они всё-таки съехали.
Сняли двухкомнатную квартиру на окраине.
Максим взял второй кредит.
— Мам, — сказал он, — мы съехали.
— Вижу.
— Довольна?
— Очень.
— А квартира теперь вся твоя.
— Как и должно быть.
— Мам... а может теперь помиримся?
— Нет.
— Почему? Мы же не мешаем тебе!
— Не мешаете. Но и не помогаете.
— А как помочь?
— Никак. Поздно помогать.
— Мам... а завещание?
— А что завещание?
— На кого написано?
— На того кто этого заслуживает.
— А я заслуживаю?
— Сам как думаешь?
Максим промолчал.
ЧЕРЕЗ ТРИ ГОДА
Мне исполнилось восемьдесят пять.
Здоровье стало хуже.
Лиза переехала ко мне помогать.
— Бабуля, а может всё-таки простить папу?
— Нет.
— А если он совсем попросит прощения?
— Он уже просил. Много раз.
— А по-настоящему просил?
— Не по-настоящему. А для виду.
— Бабуля... а что такое по-настоящему?
— По-настоящему это когда не квартиру жалко, а маму.
— А ему что жалко?
— Квартиру жалко. Боится что достанется не ему.
— А кому достанется?
— Тебе, внученька.
— Мне? А почему мне?
— Потому что ты единственная кто меня не предавал.
— Бабуля... а папа узнает?
— Узнает когда я умру.
— А он расстроится?
— Очень расстроится.
— А мне жалко будет...
— Не жалей. Он сам выбрал.
ЧЕРЕЗ ГОД
У меня случился второй инфаркт.
Более серьёзный.
Врач сказал Лизе:
— Готовьтесь к худшему.
Лиза вызвала Максима.
— Папа, приезжай. Бабуля умирает.
— Умирает? Правда?
— Правда. Врачи сказали дня два максимум.
— А... а завещание?
— Папа! Она умирает, а ты про завещание!
— Ну... я же должен знать...
— Ничего ты не должен!
— Лиза... скажи хотя бы намёком...
— Не скажу.
В БОЛЬНИЦЕ
Максим пришёл с цветами.
— Мам... как дела?
— Плохо. Умираю.
— Не говори так...
— А как говорить? Врачи сказали день-два.
— Может выкарабкаешься...
— Не выкарабкаюсь.
— Мам... а можно последний раз поговорить?
— О чём поговорить?
— О... о прощении...
— Максим, мне осталось жить два дня. Не трать время на глупости.
— Это не глупости! Я хочу чтобы ты простила меня!
— Зачем?
— Чтобы... чтобы спокойно умереть...
— Я и так спокойно умру.
— Мам... ну прости... ну пожалуйста...
— Не прощу.
— Почему?
— Потому что прощать нечего.
— Как нечего? Я же тебя выгнал... обидел...
— Выгнал. И что?
— Ну... это же плохо...
— Плохо для тебя. Для меня хорошо.
— Как хорошо?
— Хорошо что узнала кто ты есть на самом деле.
— Кто я есть?
— Предатель.
— Мам...
— Максим, иди домой. Попрощались.
— А завещание?
— А что завещание?
— На кого оно?
— На того кто меня не предавал.
— На Лизу?
— Узнаешь завтра.
НА СЛЕДУЮЩИЙ ДЕНЬ
Я умерла утром.
Тихо, во сне.
Лиза была рядом.
ЧЕРЕЗ НЕДЕЛЮ
После похорон все собрались у нотариуса.
Максим, Алина, Лиза, её муж.
— Итак, — сказал нотариус, — завещание Зинаиды Петровны Васильевой.
Максим сжал кулаки.
— "Я, Зинаида Петровна Васильева, находясь в здравом уме и твёрдой памяти, завещаю всё своё имущество..."
— Кому? — прошептал Максим.
— "...своей внучке Елизавете Максимовне Васильевой."
Максим побледнел.
— Всё имущество? — переспросила Алина.
— Всё. Квартиру, машину, дачу, вклады в банке.
— А сколько вкладов? — спросил Максим.
— Двенадцать миллионов рублей.
— ДВЕНАДЦАТЬ МИЛЛИОНОВ?!
— Да. Плюс квартира стоимостью семь миллионов. Плюс дача стоимостью три миллиона.
— ИТОГО ДВАДЦАТЬ ДВА МИЛЛИОНА?! — заорал Максим.
— Двадцать два миллиона, — подтвердил нотариус.
— А мне ничего?!
— Вам ничего.
— ПОЧЕМУ?!
Нотариус продолжил чтение:
— "Сына Максима лишаю наследства полностью в связи с тем, что он выгнал меня из собственной квартиры, называл нищей старухой и не раскаивался в содеянном до самой моей смерти."
Максим упал на стул.
— Не может быть...
— "Данное завещание не подлежит оспариванию, так как составлено в здравом уме, что подтверждается справкой психиатра."
— Какой справкой? — прошептала Алина.
— Вот справка от врача-психиатра о том, что завещательница была полностью дееспособна.
— А... а когда справка получена?
— Два года назад.
— ДВА ГОДА НАЗАД?! — взревел Максим. — Она два года назад планировала меня лишить наследства?!
— По дате завещания — планировала десять лет назад.
— ДЕСЯТЬ ЛЕТ?!
— Да. Завещание составлено через месяц после того, как вы её выгнали.
Алина заплакала.
— Максим! Что мы наделали!
— Наделали то что наделали, — тихо сказала Лиза.
— Лиза! — кинулся к ней Максим. — Ты же не оставишь отца без крыши!
— Не оставлю.
— Правда? — обрадовался он.
— Правда. Можете снимать жильё дальше.
— КАК СНИМАТЬ?! Я ЖЕ ТВОЙ ОТЕЦ!
— Отец который выгнал бабушку из дома.
— Лиза... ну дочка...
— Папа, бабушка мне всё рассказывала. Как ты её называл. Как унижал.
— Я не унижал...
— Нищей старухой называл — не унижал?
— Я... я не знал что у неё столько денег...
— И что? Если бы знал, то не выгнал бы?
— Может и не выгнал бы...
— "МОЖЕТ"? Ты даже сейчас не уверен!
— Лиза... я раскаиваюсь...
— Поздно раскаиваться.
— А квартира?
— Квартира теперь моя.
— И что ты с ней будешь делать?
— Буду жить.
— А мы где?
— Где жили, там и живите.
— На съёмной?
— На съёмной.
— Но мы же семья!
— Семья которая бабушку из дома выгнала.
— Лиза... дочка... ну хотя бы комнату одну дай...
— Не дам.
— ПОЧЕМУ?!
— Потому что бабушка завещала МНЕ. И я распоряжусь как считаю нужным.
— А как считаешь нужным?
— Считаю нужным жить там одна. Как жила бабушка после того, как вы её выгнали.
**ВЫХОДЯ ОТ НОТАРИУСА**
Максим догнал Лизу на улице.
— Лиза! Стой!
— Что ещё?
— Дочка... ну не может же быть чтобы ты отца на улице оставила...
— Не оставлю. У тебя же есть съёмная квартира.
— Но за неё платить надо!
— Так плати.
— А денег нет!
— Зарабатывай.
— КАК зарабатывать?! У меня же кредиты!
— Не мои кредиты.
— Лиза... а если я на колени встану?
— Поздно на колени вставать.
— А если попрошу прощения?
— У кого попросишь? У бабушки? Она умерла.
— У тебя попрошу!
— Я не тот человек у кого надо прощения просить.
— А у кого?
— Не знаю. У совести своей попроси.
**ДОМА У ЛИЗЫ**
Муж Лизы спросил:
— Лиза, а может жестоко? Всё-таки отец...
— Жестоко было бабушку из дома выгонять.
— Но он же раскаивается...
— Не раскаивается. Квартиру жалеет.
— А откуда знаешь?
— А он спросил хоть раз как бабушка себя чувствовала? Как ей жилось у нас в однушке?
— Не спросил...
— Вот именно. Его интересует только наследство.
— А что будешь делать с квартирой?
— Переедем туда. Будем жить.
— А папу твоего жалко...
— Не жалко. Сам выбрал.
**ЧЕРЕЗ МЕСЯЦ**
Лиза с мужем переехали в бабушкину квартиру.
Максим приходил каждую неделю.
— Лиза, как дела?
— Хорошо.
— А в квартире удобно?
— Очень удобно.
— Три комнаты... простора много...
— Много.
— А может... может мне одну комнатку?
— Нет.
— Лиза... у нас же скоро третий ребёнок...
— Поздравляю.
— А где его размещать?
— В съёмной квартире.
— Она маленькая...
— Снимите побольше.
— На какие деньги?
— На ваши деньги.
— Лиза... дочка... ну помоги как-то...
— Не помогу.
— Почему?
— Потому что ты бабушке не помогал.
— Помогал...
— НЕ помогал! Выгнал из дома!
— Лиза... может хоть денег немного дашь?
— Не дам.
— А двенадцать миллионов на что потратишь?
— На свою жизнь.
— А на детей? На внуков бабушки?
— Бабушка своих внуков видела редко. Потому что их отец её ненавидел.
— Я не ненавидел...
— Ненавидел. И она это знала.
**ЧЕРЕЗ ГОД**
У Максима родился третий ребёнок.
Кредиты давили. Денег не хватало.
— Лиза, — позвонил он, — может работу мне поможешь найти?
— Какую работу?
— Ну... хорошо оплачиваемую...
— Ищи сам.
— Но ты же связи имеешь...
— Имею.
— Ну поможи...
— Не помогу.
— Почему?
— А ты бабушке помогал когда ей было тяжело?
— Какая тяжело? Она же богатая была!
— Богатая, но одинокая. Потому что сын её ненавидел.
— Лиза...
— Папа, до свидания.
**ЧЕРЕЗ ДВА ГОДА**
Максим не выдержал и пришёл с покаянием.
— Лиза, я понял... я был неправ...
— Что понял?
— Понял что маму обидел... что нельзя было её выгонять...
— И что дальше?
— И хочу искупить вину...
— КАК искупить?
— Буду ухаживать за её могилой... цветы носить...
— Поздно цветы носить.
— Лиза... ну что мне делать?
— Жить с последствиями.
— С какими последствиями?
— С последствиями того что сделал.
— А последствия какие?
— А такие что остался без матери и без наследства.
— И это навсегда?
— Навсегда.
— А ты не простишь?
— Не прощу.
— Почему?
— Потому что бабушка не простила.
**ЭПИЛОГ**
Прошло пять лет.
Лиза живёт в бабушкиной квартире с семьёй.
На стене висит портрет бабушки.
Максим так и живёт на съёмной квартире.
Кредиты еле тянет. Работает на двух работах.
Алина ушла от него. Забрала детей.
Он остался один.
— Лиза, — позвонил он недавно, — может хоть увидимся?
— Зачем?
— Я же отец...
— Отец который бабушку из дома выгнал.
— Сколько можно помнить...
— Всю жизнь можно.
— А дети? Они же ни в чём не виноваты...
— Дети у Алины. Она их забрала.
— А ты с ними общаешься?
— Не общаюсь.
— Почему?
— Потому что их отец — предатель.
— Лиза...
— До свидания, папа.
**ФИНАЛ**
Максим сидит в своей однокомнатной съёмной квартире.
Один.
Алина ушла два года назад. Забрала всех троих детей.
— Надоело, — сказала она. — Надоело жить в нищете по твоей вине.
— Какой вине?
— По вине того что мать из дома выгнал. И лишился наследства.
— Я не знал...
— Знал! Я же говорила не выгоняй!
— Не говорила! Сама требовала!
— Требовала, а ты мог отказаться!
— Алина...
— Всё! Ухожу! И детей забираю!
— А алименты?
— Какие алименты? У тебя же зарплата копейки!
И ушла.
С тех пор Максим живёт один.
В сорок пять лет.
Без семьи, без детей, без наследства.
С кредитами и арендой за однушку на окраине.
СЕГОДНЯ
Максим приехал на кладбище к маме.
— Мам... — сказал он могиле. — Прости меня...
Тишина.
— Я понял... понял что был неправ...
Тишина.
— Понял что потерял самое дорогое...
Тишина.
— Не квартиру потерял... тебя потерял...
Ветер шелестит листьями.
— Мам... а если бы я тогда не выгонял... если бы защитил от Алины... мы бы сейчас вместе жили...
Тишина.
— Ты бы внуков нянчила... я бы о тебе заботился...
Тишина.
— А теперь... теперь я один... совсем один...
Максим сел на лавочку рядом с могилой.
— Мам... а знаешь что самое страшное?
Тишина.
— Самое страшное что я до сих пор думаю про квартиру...
Тишина.
— Сижу тут, каюсь... а в голове: "Эх, двадцать два миллиона упустил..."
Тишина.
— Вот видишь? Даже сейчас не о тебе думаю... о деньгах думаю...
Ветер усилился.
— Значит ты правильно сделала что меня лишила наследства...
Тишина.
— Правильно сделала что Лизе завещала...
Тишина.
— Она хоть тебя любила... а я только квартиру любил...
Максим встал.
— Мам... прости меня... хоть на том свете прости...
Тишина.
— Я был плохим сыном...
Тишина.
— Был предателем...
Тишина.
— И получил по заслугам...
УХОДЯ С КЛАДБИЩА
Максим встретил Лизу.
Она тоже шла к бабушкиной могиле.
— Папа? — удивилась она.
— Привет, Лиза...
— Что делаешь здесь?
— Каюсь...
— Перед кем каюсь?
— Перед мамой...
— Поздно каяться.
— Знаю что поздно... но всё равно каюсь...
Лиза посмотрела на него внимательно.
— Папа... а ты правда понял что был неправ?
— Правда.
— В чём неправ?
— В том что выгнал родную мать ради квартиры.
— И что ещё?
— В том что не защитил её от Алины.
— И что ещё?
— В том что десять лет не раскаивался.
— И что ещё?
— В том что... что даже сейчас больше квартиру жалею чем маму...
Лиза кивнула.
— Вот теперь ты сказал правду.
— Лиза... а что теперь делать?
— Жить с последствиями.
— А простить меня можно?
— Нет.
— Почему?
— Потому что бабушка не простила.
— А если я изменюсь?
— Поздно меняться.
— Лиза... а можно хоть иногда видеться?
— Зачем?
— Ну... ты же дочь...
— Дочь предателя.
— Лиза...
— Папа, иди домой. В свою съёмную однушку.
ДОМА
Максим сидит на диване в пустой квартире.
На столе лежит фотография мамы.
— Мам... — говорит он фотографии. — Если бы можно было всё вернуть...
— Если бы можно было переделать...
— Я бы никого не слушал...
— Ни Алину, ни кого...
— Сказал бы: "Это мама! Она здесь хозяйка!"
— И защитил бы тебя...
— И мы бы жили дружно...
— Ты бы внуков воспитывала...
— Я бы о тебе заботился...
— А когда бы ты умерла... умерла от старости, а не от расстройства...
— Я бы тебя похоронил как царицу...
— И плакал бы не от жадности, а от любви...
Но время не вернуть.
И мама не воскреснет.
И квартиры не будет.
И семьи не будет.
МОРАЛЬ
Не выгоняйте родителей из собственных домов.
Не называйте их нищими старухами.
Не слушайте жён которые требуют выбрать между ними и матерью.
Потому что мать у вас одна.
А жён может быть много.
И если предадите мать ради жены...
То останетесь без матери.
А потом и без жены.
И без наследства.
И без детей.
И без всего.
ФИНАЛ
Максим так и живёт один.
В съёмной квартире на окраине.
Работает на двух работах чтобы платить кредиты.
Лиза с ним не общается.
Дети его не знают.
Алина вышла замуж за другого.
А в центре города, в трёхкомнатной квартире за семь миллионов, живёт его дочь с семьёй.
И на стене висит портрет бабушки.
Бабушки которую он когда-то назвал "нищей старухой".
И выгнал из собственного дома.
И теперь расплачивается за это всю оставшуюся жизнь.
КОНЕЦ
P.S.
А вы никогда не называйте своих родителей нищими.
Не знаете что у них в заначке.
И что написано в завещании.
ИСТИННЫЙ ФИНАЛ
Максим ещё долго будет ходить на кладбище.
И каяться.
Но мама его уже не услышит.
Потому что мёртвые не прощают.
Прощать нужно было при жизни.
А теперь поздно.
Навсегда поздно.