Прошло 10 лет. Николай за эти годы превратился в старика он больше не женился, а всего себя посветил сыну. Сашка выжил, но ходил на костылях т.к одна нога у него не слушалась. Последние пять лет Вовка совсем не приезжал, а отец, чувствуя, что скоро Сашка останется один каждый день ходил на почту и звонил старшему сыну.
- Татьяна здравствуй!
- Здравствуйте д. Коль,- по-доброму отвечала девушка
- Мне бы Владимиру позвонить- со вздохом продолжил Николай Федорович и протянул девушке листок с номером сына. Она сочувственно посмотрела на старика, развернула бумажку набрала номер. В трубке послышались длинные гудки. Николай Федорович с надеждой смотрел на девушку и перебирал от нетерпения ногами. Скоро гудки оборвались, Таня положила трубку. Старик обреченно махнул рукой и пошел к выходу.
- Д. Коль ну не расстраивайтесь, -девушка догнала и придержала его за руку, –давайте знаете, как поступим: я себе номер перепишу, и сама буду звонить, ну что вы уже третий раз приходите. Может они работают допоздна или уехали куда. Давайте так, давайте я сама - Говорила она бойко и оптимистично, стараясь этим поддержать старика.
-Спасибо дочка
-Вот и договорились -Татьяна с облегчением выдохнула и медленно разгладила бумажку с номером.
-Уехали…, наверное, уехали… пробормотал старик и вышел на улицу.
Вечером Татьяна пришла к Николаю и радостно сообщила, что дозвонилась до Володи и завтра утром он будет ждать звонка.
- Володька я скоро умру и прошу тебя не бросай Сашку, - Николай говорил медленно и твердо.
- Папа, - перебил его сын, - да с чего ты взял, что умрешь?
- Поклянись, поклянись, что не бросишь и никуда не сдашь брата. Кроме тебя у него никого нет.
- Клянусь, - успокоил Владимир отца.
Не зря томилась тревога в отцовском сердце. Не зря боялся он оставить Сашку одного. Как и обещал Николай умер. Умер ровно через неделю после разговора с Володькой. Тихо и спокойно как дед Иван, без страха за Сашку, а в спокойной уверенности в старшем сыне.
Владимир узнал о смерти отца уже после похорон. И ехал с Наташей в Николаевку решать дела с Сашкой и наследством. Он думал переговорить с соседями и оставить Сашку дома под их присмотром, но Наташа убеждала отправить его в специальное учреждение, объясняя, тем, что оставлять 15 летнего подростка под присмотром непонятных соседей не очень умная идея. Не отличавшийся смелостью Николай, понимал, что он уступит и скорее всего сделает все так, как того хочет жена и это его страшно тяготило.
В веселой и доброй Наташе, чувствовалась какая-то наигранность, да и молчаливость Брата наводила Сашку на недобрые мысли. Владимир, все время избегал смотреть Сашке в глаза и говорил на какие-то совершенно дурацкие темы.
Ночью думая, что Сашка спит они начали перешёптываться. Но Сашка не спал. Он лежал и смотрел на черный потолок. Хромали знакомые с детства ходики. А за стенкой самый родной на всем свете человек решал, как лучше от него отделаться.
-Дом нужно продать. Он же не сможет один жить. А там присмотрят. Там все условия, –Наташа говорила тихо и быстро
– Ну а как, с собой же мы его не возьмем. Вов, что ты молчишь? - Володя откашлялся и отвечал почти шепотом
–Ты знаешь можно с соседями поговорить. За небольшую плату будут приглядывать, лишняя копейка им не помешает.
– Нам она тоже не помешает, - перебила его жена. Владимир не отвечал.
Сил не было это слушать. Сашка закрыл глаза пытаясь сдержать слезы.
Наташа не унималась:
- Продав дом, деньги по-честному разделим. Половину положим ему на книжку. Летом будем на море с собой брать. Он же не разу там не был. Ты что хочешь, чтобы он всю жизнь в этой деревне просидел. Мне кажется это ужасно не справедливо. Конечно проще оставить все как есть – живи брат среди навоза на костылях. Ты же все это понимаешь. Жизнь не стоит на месте все меняется.
Когда Наташа замолкала. Сашке казалось, что вот сейчас брат очнётся и наорет на жену, пристыдит ее. «Ты, что с ума что ли сошла. Какой дом инвалидов, - это мой брат. Я отцу обещал. Да он и сам вполне о себе позаботиться. Будем в отпуск к нему приезжать. Ты что. А ка же иначе. Я по-другому не могу». Больше всего на свете Сашке хотелось это услышать, но брат этого так и не сказал.
Напротив, он, думал, как завтра скажет брату совершенно другие слова. Хотя понимал и чувствовал, что так поступать нельзя, что отцу обещал, клялся, что никуда Сашку не отдаст. И что бы не говорила сейчас жена, как бы не убеждала все это гроша, ломанного не стоит.
«Чего она так вцепилась. Какая ей разница». Думал Владимир. «А может действительно лучше будет как она говорит. Что он тут видит в этой деревне». Владимир пытался сам себя убедить и оправдать решение которое уже принято, но боялся, в этом, признаться. Сложно найти оправдания против собственной совести тем более, когда их нет.
- Володь, - голос жены прервал мысли, - давай попробуем, может ему там понравиться. Всегда можно отыграть.
«Нет ничего более постоянного чем временное» подумал про себя Наташа, а в слух сказала:
- А с домом пока подождем.
Владимир приободрился. Вот оно решение. «Может ему понравиться», «Всегда можно отыграть» Все не так и страшно, Владимир зацепился за эти слова.
- Только нужно завтра все это сделать, потому что нам уезжать пора. Ты помнишь, что у мамы юбилей. Мы должны быть.
Владимир кивнул.
А за стенкой Сашка сжал кулаки. «Да пошли они. Я вот возьму и не поеду никуда. Что они сделают, силком что ли меня потащат. А я тогда заору, буду на всю улицу на них орать. Господи! Господи, что это за люди то такие? Не выдержав этих мыслей Сашка заплакал. Горячие слезы душили и обжигали. Как никогда в жизни хотелось рыдать, кричать и звать на помощь. Ему стало казаться, что за стеной не брат с женой, а черти из преисподней на зверином языке обсуждают как будут издеваться над ним. Смотрят на дверь его комнаты сумасшедшими глазами и слюной капают на вымытый пол.
Саша закрыл глаза и зашептал Отче Наш…
Утром оставшись с братом наедине Владимир неуверенно начал разговор
- Мы знаешь, что подумали, может тебе пока пожить в специальном учреждении.
- Сашка пристально посмотрел брату в глаза. Владимир отвернулся и заходил по комнате. Ему вдруг страшно захотелось пить. Схватив кружку, он зачерпнул воды, кружка громко и неприятно вдарила об пустое ведро. Владимир вздрогнул.
-В холодильнике молоко. Только смотри ледяное
Но Владимир как будто не слышал брата, он старался быстрее сказать намеченные слова. Он сам себя ненавидел в эти минуты. Ведь как он не старался убедить себя в том, что так будет лучше, где-то в груди металась мысль, что, отправляя Сашку в дом инвалидов он поступает как последняя сволочь, да еще и нарушает клятву данную Отцу.
А если сейчас кто тот из знакомых войдет и начнет спрашивать, что тут происходит. Владимир оцепенел от этой мысли. Ему вдруг показалось что Нина Степановна бойкая и подвижная соседка с цепким взглядом прошла вдоль дома. Казалось сейчас она дернет дверь и войдет. Упрется руками в бока пристально посмотрит и громко скажет – С какой это стати ты Сашку куда-то там хочешь сдать. Ты кто такой. Как тебе только не стыдно. Родного брата… Отец в надеже умирал – «Вовка Сашку не бросит». А теперь в гробу перевернется. Знаешь, что, мы тебя самого от сюда вышвырнем. Сейчас людей позову.
Вовка стал выглядывать в окно и коситься на дверь. Ноги у него задрожали внутри похолодело. Взмокшая рубаха прилипла к телу. И так его Сашке жалко стало.
- Ладно Вов поехали, я согласен. Он встал и застучал костылями к выходу. Вещи потом привезёшь… или кто ни будь…
- Вовка, отец перед смертью дедов дом продал там 11 тысяч возьмите себе.
Но Вовка настолько думал о своем, что ничего не понял.
На пороге подбежала постаревшая Муха. С глазами полными радости облизывала Сашке руки и подпрыгивала.
- Муха, моя хорошая, иди сюда, – от Сашкиных слов собачонка, прям обезумела: тыкалась головой в руку добиваясь чтобы ее погладили, а добившись, носилась счастливая кругами.
Сашка сам открыл дверь, аккуратно сел и положил под ноги костыли. Машина мягко тронулась. В заднем окне быстро отдалялся дом и подпрыгивал вместе с машиной. Муха бежала как привязанная. На асфальте поехали быстрее она прижала уши и сколько могла изо всех сил старалась не отстать …
Утренний разговор Наташа подслушивала, оставив приоткрытую дверь. Слушала и переживала, лишь бы Володя не поплыл, а сделал все как договорились. Услышав, что Сашка с Отцом скопили такую огромную сумму, возбудилась до крайности, а когда Саша согласился ехать победно сжала кулаки. Потом, как только машина тронулась побежала искать деньги. Первым делом открыла сундук. Аккуратно сложенные вещи Наташа швыряла на пол. А уж когда среди вещей нащупала пакет с бумагами сердце ее заколотилось. Вот оно! Но там были фотографии. Она наугад вынула карточку, на ней Владимир сидел на сундуке, держа маленького Сашка на коленях. С небрежением бросила она ее на пол.
- Что это ты делаешь девочка?
Наташа вздрогнула, но тут же пришла в себя, – У вас тут я вижу стучаться не принято.
- У нас не принято в чужих сундуках копаться, –отвечала соседка, показывая глазами на разбросанные вещи.
Наташа на секунду замешкалась. «Спорить с этой бабкой время тратить, а так хочется поскорее деньги найти. Наверное, большая стопка 11 тысяч».
- Вы знаете…. Как вас? –начала она с улыбкой
- Нина Степановна
- Вы знаете Нина Степановна, Володя с Сашей в город уехали, а меня попросили вещь одну найти. Я уже все облазила и нет нигде. Вот и разозлилась на этот сундук. Понимаете, - Наташа улыбнулась и развела руками. Нина Степановна смотрела с недоверием. Всем видом показывая, что она не понимает.
- Ладно позже зайду.
Наташа проводила названную гостью и закрыла дверь на замок.
В больнице Владимир торопливо подписал какие-то бумаги и не прощаясь с братом выскочил на улицу. Наконец- то все это закончилось. Господи! Но не пришло облегчение. Наоборот. Наизнанку хотелось вывернуться. «Что же я наделал. Как жить то теперь с этим. Сашка прости меня! Сейчас же вернусь и заберу тебя домой!» Мысль оборвал автомобильный сигнал. Обернувшись Владимир увидел испуганные глаза водителя из несущегося на него автомобиля
- Скорую! Скорую!
Люди хлынули к месту аварии
- Да какая скорая… Все… - с отчаянием произнес мужчина, пытавшийся нащупать пульс. Он аккуратно положил обмякшую руку и закрыл Владимиру глаза.