Они жили в подвале. Мир сузился до бетонных стен, запаха сырости и треска свечи. Взрослые старались говорить шепотом, чтобы не пугать детей. Но дети и так уже давно всё понимали. Они научились различать страшные орудия взрывы звуку. Научились зажмуриваться, чтобы не видеть, как дрожит земля наверху.
Иногда, в редкие часы затишья, некоторые выбирались наверх. Как зверьки из норы — осторожно, пугливо озираясь. За едой. За водой. За глотком того воздуха, который ещё пахнет не войной, а просто небом. Каждый такой поход был рулеткой. Тот, кто уходит, может не вернуться.
И вот однажды не вернулись двое. Он и она. Родители пятилетней Лизы. Ушли за продовольствием и не вернулись. Все в подвале знали, что это значит. Значит, больше не будет её отца, который тихо напевал дочке песенки, чтобы заглушить вой сирен. Не будет её матери, которая последнюю кроху хлеба незаметно клала в карманчик Лизиного платьица.
Девочка сидела на старом матрасе и смотрела в одну точку большими, ничего не понимающими глазами. Она ещё ждала.
Тётя Ира, соседка, которая до войны была бухгалтером, первая подошла и просто обняла её. Молча. Крепко. Потом она разломила пополам свою скудную пайку хлеба и отдала половину Лизе. «На, дочка, ешь».
Дед Николай, ветеран, который почти не вставал с угла, вдруг подозвал её к себе. Достал из-под подушки последнюю конфету-подушечку, смятую, засахаренную. Тот самый «сладкий сокровище», которое он, наверное, берег для самого худшего дня. «Держи, солнышко. Это тебе».
Подросток Витя, который до этого только наушники не снимал, взял её за руку и повёл показывать «секретный ход» в дальний угол подвала, где якобы жил домовой, который их охраняет. Он сочинял на ходу, лишь бы увидеть в её глазах хоть каплю любопытства вместо ужаса.
Её стали по очереди укладывать спать. Рассказывать ей сказки, которые сами с трудом вспоминали. Делиться с ней водой из своих скудных запасов. Они не договаривались. Не собирали совет. Они просто делали. Потому что в аду, который устроили там, наверху, здесь, внизу, должны были оставаться люди.
Лиза не стала сиротой. У неё появилась одна большая, странная, израненная семья. Семья из подвала. Где мамой стала тётя Ира, дедом — дед Николай, а братом — Витя.
Война отнимает всё. Но она не может отнять самое главное — способность одного человека согреть другого. Даже в самом холодном подвале. Даже в самые тёмные времена.
Они выжили. Потом. Все вместе.Позже Лиза выростет и станет детским врачом. Чтобы дарить другим детям то, что подарили ей тогда чужие люди в подвале — шанс на жизнь.