Через выгон наискосок от дома Николая жил дедушка - Иван Захарович. Добрый и одинокий. Все его дети на войне остались, никто не вернулся. «Немец, враг, отнял» говорил Иван Захарович. Жена его Анна Тихоновна после третьей похоронки, года не прожила – все, Ваня, закончились наши дети- и после этих слов до самой смерти ни разу не улыбнулась. Похоронил ее Иван и остался совсем один. Но ничего, жил дальше. Скотину держал, а когда его спрашивали зачем ему эта скотина, он так отвечал:
- Трудно без дела сидеть. Думаешь много, вспоминаешь…Сынков своих… Мишка то мой, а Семен, а Степан! Какие ребята были. А Аннушка моя! Целый день слезы ручьем, глаза выплачешь. А так ничего…колгочусь целый день, только вечером плачу… в уголку со святыми угодниками.
В пожилом возрасте все, что раньше казалось важным, отлетает как шелуха, наверное, поэтому старики так любят детей. Старикам и детям хорошо друг с другом. Они просто радуются!
В Сашке дед Иван своего Семена видел и, наверное, поэтому души в нем не чаял.
- Ну один в один, прям мой Сенька. А поди ка – заманивал он Сашку конфеткой
- Я не Сенька я Саша- отвечал с обидой мальчишка
- Сейчас словлю и к себе заберу
Дед как мог быстро подскакивал, разводил руки и пытался его поймать.
Сашка со смехом отскакивал.
- Не поймаешь, не поймаешь, БЕ - БЕ – БЕ, БЕ - БЕ – БЕ-, дразнил он старика.
Так они играли какое-то время, а потом Сашка с разбега обнимал деда и получал обещанную конфету. Дед Иван сиял от радости, гладил мальчишку по головке и лез в карман за следующей сладостью.
Раз в лето он ездил в город и привозил Сашку целый мешок игрушек. Зоя и просила его и ругала, что бы так не тратился. Но где там.
Была у него еще одна традиция: перед каждым церковным праздником дед приходил с вечера и приносил отрывной календарь. Сашка читал, что завтра будет за праздник и во сколько будет восход солнца.
В этот раз Сашка торжественно объявил:
- День Святой Троицы! Восход 4, три, три.
-Тридцать три, четыре тридцать три - поправила его Зоя.
Сашка повторил.
Все улыбнулись.
Дед сидел на табурете нога на ногу! Николай с другой стороны стола. Закурили. Густой дым клубами повалил к потолку.
Зоя достала из печи чугунок и начала разливать щи по тарелкам.
- Люблю огненные,- сказал Дед
- А Коля холодные. Просит в погреб ставить, – с улыбкой ответила Зоя.
-А я никакие не люблю! –Сашка скорчил гримасу.
- Ты- то да. Тебе только конфеты подавай, – Николай потушил окурок и добавил, - На завтрак обед и ужин.
- Пап столько конфет нету даже у деда!
- Мож есть, откуда знаешь, – дед прищурил добрые глаза, – у меня их мильон.
- Ну покажи тогда, - Сашка деловито встал напротив деда.
- Дома, припрятаны.
- Ага, ври больше.
- Так конфеты! Давайте щи вон хлебайте – Зоя остановила спор и раздала ложки. Щи и правда были вкусные, наваристые. Долго томились они в печке.
Хозяйка убрала полотенце с большой тарелки под которым лежал хлеб, сало и зеленый лук.
Стол накрыт, но есть не начинали. Зоя развела руки и вопросительно смотрела то на мужа, то на деда, не понимая, что от нее хотят. Дед с лукавой улыбкой поставил на стол два пустых стакана.
- О Господи! Как же я забыла, - и достав из холодильника банку с молоком хотела уже налить, как дед закрыл стакан рукой и хмуро посмотрел на хозяйку.
- Да шучу я, шучу! – Зоя поставила на стол бутылочку.
- Шутница какая! Цени Колька. Не каждая так может. Вишь как она нас… Наливай!
- Слушаюсь!
Выпили.
- Хорошо- то как под горяченькое.
Мужики дружно застучали ложками. И скоро в тарелках показалось дно.
Давай еще по маленькой и пойду. – сказал дед и убрал в карман папиросы.
Николай налил. Дед махнул на ход ноги.
- Посиди еще. Давай щей подолью, – Зоя подалась к печке.
- Нет, хватит мне, пойду! Сашок, завтра в 4, как штык, пойдем Троицу встречать.
Сашка подскочил к матери
- Разбудишь мам?
- Разбужу, разбужу.
- Куда пойдете, на озера? - спросил, вставая Николай.
-Да – ответил дед, - как раз пока дойдем
- Вот и 4 тридцать три, - перебила его Зоя.
Вышли. Было уже темно. Дед закурил, попрощался и пошел к своему дому. Совсем скоро он уже скрылся из виду. Сашка играл со своей тенью. Николай крепко обнимал жену.
Сына с невесткой Зоя встречала с размахом. На столе чего только не было. Ей не то что бы хотелось произвести впечатление, похвастаться пред невесткой. Нет! Она просто хотела сделать им приятное. Показать свою любовь. Поэтому так и старалась.
Николаю выгладила самую красивую рубашку и еще одну про запас, Сашку нарядила в костюм морячка и дедом хотела заняться. Но тот сказал, что ему не о костюмчиках, а о душе пора уже думать.
- Зоя, что ты тут свадьбу затеяла. Они вроде уже поженились. Юлой третий день крутишься – дед искренне не мог понять ее тревожного и взволнованного состояния.
- Много ты понимаешь. Они люди городские, она так вообще может в деревне никогда не была. Что мне ее окрошкой встречать. Или самогонкой вашей?
- А как же, первачком! – ответил дед - есть кстати?
- Есть!
- Ну так налей. И сама выпей. Глядишь и успокоишься маленько.
- Да ну… а то захмелею – отмахнулась Зоя
- Ты так волнуеся, вряд ли тебя и первак возьмет, – добрая улыбка скользнула по лицу деда.
Из дома выбежал Сашка.
- Дедушка посмотри какая у меня форма.
Старик с большой нежностью смотрел на мальчишку. Сашка был самой сильной привязанностью стариковского сердца.
- Какой морячок к нам пожаловал. Красавец прям! Чей ты морячок?
- Ты, что не узнал меня.
- Ну погодь не вертись. Поди-ка поближе.
Сашка подошел. Руки упер в бока, ножки расставил и вызывающе посмотрел на деда.
- Сашка, точно Сашка, - дед как мог изобразил удивление.
Мальчишка ловко отпрыгнул в сторону и побежал, что есть силы. Бежал так быстро, что ленточки на фуражке вытянулись как струны.
- Зоя с дедом рассмеялись.
Сашка сделал большой круг и запыханный вернулся на тоже место.
Вдруг вдалеке показалась машина.
- Едут! Коля выходи скорее, - голос у Зои задрожал.
Николай в наутюженной рубашке торопливо вышел и встал возле жены. Все молчали и смотрели на приближающийся автомобиль.
- Зоя, а где каравай, - усмехнулся дед и подмигнул Николаю.
- Забыла поди, сбегать? - весело ответил Николай, посмотрев на жену.
Зоя махнула в сторону деда, а мужа пихнула локтем.
Сашка, как никто, ожидавший приезда старшего брата, засмущался.
Первым вышел Владимир, открыл дверь и подал жене руку.
- Это Наташа! - сказал он, помогая ей выйти.
Зоя обняла ее и погладила по плечам.
- Это мои мама, папа, брат и дед, - продолжил Владимир расплачиваясь за такси.
Николай обнял сына и стал принимать от водителя чемоданы.
- Сашка, -позвал его Владимир, - ты чего к деду прилип, иди поздороваемся.
Владимир протянул ему руку, но тот начал пятиться, потом развернулся обнял деда и заплакал.
- Ты чего, не узнал меня, или я такой страшный стал – Владимир взял его за плечи, тот еще сильнее вжался в деда.
Тогда Наташа достала из сумки большую машину, которую везли Сашке, села возле него на корточки и вручила подарок. Он тут же успокоился, заулыбался и даже пожал новой родственнице руку.
Все засмеялись и пошли в дом.
- Все домашнее, все вкусное. Наташенька попробуй, - Зоя как наседка кружила вокруг невестки.
- Спасибо, как вы вкусно готовите, пальчики оближешь. Я так не могу, - Наташа с улыбкой посмотрела на мужа.
Владимир тоже улыбнулся.
- Вова даже картошку жарит лучше меня. Но я учусь. Я купила книгу с рецептами и стараюсь готовить что-то интересное.
- Дочка ты другую книжонку купи, а то с этой Вовка отощал совсем, - сказал дед с укором, но как-то по-доброму, и все рассмеялись.
- Глянь как мамкины котлеты трескает. Не оторвешь, - добавил он между смехом.
Владимир не мог ничего ответить так как не успел прожевать, только кивал и мычал с набитым ртом. Все это как бы подтверждало слова деда, и все смеялись еще сильнее.
- Ну давайте по маленькой за приезд за знакомство. Жена доставай подарок, - Вовка с Наташей встали, за ними и дед с Сашкой. Зои вставать не пришлось так как она и не садилась все это время.
Николай продолжил, - Дорогие наши дети! Любите друг друга и берегите. Не обижайте, особенно по пустякам. Учитесь все решать сообща. Родителей не забывайте. Мы чем можем всегда поможем. Ну и внучат давайте уже поскорее. А это Вам от нас 3 тысячи. Купите, что Вам надо.
Все выпили. Зоя положила на стол перед молодыми деньги, аккуратно завернутые в платочек. Расцеловала опять Наташу и подложила Вовке котлет. Молодые взволнованно переглядывались, пытаясь скрыть радостное удивление. Такой суммы они никак не ожидали.
Следом за Николаем встал дед.
- Это Вам от меня. Еще тыша. А пожелания мои самые простецкие: ты Вовка жену не обижай, а ты Наталья готовить научись, - дед улыбался, а с ним заулыбались и все остальные, - и побольше сладенького, а то что-то горько!
Горько! Горько! - подхватили все дружно!
Владимир с Наташей поцеловались.
До темна за столом безраздельно царили смех и веселье. Вовка с Наташей рассказывали, как первый раз увиделись как пришли на первое свидание. В подробностях перебивая друг друга делились своей пока еще маленькой историей любви. Зоя слушала их с таким вниманием, что казалось хотела запомнить каждое слово. В ней они нашли своего благодарного слушателя. Слушателя, который переживал за их жизнь больше чем за свою, который мог быть счастлив только от того что счастливы они. И несчастен по той же причине.
Когда вышли провожать деда, черное небо было усеяно звездами. Не было даже маленького ветерка, только ровная ночная прохлада.
- А где мой морячок? - дед огляделся по сторонам
- Спит давно, - Зоя поцеловала деда и передала ему узелок – утром с чаем попьешь.
- С повидлом?
- Как ты любишь.
- Ну спокойной ночи, пойду я.
Все обнялись, и дед побрел в темноту.
- Я вам дома постелила, а мы с отцом на сеновале ляжем, чтобы утром вас не разбудить.
- А можно мы на сеновале, - умоляющим тоном попросила Наташа, глаза ее блестели.
Зоя понимающе улыбнулась.
- Конечно можно.
Молодые ушли. Захмелевший Николай закурил и уставился в небо. Зоя прижалась к нему. На ее уже не молодое, но еще красивое лицо свисали темные кудряшки.
- Как тебе
- Главное, чтобы Вовке нравилась.
- А мне очень даже. Красивая, умненькая, хорошенькая такая. А готовить научиться – Зоя вздохнула и неожиданно сказала, - страшно мне Коленька, как-то все слишком хорошо, не случилось бы чего.
- Ну опять ты за свое – с досадой отвечал муж. – Хорошо не плохо! Заслужили! Ты сирота, я чудом уцелел. До сих пор удивляюсь как выжил, как не убило меня. А восстанавливали потом все, строили. Что ты в самом деле.
Почти неделю гостили молодые, но вот настал и день отъезда. Николай сходил с вечера на почту, только там в деревне был телефон, и заказал такси. Зоя собрала сумку продуктов, нажарила в дорогу котлет и запекла курицу. Все утро она тайком вытирала неудержимые слезы, без конца проверяя не забыла ли чего положить. Да и ложить то собственно говоря было уже некуда: сумки и так ели закрывались.
- Мама хватит уже, как я все это потащу
- Ничего не развалишься, зато кушать будете… хватит с матерью спорить, -голос ее дрогнул.
Она изо всех сил старалась сохранять спокойствие, но видя собирающегося в дорогу сына и так полюбившуюся за это время невестку она невольно расплакалась.
Наташа и Вова бросились ее успокаивать.
- Да мы еще приедем, - говорили они в один голос, - и вы к нам приезжайте.
Зоя обняла их обоих.
В коридоре хлопнула дверь, послышались тяжёлые шаги и в дверях показался Николай.
- Машина приехала.
Николай с Вовкой взяли сумки и вышли, за ними обнявшись и Зоя с Наташей.
Дед что-то расспрашивал у водителя, Сашка носился с соседскими мальчишками пытаясь запустить воздушного змея. Вовка позвал его, взял на руки и поцеловал.
- Что тебе привезти в следующий раз?
- Дай подумать, - Сашка мечтательно закатил глаза и через секунду ответил – велосипед.
- Договорились, - сказал Вовка и поставил его на землю.
Все перецеловались по нескольку раз и наконец хлопнули двери, и машина покатила. Зоя махала им вслед загорелой рукой, вытирая второй слезы. Николай с дедом закурили, а Сашка что есть силы рванул за машиной. Наташа с Вовой тоже махали через окно и почти расплакались, глядя на бегущего за ними мальчишку.