Как мы живём не свою жизнь
Психологическая травма – это не всегда насилие или какие-то опасные для жизни обстоятельства, иногда это просто непонимание родителем ребёнка или первая неудачная любовь. Порез на пальце тоже считается травмой, и пока порез свежий мы не можем полноценно владеть рукой, т.е. травма доставляет нам дискомфорт только пока не заживёт. И это ключевой момент – психологическая травма не заживает и ситуации, в которых она может повториться, как будто снова вскрывают едва затянувшуюся рану.
У нашей психики есть целый механизм по адаптации к травме, который всё чаще выходит из-под контроля.
Когда происходит травмирующее событие в нашей психике мгновенно образуется три элемента: травмированная часть, выживающая часть и здоровая часть. Травмированная часть включает в себя нас в момент события, с которым мы не справились или не выразили все эмоции, которые у нас в тот момент возникли и поэтому мы «заморозили» их до лучших времён.
Пока травмированная часть не разберётся со своей заморозкой на сцену выходит выживающая часть, задача которой сделать всё, чтобы подобная ситуация не повторилась. Внимание – это очень важно – выживающая часть, это механизм психологической защиты, а не наша личность, т.е. не мы сами. Наша личность находится в третьей, здоровой части, которая взаимодействует с внешним миром тогда, когда не включены травмированная или выживающая части.
Сложность в том, что уже к 20-25 годам у нас возникает такое количество травмированных и выживающих частей, что они заполняют большую часть времени нашего существования и для истинных нас в здоровой части остаётся не так много времени.
В психологии и литературе существует понятие тени человека и когда человек попадает во власть своих травм и выживающих моделей поведения в его жизни тень занимает ведущую роль, и уже человек становится её блеклым подобием.
В чём разница здоровой части и выживающей. Здоровая часть – это когда мы принимаем решение согнуть колено, выживающая – коленный рефлекс. Такое поведение ещё называют реактивным (от слова «реакция»), т.е. мы не успеваем подумать, прежде чем что-то сказать или сделать и действия или слова вырываются автоматически. Именно в этом и состоит основная проблема психологической травмы, чем больше места она занимает в нашей жизни, тем больше мы реагируем на окружающий мир, а не живём согласно своим желаниям. Желание из здоровой части звучит, как: «Я хочу, надо подумать, как это получить», тогда как в выживающей части это звучит, как: «Если будет возможность» или «Как получится». Т.е. мы уже не уверены в том, что сможем повлиять на окружающие нас события и передаём ответственность за это внешнему миру.
Такое поведение формируется на ранних этапах жизни и в силу жизненных обстоятельств мы подстраиваем свою жизнь по избегание травм слушаясь советов выживающей части в виде страхов, фобий, тревог, раздражения и т.д. Настоящие сложности подстерегают нас в районе 40-50 лет. Если мы не вышли из тени и она продолжает занимать ведущее место в нашей жизни, постепенно, в течение нескольких лет, мы формируем вокруг себя «безопасную» среду: отказываемся от общения с друзьями, меньше бываем за пределами дома, на работе формируем узкий круг общения или вовсе уходим на удалённую работу и в итоге ближе к 60 годам мы оказываемся в такой тесной «безопасной» раковине, что даже пошевелиться не можем. Любые изменения или новшества вызывают у нас мощные агрессию и страх, нам лучше «как раньше» или «как привычно», даже если это неудобно и занимает больше времени и сил, чем какое-то нововведение.
Это происходит потому, что выживающая часть личности является ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ ЗАЩИТОЙ. Её основная и единственная цель – не допустить повторения травмирующей ситуации. Например, в детстве мы попросили у родителей купить нам игрушку и нам отказали. В этот момент мы приняли решение, что нам отказали, потому что с нами что-то не так: мы не достойны игрушки, мы незначительны, чтобы удовлетворять наши потребности, мы не должны ни о чём просить родителей, потому что они расстраиваются и т.д. На основе этого вывода наша выживающая часть начинает нас защищать. В любой ситуации с родителями она останавливает нас и говорит: «Не проси». Идёт время, и это «не проси» распространяется на друзей, мы не просим у них помощи, поддержки или внимания. Проходит ещё время, и мы вступаем в отношения, где так же ни о чём не просим. На работе не просим о повышении или помощи и к 50-60 годам мы настолько отрезаем себя от здорового контакта с людьми, что вокруг нас остаются либо супруги и дети, либо и от них наша выживающая часть личности отказывается, чтобы не повторить травмирующий опыт.
Казалось бы, в 5 лет мы попросили купить нам машинку или куклу, а родители отказали, такое было с каждым, но кто-то к этому отнёсся нормально, а кто-то сделал о себе вывод, вокруг которого начал строить всю свою жизнь.
В этом и заключается основная работа в терапии, когда на свет выходят выживающие части личности и рассказывают, зачем они так сильно ограничивают нашу жизнь, у здоровой части появляется возможность заявить о себе и о своих желаниях. Сначала тихо и едва заметно и всё же с течением времени голос здоровой части крепнет и травмированные части личности постепенно учатся проживать стрессовые события отпуская их и воспринимая как к опыт.
Беда в том, что у большинства из нас теневая сторона личности уже заняла ведущую роль и её задача не допускать столкновения с любым стрессом, а терапия это тоже стресс, потому что здоровый образ жизни – это что-то новое. Что-то, что мы будем делать по-другому и там велика вероятность повторения травмирующих ситуаций, тогда как задача выживающей части личности ни в коем случае этого не допустить. Так появляются болезни, разрываются контакты с людьми, появляются обиды на окружающих и т.д.