Комментарий АО ИК «АКБФ» к ситуации на валютном рынке по состоянию на 9.09.2025.
Курс доллара США к рублю начал неделю ростом на 1,3%, курс китайского юаня к российской валюте продемонстрировал близкие к нулевым изменения.
Факторы динамики валютного рынка до конца 2026 года
Минфин РФ с 5 сентября увеличил продажу валюты/золота до 1,4 млрд руб. в день. С 7 августа по 4 сентября Минфин продавал валюту и золото на 6,2 млрд руб., по 0,3 млрд рублей в день.
ЦБ РФ во II полугодии 2025 года покупает или продает иностранную валюту в рамках бюджетного правила на величину продаж в размере 8,94 млрд руб. в день (в I полугодии операции корректировались на продажи в размере 8,86 млрд руб.).
Скупка рублей на валютном рынке фактически способствует сокращению ликвидности, росту рублевых ставок, оценочных рисков и бегству в «качество», то есть активизации инвестиций в доллар, юань и евро, роль которых в качестве инструмента платежа и обмена возрастает. Продажа валюты регуляторами, как показывает историческая практика, поддерживает доллар, а не рубль — рынок это учитывает вне зависимости от объёмов таких операций.
Противоположное, позитивное и, как показывает практика, очень существенное воздействие на динамику курса рубля оказывает поступление на рынок ликвидности, снижение кредитных ставок и оценочных внутренних рисков, которое традиционно транслируется в рост инвестиционной активности в результате интервенций по покупке золота, юаней, долларов и евро.
Ситуация, сформировавшаяся на валютном рынке РФ в 2025 г., представляется исключением для долгосрочных тенденций, сформированным на фоне разрушения (согласно февральской оценке главы Минэкономразвития Максима Решетникова) биржевого механизма определения курса рубля и усиления влияния на курс рубля со стороны сегмента деривативов, на котором традиционно сильно представлена спекулятивная составляющая.
Отмечаем также значительное «сжатие» показателей свободной денежной ликвидности на рынке, которое — в рамках политики Банка России — ограничивает инвестиции в широком спектре активов, в том числе вложения в иностранные валюты. Влияние фундаментальных средне- и долгосрочных факторов на динамику курса рубля при этом, полагаем, значительно снижается.
В перспективе IV кв. 2025 г. – IV кв. 2026 г. ожидаем, что проводимая «жесткая» политика Банка России, с одной стороны, испытает влияние растущих рисков сравнительно активной, не исключено — шоковой, переоценки с существенным повышением расчётных кредитных рисков в экономике с соответствующими последствиями для ВВП. С другой — полагаем, что жёсткие кредитные условия в РФ постепенно будут во всё меньшей степени соответствовать формирующейся устойчивой долгосрочной тенденции роста инвестиционного спроса на внутреннем и глобальном уровне. Ключевой драйвер — инициированные Администрацией США крупные изменения в регуляторной и бюджетной системе, которые способствуют, как представляется, «перерастанию» глобальной экономикой долговой проблемы.
Прогноз по инфляции и ключевой ставке до конца 2025 года
На этом фоне ожидаем постепенного смягчения монетарных условий в РФ в указанной перспективе. С учётом поступающей статистической информации и макроэкономических, внешнеполитических новостей, комментариев регуляторов, прогноз потребительской инфляции в РФ по итогам 2025 г. составляет 9% г./г., прогноз ключевой ставки составляет по итогам текущего года — 16%.
В дальнейшем закладываем в базовые оценки сохранение реальной ключевой ставки (КС) в I квартале 2026 г. на обозначенном выше прогнозном по итогам 2025 г. уровне в 7%. Однако затем на фоне роста стоимости долга крупных российских компаний, усиления на этом фоне среднесрочных макроэкономических рисков и, с другой стороны, под влиянием возможного роста глобального делового оптимизма и инвестиций в начале 2026 г., полагаем возможным снижение в перспективе II кв. 2026 – II кв. 2027 гг. КС Банка России, рассчитанной с поправкой на индекс потребительской инфляции (ИПЦ), в диапазон 3–5%.
При реализации данного базового сценария, с одной стороны, рубль поддержит ослабление макроэкономических рисков, связанное со снижением реальных кредитных ставок (хотя они в рамках представленного сценария останутся всё равно исторически очень высокими), с другой стороны — традиционное, при ослаблении жёсткости кредитных условий, улучшение ситуации в сфере денежной ликвидности позволит, в том числе валютному рынку, более активно отыгрывать воздействие имеющихся значимых для него средне- и долгосрочных фундаментальных факторов.
Курс рубля к юаню
При этом по-прежнему полагаем, что рост инвестиционной активности в рамках тенденции «перерастания» глобальной долговой проблемы, усиление ценового давления в мире, несмотря на имеющиеся по-прежнему риски нерыночной регулировки спроса, будут, в итоге, усиливать в мировой экономике спрос на ликвидные, подверженные — в рамках экономической политики властей — сравнительно низким инфляционным рискам валюты и финансовые инструменты развивающихся рынков. Эти оценки отразились в обозначенном ниже прогнозном курсе китайского юаня.
Учитывая указанные внешние факторы, а также сравнительную динамику ключевых макроэкономических показателей РФ и КНР, традиционно низкую по сравнению с аналогичным показателем курса USDRUB волатильность курса доллара США к китайскому юаню, принимая во внимание существенное сокращение использования экономическими агентами в расчётах т. н. «токсичных» валют и рост торгового оборота России и Китая, полагаем, что ключевым драйвером динамики курса рубля на российском рынке в среднесрочном периоде станет курс юаня к рублю.
На этом фоне, в рамках базового сценария ожидаем повышения курсов USDRUB и CNYRUB к концу 2025 г. до 85–95 руб. за доллар США и 13–14 руб. за юань соответственно.
Закладываем в наши базовые оценки снижение курса валютной пары USDCNY в перспективе 2025–2031 гг. к отметкам 5–6 юаней за доллар США при 14,5–15,5 руб. за единицу валюты КНР.
По итогам 2026 г. прогнозные диапазоны курсов USDRUB и CNYRUB составляют 90–100 руб. за доллар США и 13,5–14,5 руб. за юань.
Фактором риска является оценочно — по нашим прогнозам — высокий среднесрочный потенциал повышения индикативных для валютного и сырьевого рынков нефтяных цен. Однако и с учётом этого обстоятельства курс рубля к китайской валюте, как представляется, существенно отклонился вверх от своих расчётных справедливых кратко- и среднесрочных уровней.