Мне хочется рассказать вам, дорогие читатели, какой случай произошёл с хорошо знакомой мне пенсионеркой Антониной Петровной. Она мне это рассказала с сердцем, говоря, что случившееся с ней не смертельно, но очень неприятно.
В тот день небо над городом было особенно ясным, словно специально расчистилось для важного события в жизни Антонины Петровны. Она долго собиралась, примеряла наряды, перекладывала в сумочку платочки и пудреницу. Сегодня она впервые шла в клуб "Самарец", о котором столько слышала от соседок.
Танцевальный вечер начинался в семь, и Антонина Петровна пришла заранее. В просторном зале уже собирались такие же, как она, люди в ожидании музыки и танцев. Кто-то оживлённо беседовал, другие скромно стояли в сторонке, переминаясь с ноги на ногу.
Когда зазвучала музыка, к Антонине Петровне подошёл невысокий мужчина в хорошо отглаженном костюме.
Он представился Эдуардом Михайловичем и галантно пригласил её на танец. Его манеры были безупречны, речь грамотна, а движения уверенны. Антонина Петровна почувствовала себя юной девушкой, впервые оказавшейся на балу.
Следующие несколько недель они встречались на танцах. Эдуард Михайлович всегда уделял ей особое внимание, рассказывал интересные истории из жизни, делал комплименты. Однажды он пригласил её к себе на чашечку чая. Антонина Петровна, польщённая таким вниманием, с радостью согласилась, — Но, сначала, — сказала она, — побываем у меня, это меня меньше стеснит.
Её собственная квартира встретила гостя уютом и ароматом домашней выпечки.
Антонина Петровна приготовила заранее всё самое лучшее: пирожки с яблоками, варенье собственного производства, ароматный чай. Эдуард Михайлович благодарил Антонину Петровну, называл её хорошей хозяйкой и пригласил к себе.
Антонина Петровна согласилась, хотя что-то внутри слегка тревожило её. Дом Эдуарда Михайловича оказался старой развалюхой, хоть и не на окраине города. Внутри было неуютно: пыльно, мебель не похожа на мебель, на стенах везде отходила штукатурка. — Когда я вошла, — рассказывала мне Антонина, — мне показалось, что я, увидев эту картину, состарилась сразу на 20 лет.
Хозяин выставил на стол какие-то консервы, черствый хлеб, чай из пакетиков. В этот момент в комнату вошла молодая женщина.
— Пап, я дома! — громко объявила она, не замечая гостьи.
Эдуард Михайлович заметно смутился:
— Дочь, ты не вовремя, у меня гости.
Антонина Петровна почувствовала, как внутри всё сжалось. Что-то в этой ситуации показалось ей неправильным, неприятным. Дочь окинула её быстрым взглядом и, буркнув что-то невнятное, удалилась.
Хозяин, словно пытаясь загладить неловкость, начал рассказывать истории из своей жизни. Он говорил о былых успехах, о том, каким важным человеком был когда-то. Но Антонина Петровна уже не слушала. Её всё больше беспокоило отсутствие элементарных удобств. Даже простой возможности помыть руки не было.
Под предлогом покурить она вышла на улицу. Обойдя дом, она не обнаружила даже намека на туалет.
Только старая яблоня в углу двора да покосившийся сарай, больше похожий на склад ненужных вещей.
Вернувшись в дом, Антонина Петровна поняла, что больше не может здесь находиться. Вежливо поблагодарив хозяина за гостеприимство, она засобиралась домой. Эдуард Михайлович, удивленный такой поспешностью, пытался её удержать, но она была тверда в своём решении.
Проводив гостью до остановки, он долго махал ей вслед. Антонина Петровна села в автобус и, глядя в окно на удаляющийся дом, вздохнула с облегчением. Она поняла, что, несмотря на все манеры и красноречие, Эдуард Михайлович оказался не тем партнёром, который ей нужен.
Дома она, чтобы отвлечься от крайне неприятного чувства, развернула активную деятельность: начала печь на своей уютной кухне пирожки и пышки, заварила свежий чай, нарезала фруктов, и, сев за стол, почувствовала себя по-настоящему счастливой. Ведь иногда важно вовремя понять, что некоторые встречи предназначены лишь для того, чтобы помочь нам лучше узнать себя и свои истинные желания.